И тогда, вода нам как земля... (СИ) - Ерзылёв Александр - Страница 42

Адмирал над планшетом посидел, измерителям побаловался и сам к тому же выводу пришел. И так со многим.

Но да отвлекся. Проблемы. В том что мы еще на месте топчемся, не подготовка операторов виновна. Они-то еще немного и уже до крайней грелки в атлантике доберутся. А загвоздка как всегда в деталях. Основных косяков было два. Скажем, для расчета маневра корабля, оператору требуются исходные данные. Такие например как диаметр циркуляции при перекладке руля на различные углы. Вправо и влево, при различных режимах работы главных машин; время описания полной циркуляции и части ее при различных скоростях и комбинациях машин; потеря скорости на циркуляции при перекладке руля на установленное число градусов для различных скоростей хода; и так далее и тому подобное. Обычно все эти данные выясняются в период заводских или приемо-сдаточных ходовых испытаний, на специально оборудованных полигонах, при участи представителей промышленности. Но! На текущий момент ни одному флоту не требовалось такого количества информации по маневренным элементам корабля. Соответственно и не замерял их никто. Вот тебе первая проблема Саша, хоть наизнанку извернись, но придумай, как в походе, без оборудованной мерной линии и береговых наблюдений произвести полноценный замер МЭК, а потом составь для каждого корыта крупней тазика собственные полноценные справочные таблицы штурмана. Ну Зиновий Петрович не такими словами конечно оперировал но смысл был ясен.

Сейчас-то БИЦ елозит по картам используя данные справочных таблиц родного БДРМа. А вот когда надо будет управлять целями числом больше двух, тогда и начнутся, проблемы посерьезней. Такого там соколики насчитают.

Второй косяк был того же плана. До сих пор только маневрировать учимся. Стрельба пока состоит из условностей Но если в нем конкретно винить некого, то во втором. Вспомнив разнос, который устроил Рожественский своему флагарту я даже передернулся. Да он еще и так был на тот момент на взводе. Несмотря на то что о будущей попытке местных выпроводить эскадру в бухту Лопес знали, конфликта избежать не удалось. Хотя может именно из-за этого так и случилось, адмирал себя заранее накрутил, словом тутошние власти он просто послал на три веселые.

Как оператору маневрирования требовались маневренные элементы закрепленного за ним корабля так и оператору стрельбы нужны составляющие для расчета данных стрельбы. Косяк заключался в отсутствии обобщенной систематизированной информации по баллистическим данным имевшихся на эскадре орудий. А старарт на вопрос. Где?! Принялся только беспомощно мямлить, что он не задавался такой целью и ему никто не говорил и вообще он ни причем, что может надо поискать по кораблях, там наверняка есть…

Но тогда и убедился что жалобы командующего на неисполняющий свои обязанности штаб, не то что имели под собой основания, они просто кричали во весь голос. Ясный хрен он не думал. Был я у него в каюте, ковры, кинжалы с шашками развешены, где ж ему про службу думать? Вообще отношения со штабом у меня не слишком сложились. Командующий, весь погрузившись в вопросы маневрирования и игру в войнушки помимо вопросов подготовки к бою как-то незаметно поскидывал на меня и решение текущих вопросов, а кто ж любит, когда ему о том что работать надо напоминают. Потому им, в основном, приходилось поручать проверять исполнение приказов по кораблям.

Вот так и получилось что сижу я и периодически вознося здравицы в честь святого Билли Гейца, перебиваю в чудесную программку с названием Эксель всю ту гору таблиц которую натащили мне артиллеристы эскадры. Слава богу, большинство орудий однотипные. Составить приемлемые таблицы стрельбы будет несложно, причем даже сразу в виде номограмм. Но время… Задрала семидневная рабочая неделя и двадцатичетырех часовой рабочий день.

В дверь постучали.

— Да! В проеме нарисовалась фигура вахтенного.

— Вашскобродь, к вам.

— Что за!? Я никого не вызывал. Ох Борис Юрьевич! Прошу, прошу…

— Ну здравствуй, Никитич! — Не смотря на дружескую улыбку и крепкое рукопожатие, во взгляде бывшего главного механика "Ульриха" явно читалось, что он не просто друга проведать зашел. Какой-то вид был взъерошенный чтоль?

— Здравствуй, Юрьич!

А вот мне мне как-то совсем не улыбалось прерывать очередной расчет на самой середине с перспективой делать все заново.

— Ты проходи, угощайся. Вот птюха, чай заваренный. Извини, чтоб мысль не потерялась, надо одно дело закончить. Ты сам здесь распоряжайся, а я мигом!

Уже заканчивая работу и отрываясь от экрана, я вдруг осознал, какую только что непоправимую ошибку совершил. Рванулся назад. Поздно. Борис Юрьевич уже дожевывал последнюю плюшку и при взгляде на мое раздосадованное лицо только довольно хмыкнул.

— Это тебе, Никитич, уроком будет! Опоздавшему поросенку — сиська у задницы! — важно изрек главмех, но тут же, улыбнувшись, добавил, кивая на кресло — да присаживайся, я тебе оставил парочку.

Пока мех не передумал, я, устроившись поудобнее, воздал должное искусству флагманского кока.

Запаса кондиционеров и запаса фреона хватало, однако, наличие всего полутора калек, обученных их устанавливать, приводило к тому, что места в очереди из совершенно необходимых к установке мест, распределялись лично Рожественским. Будто танки Сталиным, под Москвой, в сорок первом,

Как всегда, железо было выше людей. В первую очередь такой климатической установкой оборудовались артпогреба, а это дело было не быстрое. Возникали проблемы с электроснабжением девайсов, проводкой трубопроводов хладагента по корабельным потрохам. Хорошо еще, что на "Камчатке" нашлось достаточное количество медных трубок. Говорят, дошло чуть ли не до анекдота — местные, глядя на извивающиеся на каждой палубе загзагом трубопроводы, нажаловались начальству на перерасход дефицитного металла. Кончилось тем, что Юричу пришлось целую лекцию читать о том, что может случиться с ценным оборудованием в отсутствие маслоподъемных петель.

Но несколько камбузов ими уже оснастили. Потихоньку снимая проблему не всходящего в тропической жаре хлеба. Естественно, флагманский был один из первых.

Прожевав первый кусок, на всякий случай встревоженно глянул в сторону брюха. Как бы зеркальную болезнь не заработать. Но признаки надвигающейся беды вроде не наблюдались. Успокоив себя, перевел взгляд на расположившегося в кресле меха.

— Ладно, колись старый. С чем зашел? Явно не только вкусняшками у меня побаловаться. А то рассказать, как дела продвигаются по изготовлению шкафов для радиостанций — так он занят, а тут вдруг — хоп — и нарисовался.

— Мастер, ну не лежит у меня душа к этим ящикам. Там схема налажена, ответственные определены, работа кипит. Препятствие если и было, то одно, дров не хватало. Но ты и тут подсуетился. И мебель корабельную и даже настилы палуб в ход распорядился пускать. Ну и то дело, меньше очагов пожаров будет. Короче, никакого проку от меня там нет.

— А пришел я к тебе по делу. Мне твое начальственное слово нужно. На одного замастерившегося управу найти. А то я, было, сразу, к Филлиповскому подошел, но чего-то мы с ним на разных языках говорим. Он теперь от меня просто прячется, а дело стоит.

— Ага Юрьич. Знаю я твои языки. Как в раж войдешь, так филологи, даже из тех что мат изучают, в обморок падают. Но стоп. Я не понял. Два механика между собой не договорились. А ты хочешь "люкса" на помощь звать? Ты в своем уме? Они же механоиды хоть и стонут, что мол они серая кость да серебряное шитье, но кастовость у них не менее суровая чем у наших отпрысков морского корпуса. А я мало того что из судоводителей, так официальной должности по факту не имею. А ты хочешь, чтоб я заму командующего по механической части еще и замечания делал? Мне с корабельным расчетом разобраться, удавиться можно. Врагов на ровном месте себе наживаю. А ты мне еще шар такой закатываешь. До Цусимы, в нашей истории дошли без потерь. Были, конечно, поломки, но не критичные. Что же там такого могло образоваться, чтобы своими силами не справились?