Демилэнд. Интервенция (СИ) - Дроздов Александр Михайлович - Страница 68

— Там много керраши кивину. Защитят, — она молча пошла за мной. Я старался не оглядываться, нужно усилить произведённый эффект. Прошло несколько минут, прежде чем она нарушила тишину: — думаешь Лапи в порядке?

— Я тоже хочу это узнать, — настало время вытащить козырь, — мы как раз неподалёку от джио, где я её оставил. И здесь же, вон в том лесу, — указал вперёд, — я видел ширату-колдуна. Мы можем начать поиск прямо сейчас, или узнаем, что с Лапи?

— Проведать нужно, — твёрдо сказала она.

— Конечно. Но ты ведь понимаешь, что мне туда нельзя? В джио этот.

— Кещерев, — кивнула она. Я осмелился взять её за руку:

— Пожалуйста, Визьетта, узнай как она! Я хочу убедиться, что с Лапи всё в порядке! — мне не пришлось симулировать переживания, я и правда волновался за подругу. Визьетта покровительственно похлопала меня по руке:

— Я узнаю, Приго. Волноваться не нужно.

Благодарно кивнув, я пригласил её следовать дальше. Перед лесом расположилось маленькое джио и Визьетта, как обычно, взяла меня за руку, активируя «Укрывающую длань». Путешествовать с ней — сплошное удовольствие. Скрывшись в лесу, она отпустила мою руку и остаток пути мы покрыли порознь.

Просто поразительно, что я умудрился найти то самое место. Вот это джио, где осталась Лапи. Для верности, мы обошли кругом и я, забравшись на дерево, внимательно смотрел на гору. Фотографической памятью похвастать не мог, но уж памятные места узнавал легко. Не так часто мне доводилось бывать в интересных локациях и хоть весь Демилэнд можно было пометить грифом «интересно», конкретно здесь я потерял бдительность, лишился компаньона…

— Пойду. Будь тут, жди, — Визьетта похлопала по дереву и исчезла. Так вот, значит, как мы с ней выглядим со стороны.

Делать нечего — я полез на дерево и присвоил жест для своей маскировочной абилки. Не бог весть что, но хоть в какое-то «колдунство» я тоже могу: теперь, скрестив пальцы особым образом, я смогу скрыться самостоятельно. Не то чтобы я боялся, что Визьетта не вернётся, просто отучался от её покровительства. Самостоятельность в Демилэнде для меня основа выживания.

Прошло десять минут, а её всё нет. Болтает, наверное, подружки давно не виделись. Жадно потирая руки, я наскоро восполнил голод куском мяса, что ещё в джио на острове мне преподнёс местный ширату. Из-за воспоминаний об этой деревеньке кусок в горло не лез. Они ведь пленники здесь, в Демилэнде. Их перетащили через портал. Как я понял, Настреккат держит их при себе как друзей, оберегает. Без него всех их могут отправить на службу, охранять арену или подносить напитки важным господам в Эрдии… Несправедливо, но… Ширату на арене, те работяги в поле, они все мне… сочувствуют? Завидуют? Скорее второе. Может быть они хотят отомстить руками игроков захватчикам-керраши? Боже, как всё сложно!

Раз уж начал неприятные мысли культивировать, нельзя не обдумать другой важный вопрос — как быть с Портом? Я собирался предупредить Боцмана, сгоношить остальных, от Генерала до Гегемона, всех сплотить перед вражеской угрозой, но это стремления Приго-игрока. Я преобразился. Кто я теперь? Приго-миротворец, или Приго-исследователь? Да чушь, я такой же игрок, просто фигур на доске стало чуть больше. Вопрос с портом следует рассмотреть со всех сторон — для Боцмана это крах. Для остальных игроков — ничего не стоит, переживут. Портом ведь даже никто не пользовался! А для керраши?

Нападение организует потенциальный кивину, который может быть более сговорчивым. Значит ли это, что разрушение Порта принесёт пользу игрокам? С другой стороны, сейчас Игрокам сложно, значит политика действующего кивину, хоть он тот ещё мерзавец, действенна, значит разрушение Порта и, последующий за ним переворот для керраши невыгоден? А что насчёт ширату? Бедолагам вообще всё по боку, как ни крути — всё плохо. От безысходности ситуации хотелось кричать.

Нет. Я не буду безучастным зрителем, способным лишь слегка подтолкнуть обстоятельства, выбрать из вариантов. Я создам свой, лучший! Подходящий для всех. Осталось только уладить пару мелочей, и…

Ход размышлений прервала тягучая, печальная мелодия, доносившаяся со стороны горы. Невозможно! Керраши не ведома музыка, значит игроки уже перебрались в красную зону? Изо всех сил, я напрягал слух пытаясь понять сколько их. Два… Три уникальных голоса. Нет, явно больше. Сквозь листву множества деревьев увидеть хоть что-нибудь не получалось, а покинуть пост чревато потерей Визьетты. И только подумал, как бы оставить ей знак, как встревоженное лицо девушки материализовалось рядом со мной:

— Кещеревы разграбили джио, Лапи нет!

— Я слышал их, неподалёку сидят. Думаешь она может быть у них? Ты искала?

— Не учи умную, все проверила, — отмахнулась она, — даже Единых спрашивала.

— А следы? — она вопросительно приподняла бровь, — веди, попробую.

Взявшись за руки, мы спрыгнули с дерева и побежали в сторону джио. Я видел деревеньку лишь издалека, несколько домов, да кухонька на открытом воздухе между ними. Сейчас джио выглядело опустошённым: кухня разбита, скамейки переломаны вандалами, как будто специально. На стенах почти каждого дома несколько следов от пуль — трещины, паутинкой разбегавшиеся по идеально отполированной поверхности. И, конечно, кровь: её здесь в достатке.

— Смотри быстро, опасно стоять, — шепнула Визьетта, выпуская мою руку. Кивнув, я активировал абилку «Чтение следов» и сразу же зажмурился от какофонии светящихся отметин на земле.

Пришлось долго концентрироваться, прежде чем я смог выделять частные следы. Они тут прилично натоптали, похоже нападение прошло давно. Больше дня назад? Большинство следов принадлежало игрокам. Я видел ники: Брод, Тоби, Авгон… Много других, но ни одного знакомого. Все игроки от шестидесятого уровня и выше. Всего два следа принадлежало керраши и ни один из них — Лапи.

— Где здесь лечат больных? — спросил я спутницу.

— Лекарь отдельно живёт, чтобы болезни дух не проникал, — перебегая от дома к дому, мы заглядывали внутрь. Там, разруха была ещё больше: всё перевёрнуто вверх дном, затоптано, разбито… Противно думать, что это дело рук моих земляков, стыд… Визьетта не дала мне предаваться самобичеванию, сильно потянув за рукав к одному из домов: — здесь лечат.

Благодарно кивнув, я вошёл внутрь. Перебегая от одного светящегося пятна к другому, я наконец нашёл нужный. Потускневший, едва заметный, этот отпечаток принадлежал Лапи. Тридцать первого уровня уже, растёт! Радость находки тут же омрачилась пониманием, что неспроста отпечаток тускнеет. Не может быть, только не она!

— Нашёл? Говори срочно! — Визьетта трясла меня за плечо.

— Нашёл. Лапи была здесь, как и толпа кещервых. Я слышал их неподалёку, видимо лагерь.

— Лагерь, — кивнула она, — Лапи там?

— Если там её нет, то уже нигде…

— Глупый Приго, сказала же: говорила с Едиными, — устало буркнула Визьетта. Луч надежды ярко засиял:

— Значит вызволим её. Ты справишься, или нужна помощь?

— Не знаю, смотреть близко надо.

Она взяла меня за руку и потащила в ту сторону, где я слышал игроков. Плевать что будет, эти подонки схватили мою Лапи! Лишь когда голоса зазвучали совсем близко, я запаниковал. Заметят! Старый пастух рассказывал про демаскирующую абилку, да и у Визьетты такая была. Оставалось надеяться, что её магия сильнее.

То ли это действительно было так, то ли игрокам просто наплевать на происходящее вне лагеря, но мы прокрались почти что им за спины, всего пара метров отделяла меня от Брода, что тянул напиток из фляги. Такой знакомый запах, клюквенный сок… Ба, да это же бренажёры! Ну конечно, кому ещё может взбрести в голову устроить такой бедлам в захваченной деревеньке? Они говорили про охоту, что ловят керраши, но я думал сие действие происходит в жёлтой зоне, по ту сторону горы.

Их девять. Четверо держали ружья на коленях, остальные, потягивая настойку Джетпака, слушали музыканта. Нуздра, 72 уровня, скрафтил себе небольшую гитару, скорее даже балалайку и тренькал незнакомую мелодию. Лапи среди них не было, но вот что я увидел, меня совсем не порадовало. Они не просто так здесь сидели. Бренажёры охраняли вход в пещеру.