Поглощение (СИ) - Злотарёв Алиимир - Страница 35

В три часа ночи к нему подошел Кирилл и, положив руку на плечо, легонько тряхнул. Открыв глаза, Ярослав схватил его правой рукой за кисть и дернул на себя. Левой он вцепился Кириллу в горло. Тот, хрипя, схватил Ярослава за руку и попятился.

— Дима вернулся, — еле промолвил Кирилл.

Через три секунды до сознания Ярослава дошел смысл сказанного. Тело расслабилось, и он разжал руки. Кирилл сел на кровать и, откашлявшись, посмотрел на Броднина.

— А если б задушил?

Ярослав пожал плечами. Кирилл встал и осмотрел комнату. Мужчины храпели и громко дышали. Кажется, никого не потревожили. Ярослав поднялся и надел вещи. Грудь распирало от легкости.

— Где он?

— У Давыдова. Данила уже там.

Накинув черный китель, Ярослав растолкал мистера Перрилорда.

— Вставай, Дима вернулся.

Улыбка колдуна осветила комнату. Он приподнялся на локтях и посмотрел на Ярослава.

— Я же тебе говорил.

Через пять минут они зашли в кабинет, освещенный факелами. Дима сидел за столом. Форма у него, как и лицо, сияла грязью, но глаза горели от радости. На столе перед ним стояли тарелка с мясом и цветной капустой, коньяк и три рюмки. Давыдов и Данила кружили над разложенными на столе картами. Все трое обернулись на вошедших.

— Дима!

Мистер Перрилорд, раскинув руки в стороны, направился к Кольцову. Дима, улыбаясь, встал ему навстречу. Колдун обхватил его.

— Я знал, что ты вернешься, — сказал мистер Перрилорд.

— Хоть кто-то это знал, — усмехнулся Кольцов.

Ярослав подошел и протянул руку, глядя Диме в глаза.

— Как ты?

Дима пожал ладонь Ярослава. В его взгляде отражались усталость и гордость.

— Я отлично. Это вы тут, смотрю, заскучали.

Ярослав, усмехнувшись, похлопал Диму по спине и кивнул на карты.

— Ну, что там у нас?

Давыдов развернул к нему карту города. От завода через весь город была проведена красная кривая линия к деревне Словенское. Деревня располагалась на островке, окруженном Северной Двиной и протоками Щеберниха и Межниковский.

— У меня там бабушка жила, — сказал Кирилл.

Ярослав упер кулаки в стол и навис над картой. Потом посмотрел на Кирилла.

— Вот и хорошо. Значит, со мной пойдешь. Сколько отсюда?

— Почти восемь километров, — припоминая, сказал Кирилл.

— Сколько у них людей?

Ярослав обернулся на Диму. Кольцов налил рюмку, опрокинул ее и, закусив тушенкой, откинулся на спинку стула.

— Двадцать пять человек. Они в большом двухэтажном доме засели. Из оружия Калашниковы и ружья, но не у всех. Может, у двадцати. Остальные с битами.

— Большое двухэтажное здание? — переспросил Кирилл.

Он подошел к карте и указал на один из домов.

— Это, наверное, здание бывшего сельсовета.

Ярослав сел на стул, осмотрел собравшихся и остановил взгляд на Давыдове.

— Сколько человек ты готов отправить?

Глава лагеря сложил вместе ладони и поднес их к губам. Обойдя стол, он сел в кресло и посмотрел на Данилу.

— Вместе с вами и со мной — пятнадцать. Данила остается в лагере за старшего.

Давыдов повернулся к Броднину. Ярослав сощурил глаза и перевел их на Данилу. Тот кивнул. Ярослав поднялся и, пройдясь по кабинету, подошел к карте.

— Понимаю тебя, — сказал он. — Тогда идем двумя группами. Первая — разведка из пяти человек. Я старший, Кирилл со мной. Вторая — основная ударная сила. Старший ты, Дима и Перри с тобой. Как будем реку переходить?

— Там по пути есть магазин для рыбаков. «Тихая гавань». Возьмем три пятиместные лодки и переправимся, — предложил Кирилл.

Броднин взглянул на него, потом на Давыдова.

— Отлично. Предлагаю выходить завтра в обед, а атаковать ночью. К этому времени я пойму всю дислокацию, — сказал Ярослав.

Давыдов кивнул, и все отправились спать.

Мужчины в лагере уже давно были готовы отправиться на битву, поэтому новость о наступлении восприняли благосклонно. Давыдов лично отобрал людей для нападения, и те, кто не попал в наступательный отряд, даже расстроились.

В два часа дня весь лагерь собрался в зале. Раздавался волнительный шелест голосов. Мужчины, отобранные для наступления, стояли возле сцены. Женщины, кто со скорбью, кто со слезами на глазах, жались к ним. Мужчины, остававшиеся защищать лагерь, заряженные на драку, еле стояли на месте, потирая кулаки. Старики с лицами, исполненными торжественного благородства, взирали на своих воинов. Дети непонимающими глазами смотрели на взрослых.

В зал вошел Давыдов и гул стих. Глава лагеря пронесся по залу и вступил на сцену. Обведя твердыми глазами своих людей, он глубоко вдохнул.

— Сегодня мы идем убивать наших врагов! Сегодня все закончится! — прогремел он и снова осмотрел людей. — За меня остается Данила. А я лично, вот этими руками, — Давыдов сжал кулаки и поднял их над головой, — задушу Пирата и принесу вам его голову!

— ДА-А-А!!! — прогремела толпа.

Давыдов спустился со сцены и направился к выходу.

— За мной, — скомандовал он наступательному отряду.

У Ярослава участился пульс. Он взял за плечи своих друзей и повернул к себе.

— Постарайтесь не умереть. У нас еще и свои дела есть.

Мистер Перрилорд ласково погладил ружье.

— Ярослав, пока эта куколка со мной, мне ничего не угрожает.

Его лицо расплылось в улыбке. Броднин и Дима рассмеялись.

— Тогда пошли.

Через полтора часа отряд зашел в магазин «Тихая гавань» на улице Толстого. Как и планировалось, они нашли там три пятиместные лодки.

Еще через полчаса, скрываемая мрачными тучами на небе, разведгруппа во главе с Ярославом отошла от берега в районе улицы Набережная. Течение оказалось стремительным. Гребцы с трудом держали лодку прямо на противоположный берег.

— Дима герой, если и правда переправился на бревне, как он сказал, — заметил Кирилл.

В груди сдавило, и Ярослав оглянулся назад. Он не спросил, как Дима переходил реку, а Дима не сказал. Если бы знал, оставил бы его в лагере. Он уже итак достаточно сделал.

Спустя сорок минут они свернули за изгиб острова и, положив весла, стали спускаться вниз по течению. Ярослав осмотрел группу. Убедившись по глазам в решительном настрое людей, он зарядил автомат, поставил его на предохранитель и сел на нос лодки.

— Приготовьтесь. Они могут ждать и открыть огонь.

Через полчаса они высадились на берег и оттащили лодку в кусты. Ярослав достал карту, но Кирилл от нее отмахнулся.

— Да не надо. Нам туда, — указал он на северо-запад.

Пройдя сто метров, группа вышла на песчаную дорожку, вдоль которой тянулись деревянные дома. Ярослав снова достал карту. Судя по ней, они находились в деревне Межник, от которой до Словенского оставалось около километра. Ярослав положил карту в карман и посмотрел на дом справа.

В окне мелькнула чья-то физиономия, и раздался грохот падающей мебели. Сердце разогналось до сумасшедшего ритма. Ярослав сбросил предохранитель и побежал к дому.

— Окружай! — крикнул он, подбегая к двери.

Группа распределилась по одному с каждой стороны дома, направив оружие на окна. Ярослав поднял лавку с крыльца и выбил ею дверь. Скинув с плеча автомат, он выстрелил внутрь и забежал. Обведя дулом первую комнату, никого не обнаружил.

В дальнем конце дома раздались выстрелы и треск стекла. За ними сдавленный крик, грохот и снова выстрелы.

— Уходит! — заорал Кирилл.

Ярослав бросился обратно. Обежав дом, он увидел под окном своего человека с простреленной грудью, лежащего на осколках стекла. Слева по дороге убегали Кирилл и остальные. Ярослав рванул за ними.

Впереди на расстоянии трехсот метров на велосипеде уезжал отморозок. За спиной, как плащ супергероя, развивались полы его черного пальто. Разведгруппа бежала следом. Кирилл остановился, поднял ружье и выстрелил. Отморозок матюгнулся и ускорил вращение педаль. Ярослав пролетел мимо группы с разъяренным лицом, и они кинулись следом.

Головорез неистово вертел педали и настойчиво отрывался вперед. Пальто за его спиной колыхалось вверх-вниз, будто махало ручкой на прощание. Ярость прожгла Броднину грудь. Он затормозил, поднял автомат и, сделав глубокий вдох, прицелился. Поймав на мушку спину отморозка, он выдохнул и спустил курок.