Чёрный шаман (СИ) - Лопатин Георгий - Страница 126

— Тоже верно.

Вечером следующего дня, монголы естественно после такого упреждающего огня штурмовать город не стали, Дараен предоставил данные о результатах ночного обстрела.

— Да ты что?! — изумился Олег, посмотрев на цифру. — Больше тысячи человек только убитыми?!

— Да! А еще раненых до трех тысяч, причем все тяжелые и не смогут принимать участия в битвах!

Ну это было понятно. Шутка ли если в руку или ногу попадет наконечник размером с детскую ладонь?! Да он просто отрежет к чертям конечность! И кость не спасет. Более того, это даже хуже, ведь стеклянный наконечник раздробив кость, сам так же разобьется в ране и в кровь попадет стеклянное крошево со всеми вытекающими последствиями…

Результат и впрямь впечатлял, хотя и общий расход стрел так же вызывал шок и трепет, шутка ли, было истрачено больше сорока тысяч штук! По сути, за полторы минуты израсходовали больше восьмидесяти процентов всего заготовленного для мегалуков боезапаса. Но оно того стоило. Кроме того, не стоило сбрасывать со счетов психологический эффект от ночного обстрела.

А вид лагеря после обстрела выглядел просто невероятно. Глядя на поле, что буквально поросло древками стрел, оставалось только удивляться, что вообще кто-то смог спастись.

Тем временем станочные мастерские работали день и ночь изготовляя все новые сотни стрел как из дерева, так и бумажные… о Хан Джучи побелел от гнева. Еще ни одна компания не начиналась для него столь неудачно.

Он не вступив в бой с противником уже лишился почти двух туменов! По сути он остался с тем, с чем вошел в этот поход! Еще немного и союзные ханы и военачальники начнут сомневаться в нем как в сыне божественного Повелители мира великого Чингисхана, а значит и усомниться в величии его отца! И тогда те, кого примучили силой могут взбунтоваться, да и те, кто пошел под руку моголов добровольно, понимая свою слабость, так же могут отколоться. А все началось еще с той злосчастной переправы, когда им повстречался черный шаман и, от его рук погибло, то есть от взбесившихся коней и утонувших в реке, больше пяти сотен человек. Это было сродни предзнаменованию…

Срочно требовалась победа.

— Проклятый Куман-Ворон! — злобно шептал хан Джучи, выслушивая доклад о ночном обстреле, при этом стараясь сохранить лицо.

О том, чтобы атаковать город следующим днем не могло быть и речи. Воины хоронили павших, кто копал ямы, кто рубил деревья для погребальных костров, причем большую часть из трех тысяч, а точнее две трети, товарищам пришлось собственноручно добить ибо раны были из тех, что не лечатся, а только приносят мучения.

— Ничего, завтра злее будут!

И воины действительно были злы. Хотя конечно, для того, чтобы они достигли нужного состояния к ним послали "заводил". К булгарам — имамов, а к степнякам из средней Азии — шаманов и те проводили психологическую "накачку" воинов. Так что когда был отдан приказ идти на штурм, они понеслись вперед со всех ног.

Мучиться с осадными башнями хан Джучи не стал, расспросив хана Ибниамина о его опыте штурма Сынтахстона и осознав всю бессмысленность подобной затеи. Только время терять.

И вот около пяти тысяч человек, все что осталось от штрафников, при поддержке половцев устроивших перед стенами классическую карусель с обстрелом бойниц градом стрел атаковали Воронье Гнездо.

Десятки лестниц были приставлены к стенам и по ним ползли злобно орущие штурмующие.

Хан Джучи, как и остальные ханы с военачальниками наблюдал за штурмом с совершенно запредельной дистанции, чтобы не попасть под залп этих кошмарных гигантских стрел, потом}" ничего толком рассмотреть не могли. Впрочем он был свидетелем множества других штурмов городов, потому достаточно хорошо представ ля л что сейчас происходи.

А ничего хорошего не происходило. Вообще первый штурм как правило всегда неудачный. У обороняющихся полно боеприпасов, запасов, еще много защитников…

Но вдруг?

Но "но вдруг" не случилось. На лезущих по лестницам обрушились потоки кипятка, полетели камни и бревна. А когда основная масса штурмующих встала под стенами максимально плотно дожидаясь своей очереди, чтобы взобраться по лестнице, со стены полетели горящие факелы и вокруг каменной стены возникла ревущая стена огня.

Атакующие попали в смертельную ловушку. Все бы ничего, огонь за спиной конечно вещь неприятная, но штурмовать это не мешает даже наоборот прибавляет прыти. Но тут со стены стали в большом количестве падать кувшины из необожженной глины с нефтью, что естественно разбивались при падении, а кого-то обливали с ног до головы. В общем, забрызгало всех порядочно, это без учета того, что большая часть воинов, а точнее их одежда и без того была хорошо пропитана жиром.

В какой-то момент это все полыхнуло. Не потребовалось даже кидать дополнительные зажигательные снаряды.

Хан Ибниамин находившийся подле хана Джучи увидев, какой ад развернулся под стенами Сынтахстона и поглотил его воинов, болезненно застонал. Он только что потерял последних воинов коих привел дабы доказать свою верность моголам.

Неудачников не любят. Так что дома его наверняка "ждала" теплая встреча. Скорее даже обжигающе горячая. И ладно если бы взбунтовалась только чернь, а она взбунтуется, политические противники не смогут не воспользоваться таким шикарным поводом, но чернь можно разогнать. Гораздо хуже, что скорее всего взбунтуются и воины. Они любят победы и богатую добычу, причем добываемые малой кровью, и им совершенно не нравятся полководцы которые гонят их на убой. И если нападение разорение Булгарии от нападения русичей и половцев они еще скрепя сердце смогли ему простить ибо от подобного никто не застрахован, это как стихия, то вот такой афронт ему никто спускать не станет.

Хан Джучи это прекрасно понимал, но ничего предпринимать, чтобы поддержать своего новоявленного союзника и помочь удержаться ему' на троне не собирался. У него своих проблем хватало, причем в целом похожие в своей основе.

"Кто бы мне помог…" — думал он.

Штурм захлебнулся… в огне. Такого кошмара он еще не видел. Огромный столб черного дыма поднимался к небесам унося с собой души заживо сгоревших.

А потом начался дождь, настоящий ливень, словно небеса оплакивали столь огромное количество погибших, принявших такую мучительную смерть. И заодно пытаясь этими слезами смыть со стены Сынтахстона толстый налет копоти, но она оказалась слишком стойкой из-за своей жирности и, стены Вороньего Гнезда отныне и навсегда остались черными как воронье перо.

Олег просто диву давался, когда те простые вещи, что он предлагал для обороны города, воспринимались местными как какое-то откровение свыше. Вот казалось бы, чего такого сложного в том, чтобы полить землю вокруг стены нефтью, добавив туда соломы и хвороста, а потом ее поджечь? Ничего. И ведь это не его придумка, а опыт прошлых столетий… По крайней мере если верить фильму "Орел девятого легиона", то подобный способ защиты от варваров использовали римляне.

Конечно это задумка на один раз, но вон как превосходно сработала! Воняет правда просто умопомрачительно горелой плотью, но это можно и потерпеть.

— Чувствуете этот запах? — озвучил начало знаменитой фразы из не менее знаменитого фильма "Апокалипсис сегодня" Куманов, посмотрев на ближний круг, что вместе с ним наблюдали за ходом сражения в одной из башен.

И чтобы сдержать прорывающийся наружу истерический смех, глубоко вдохнул дымный воздух в котором помимо резкого запаха горючего состава сильно чувствовалась тошнотворная вонь горелой плоти, так что едва не закашлялся.

После чего Олег добавил:

— Это напалм… Люблю запах напалма поутру Это запах… победы.

Но потом все же не выдержал, еще эти уморительно-ошарашенные лица, и расхохотался полубезумным смехом, хрипло из-за дыма, что больше походило на какое-то карканье…

От него аж отшатнулись в ужасе. А Олег не мог остановиться и хохотал до слез.