Демилэнд. Интервенция (СИ) - Дроздов Александр Михайлович - Страница 66

Успокоившись, Визьетта вытерла нос рукавом и потащила меня прочь. Всё ещё под «укрывающей дланью», мы шли, сокрытые магией от чужих глаз. Беседовать опасно, да и «не в тему», зато времени на размышления было предостаточно.

Меня обуревали сомнения насчёт мотивов этого Голоса. Возможно, я стал официальной причиной ареста Настрекката, но мотив явно политический. Голос назвал Настрекката и его людей отступниками. Значит ли это, что они не подчиняются кивину? Но не как Верзеттен, который вроде как свергать кивину собрался, а открыто. Просто хотят, чтобы их оставили в покое. Возможно, весь остров — что-то вроде резервации, где кивину может контролировать нарушителей, но зачем тогда забирать Настрекката? Разве что старик приобрёл слишком большую власть. Жаль не у кого уточнить, чёрт, опять я «варюсь» в жалких догадках.

Визьетта выбирала дорогу и остров она знает хорошо — привела нас к совсем крошечному берегу, сокрытому скалами. Где-то впереди, в тумане, угадывались очертания острова. Над ним, ярко-лиловым пятном, небо окрасилось в рассветные цвета. Белоснежные паруса корабликов керраши казались кровавыми полотнами, а их капитаны, не смотря на ранний час, стояли в дозоре, разглядывая берег.

— Плыви, — Визьетта указала на море.

— Плыть? — я не удержался от смешка, — просто плыть не получится, нас заметят.

— Так под водой плыви! — она так нахмурилась, будто думала что издеваюсь.

— Я не доплыву до другого острова, да и ты тоже.

— Говорить обидно, — она пихнула меня в плечо, — доплыву легко, быстро как «сайка».

— Быстро нельзя. Этот ваш режим «турбо» привлекает слишком много внимания.

— Ничего не привлекает наш торба! — отняв у меня руку, она сложила их на груди.

— Ты воду во все стороны расплёскиваешь и с кораблей видно. Нужно плыть не просто под водой, нужно плыть медленно.

— Глупый кещерев, — вздохнула она и вытянула руку: — быстро плывём, — вытянула вторую, — быстро приплывём.

— И будем пойманы. С воды увидят, на берег передадут и целая армия керраши встретит, поняла?

— Убежим! — её энтузиазму не было предела.

— Будем действовать по-моему, — твёрдо сказал я.

— И что ты хочешь чтобы мы делали?

— Для начала скажи, какая у тебя сторона магии?

— Магии?

— Способности твои, говорю, созидательные или разрушительные?

— Созидательные.

Хм, не угадал. Я был уверен, что эта девушка просто королева разрушения, но что это меняет? В общем-то, для моего плана это даже лучше. Осталось всего ничего — разобраться в принципиальных вопросах сотворения здешней магии, и желательно поскорее: один из кораблей блокады чуть качнулся в нашу сторону, или мне показалось? Лично я отсюда не мог разглядеть его ник, не используя абилок, может и он не может? Точно не может, иначе уже нёсся бы сюда во весь опор, а так мы с Визьеттой вполне сошли бы за влюблённую парочку.

— Что улыбаешься? — она пихнула меня локтём в бок, — грустный день, не для улыбок вовсе.

— Извини, анекдот вспомнил. Значит убрать лишнюю воду ты не можешь? — она печально покачала головой, — как же ты тогда плаваешь?

— Набираю пузырики и потом делаю из сзади, — она сложила руки за спиной и потрясла пальчиками.

— А что ещё ты можешь делать с этими пузыриками? — в голове быстро просчитывались варианты.

— Разное, не пробовала другое…

Первоначальный план использовать абилку «Ускорение» для отвлечения внимания и надеяться, чтобы на нас не обратили внимания идёт к чёрту. Мы станем настоящей подводной лодкой! Если только запаса воздуха хватит… Хоть Демиург и переделал мир под игровые реалии, некоторые вещи вполне могли остаться неизменными — например смерть от удушья в замкнутом пространстве…

— Так, Визьетта, наше спасение — твои пузырики. Можешь сделать один для меня сейчас?

— Дурацкие игры, — буркнула она, но облизнула палец и выдула крошечный пузырь.

— Так, а теперь сделай его больше. Наполни воздухом изнутри! Читай на Книгоед.нет

Проворчав что-то себе под нос, она сосредоточилась на задаче. Сверлила взглядом пузырь, рукой вокруг водила. Как же трудно молчать! Я хотел засыпать её советами, куда дуть, куда нажать, но болтать под руку неприлично, да и у девчонки вроде начало получаться: шар постепенно увеличивался в размерах.

— Давай ещё, Визьетта, нужно чтобы туда наши головы поместились, — попросил я.

— Думаешь просто это, кещерев, сам бы попробовал, — буркнула она, продолжая надувать пузырь. У неё получилось просто идеально, то что нужно. Я коснулся пузыря пальцем и тот лопнул, обдав личико девушки брызгами. Она моргнула и сильно пихнула меня в грудь, — зачем так сделал, я старалась!

— Нужно было проверить, извини. Ты можешь сделать его прочнее? Чтобы не лопался от прикосновения?

— Нет, так никто не сделает, — твёрдо сказала она.

— Попробуй добавить какой-нибудь материал, укрепить стенки, — я жадно оглядывался и, не придумав ничего лучше, сорвал листок с дерева, — вот хотя бы это.

— Лист твёрдый, я… — она замолчала на полуслове, забрав у меня лист. Снова облизнув палец, она выдувала новый пузырь так, чтобы тот касался листа и пузырь приобрёл слегка зеленоватый оттенок. Надув до нужного размера, она кивнула подбородком: — давай, разрушай моё творение, — пузырь прогнулся там, где я нажимал пальцем, но выдержал! Теперь он больше походил на прозрачный воздушный шарик.

— Ты умница, Визьетта! — похвалил я. Она скривилась в ухмылке, мол, плёвая задачка, — а что там внутри? Воздух?

— Зачем знать? Разве не сесть на него хочешь? — удивилась она.

— Не совсем. Мы наденем его себе на головы, чтобы дышать тем воздухом, что внутри и будем медленно плыть. Понимаешь?

— Кажется понимаю… — взяв свой шарик двумя руками, она задумчиво повертела его и, подняв взгляд на меня, опустила на голову. Под сильным напряжением, шарик снова лопнул.

С пятой попытки ей это удалось. Выдержать идеальный баланс между прочностью и «пропускной способностью». Понятия не имею как, Визьетта такими материями управляет, что я мог лишь предполагать и завистливо наблюдать. Пузырь вместил наши головы и её лицо так близко оказалось, что от неловкости очень хотелось отвести взгляд. Терпи, Приго, сейчас неловкости прибавится.

— Теперь мы крепко обнимемся и в воде ты будешь создавать пузырики, как умеешь, но чуть-чуть, чтобы не слишком много внимания привлекать. Справишься?

— А ты что будешь делать? — нахмурилась она.

— Восхищаться твоим могуществом! — она продолжала хмуриться и я виновато добавил: — мне не сравниться с тобой в способностях, извини. Всю работу придётся делать тебе.

— Слабый кещерев, — она самодовольно покачала головой, — так и быть, протащу тебя. Обнимайся, — она раскрыла объятия, и я не мешкал.

Прижимаясь друг к другу, мы дошли до более-менее приличной глубины и осторожно опустились под воду. Нужно действовать осторожно, чтобы не нарушить целостность пузыря. Я боялся что даже вода может стать причиной очередной неудачной попытки, но всё прошло на ура: я мог дышать, Визьетта, судя по всему, тоже. Давление воды для пузыря ничего не значило, он даже не прогибался.

Навык «Первооткрыватель» повышен. Текущее значение — 11.

Даже не сомневался. Более того, я бы удивился, если бы кто-нибудь до меня передвигался в море столь экстравагантным способом. Кстати о движении. Обняв меня покрепче одной рукой, Визьетта опустила другую и мы плавно двинулись вперёд. Я же вцепился в неё что есть силы. Думает, небось, что от страха. Ну и пускай, главное что получается.

По ходу движения, мы перевернулись так, что я смотрел на поверхность воды и через пару минут увидел днище корабля керраши. Проплывали прямо под ним, но тревожных «звоночков» не поступало, похоже нас не заметили. Я сильно волновался насчёт пузыриков, что всплывают от Визьеттиного «моторчика», но пронесло. Может за рыб сочли, не важно.

Вспоминая с каким трудом мне дался этот заплыв, я завидовал ещё сильнее. Визьетта хоть и выглядела напряжённой, но это не бледная, смертельная усталость. Я точно не считал время, но прошло куда меньше получаса, когда Визьетта замедлила скорость, а затем и вовсе замерла, отпуская меня. Я ещё пытался цепляться за неё, но нащупал ногой почву и виновато отстранился. Земля! Визьетта тоже выглядела довольной, улыбалась. Мы тщательно огляделись, убедившись что поблизости никого нет и плюхнулись прямо на влажную почву.