Огонь ради победы - Великолепов Николай Николаевич - Страница 10

В дополнение к сведениям из приказа Гольместельберга нам еще было известно, что и 23-я и другие гитлеровские дивизии, действовавшие против нас, получили значительное пополнение и были полны решимости держаться «до последнего человека». Крепкий еще орешек предстояло раскусить 20-й армии.

Ехали мы через Истру, сделали там короткую остановку. Кругом развалины, развалины…

— Вот что натворили гады-фашисты! — с сердцем сказал Иван Павлович Камера.

Истра — небольшой городок, называвшийся когда-то Воскресенском. Издавна славился он тишиной, зеленью, красочной природой окрестностей. Здесь любил бывать Чехов, Левитан писал в этих местах свои прекрасные этюды. Теперь же перед нами — сплошные руины. Город сгорел дотла. Только кое-где из снежных сугробов торчат печные трубы, остатки заборов и ворот. Рассказывают, что когда освободили Истру, то для коменданта во всем городе с трудом нашли единственный сохранившийся домишко.

— Поехали дальше, — тяжело вздохнул генерал Камера.

Штаб 20-й армии располагался в Волоколамске. Заночевали мы в деревне Возмище в небольшой избе. Седобородый хозяин рассказывал про оккупантов:

— Голодные они стали. Чуть пронюхают где про бычка или поросенка, так целым взводом в облаву. Обозлились под конец года, не приведи господь! А что, насовсем выбили их или так, на время? Силенки-то наши как теперь, а?

— Насовсем, дед, будь спокоен! И силенок хватит. Дай только выспаться.

На другой день, поднявшись чуть свет, мы без промедлений начали напряженную работу, на этот раз более сложную, чем та, какую обычно выполняли в армиях оперативные группы, подобные нашей. Внешне-то все было, как прежде, — проверки, разборы, укрепление слабых звеньев, да содержание другое: требовалось помочь начарту 20-й армии полковнику П. С. Семенову создать сильные артиллерийские группы для подготовки, поддержки и сопровождения атаки пехоты и танков массированным огнем до полного прорыва обороны противника. Фактически это был первый опыт организации и проведения артиллерийского наступления.

Что это такое — артнаступление? Как возникла его идея?

На войне мы не только сражались, но и непрерывно учились. Анализировали действия артиллерии как в успешных, так и в неудачных операциях, думали над проблемами более эффективного использования нашего могучего оружия, которое, с какой стороны ни подходи, составляло в то время главную огневую силу в борьбе с танковыми и механизированными войсками противника.

До января 1942 года работа артиллерии в наступательной операции иной раз ограничивалась лишь подготовкой атаки пехоты и танков. Не слишком ли мало для бога войны? Надо ли и дальше как должное воспринимать то обстоятельство, что собственно прорыв обороны противника возлагается на другие рода войск, что бог войны в значительной мере отходит от дела при взламывании обороны на всю ее глубину? Нормально ли, что артподготовка наступления — это нередко так называемое подавление целей, а не надежное их уничтожение, это действия, не связанные с наступлением пехоты органически?

Читателю ясно, что автор поставил чисто риторические вопросы. Ответы предопределены: «Мало, не надо, не нормально!» Но как по-другому действовать богу войны в наступательной операции?

Ответ содержался в директивном письме Ставки Верховного Главнокомандования от 10 января 1942 года об ударных группах и артиллерийском наступлении. До сих пор восхищаюсь этим письмом, вместившим множество идей, обсуждавшихся советским военным руководством в преддверии 1942 года, рожденным творческой и быстрой военной мыслью. Творческий характер заложенной в него мысли постараюсь раскрыть. Что же касается быстроты, то посудите сами: 10 января уже появился документ, выработанный на основе опыта декабрьских боев под Москвой!

Замечу, директивам тех лет не была чужда образная речь, она помогала командирам и политработникам донести суть далеко не простого замысла до каждого солдата. Многим на всю жизнь запомнилось: наступать следует «под гром артиллерийского огня, под звуки артиллерийской музыки». Это означало, что артиллерийский огонь должен вести за собою пехоту в атаку от одного объекта обороны к другому, пока система обороны не будет взломана на всю глубину. Начав работу в момент открытия огня перед атакой пехоты, бог войны закапчивает ее лишь тогда, когда пехота выполнит задачу дня. Вот что такое артиллерийское наступление в самых общих чертах.

Директива особо подчеркивала, что при новой тактике артиллерия «должна действовать не вразброс, а сосредоточенно и она должна быть сосредоточена не в любом месте фронта, а в районе действий ударной группы армии, фронта, и только в этом районе, ибо без этого условия немыслимо артиллерийское наступление». Действия ударных групп и артиллерийское наступление рассматривались директивой в тесном единстве.

Выезжая в 20-ю армию, как я уже сказал, в первых числах января, мы, разумеется, еще не могли прочесть документа, подписанного неделей позже, но его содержание, все его требования знали отлично. Накануне нашего отъезда генерал-майор И. П. Камера вызывался в Ставку, был на инструктаже у начарта Красной Армии и вернулся из Москвы, что называется, переполненный подробностями и тонкостями многообещающего новшества. А интерес к нему у артиллеристов 20-й армии был огромный — только поспевай отвечать на вопросы!

Ну хорошо, мы обеспечиваем пехоте и танкам свою музыку вплоть до выполнения ими задачи дня. Но ведь для этого надо спешить за пехотой и танками, менять огневые позиции. Какой тут принцип перемещения? Как будет с огнем при смене позиций?

И генерал Камера обстоятельно объяснял, что движение материальной части окажется в прямой зависимости от эффективности огня, а сама возможность продвижения — от средств тяги, состояния дорог и закрепления пехотой впереди лежащей местности. Дальнобойность орудия определяет тот предел дальности стрельбы, после которого эффективность огня резко снижается и стрельба превращается в бессмысленный расход снарядов. Следовательно, исходя из дальнобойности орудия и надо производить перемещение боевого порядка вперед. Идеальным можно считать такое перемещение, когда одна треть однотипной артиллерии находится в движении, а две ее трети ведут огонь[3].

По-другому обстоит дело с теми орудиями, которые будут приданы ротам и батальонам пехоты. Предназначенные для ведения огня прямой наводкой, они сочетают огонь и движение, наступая вместе с пехотой небольшими скачками от укрытия к укрытию на дальность прямого выстрела.

А где должны находиться передовые органы разведки и управления батарей и дивизионов? А не подведут ли нас при таких задачах средства тяги? А каково сочетание централизованного и децентрализованного управления артиллерией в артнаступлении?

Вопросы, вопросы…

Передовые органы разведки и управления батарей и дивизионов будут двигаться вместе с передовыми частями пехоты: без этого невозможно обеспечить эффективный и непрерывный, то есть наблюдаемый, прицельный огонь. Давно известно, что и средства тяги (конь, трактор, автомашина) не подведут, если хорошо учесть их реальное состояние и максимально облегчить передвижение улучшением дорог, если избегать пробегов, не вызванных боевой обстановкой.

Управление артиллерией по мере продвижения в глубину обороны постепенно децентрализуется, и все теснее становится непосредственное взаимодействие мелких пехотных и артиллерийских подразделений.

Уже приобщенный ко многим премудростям артиллерии, читатель, конечно, и сам сделал вывод: артнаступление требует коренного улучшения разведки. Надо сказать, начарт 20-й армии занимался ею по-настоящему. Иные начальники, чего греха таить, не очень жалуют младших по званию представителей вышестоящих штабов, ревниво относятся к их вмешательству в «чужие» дела: сами, что ли, не досмотрим? А полковник П. С. Семенов наоборот:

— Очень буду благодарен, если поглубже копнете! Знаете, руки до всего не доходят. Посмотрите, сходятся ли цели, нанесенные на карты и схемы в соединениях, с теми, что имеются в полках и дивизионах. Я как-то поинтересовался — мать честная! Разнобой, небрежность. На некоторых НП журналы наблюдений запущены, а кое-где, подозреваю, их и вовсе нет. Разведчик у нас новый — подполковник Гришкович. Дельный, по-моему, и грамотный. Да ведь недели нет, как вступил в должность.