Герой легенды (СИ) - Печёрин Тимофей - Страница 26

Несколько секунд помолчав — переводя дух, старик продолжил:

— Теперь третье. Даже в городе подавляющее большинство грамотных людей — это Свидетели. И они, что ценно, пытаются и простой люд обучать. Да, получается у них медленно, не слишком результативно, ну так и город этот не сразу строился. А что в свете сказанного делаете вы — понимаете? Выступая против Свидетелей, вы помогаете здешнему правителю уничтожать грамотных людей! И не только грамотных. Обратили внимание на внешний вид главного храма, особенно на крышу? Обратили?

— Типа того, — мрачно молвил Сеня.

— А поняли, в чем соль? Если нет, слушайте. Кое-кому из Свидетелей… да-да, именно из Свидетелей, а не из простых обывателей, вояк или свиты Огненосного пришла в голову революционная для этого мира идея! Оказывается, здания могут быть… красивыми. Но идея эта умрет, если умрет тот безвестный зодчий — заодно со всем кланом Свидетелей.

— Я понимаю, — Сеня вздохнул, а Смотритель только отмахнулся от этой реплики.

— Видимо, недостаточно понимаете, — были его слова, — в противном случае не полезли бы на штурм храма вместе с тупыми вояками и отмороженными горожанами. И, наконец, четвертое. Подведем, так сказать, итоги. Возможно, вы не любили никогда ни нотации, ни лекции, но без них в данном случае не обойтись. Так вот, цивилизации, чтобы развиваться, нужно, помимо прочего, расширять территорию своего влияния. При желании вы можете вспомнить примеры из собственного мира — когда развитое вроде бы общество останавливалось в развитии, деградировало и в итоге превращалось в легкую добычу только из-за того, что ограничило себя географическими рамками и оказалось в изоляции.

О, такие примеры Сеня, конечно, помнил. И государства доколумбовой Америки — майя, инков, ацтеков; и Японию при сегунате, и, отчасти, Индию с Китаем, которые завоевывали все, кому не лень. А потому не знал, чем крыть и эти рассуждения Смотрителя.

А сердитый старик-проекция продолжил:

— Экспансия военным путем… до сих пор поддерживавшая авторитет правителей-Огненосных, себя исчерпала. Границы, а значит, новые земли, все дальше, походы военные обходятся все дороже, управлять такой большой страной из одного города становится все труднее. Нужна децентрализация. Проще говоря, другие города, более-менее равноценные. Новые центры власти… и экспансии. К этому мало-помалу страну и подводят Свидетели, норовя насадить свою веру до самых границ. А там, чем энтропия не шутит, культ Хаода и Шайнмы может и дальше распространиться. Но главное: во время своих миссионерских визитов Свидетели как бы между делом рассказывают о жизни в городе. О товарно-денежных отношениях; об укреплениях и специальных военных отрядах, позволяющих не бояться злых чужаков. Рассказывают деревенщинам и чуть ли не дикарям. Из которых одни, конечно, отмахиваются; другие мечтают лишь сами в город переехать. Зато третьи желают у себя дома такие же порядки завести. Приобщиться, так сказать, к достижениям цивилизации и сородичей приобщить. Вот только… знаете, кому такое развитие событий не только не по душе, но и в перспективе смерти подобно?

— Местным заправилам, — отвечал Сеня, — вождям, старейшинам, шаманам… деревенским старостам.

— Этим — не факт, — возразил Смотритель, — если что, приспособятся. А вот для Огненосного дополнительные города со своими правителями, законами и денежными знаками — суть враги. Соперники, претендующие на его всевластие. Уж такой он человек: не видит дальше собственного трона, а в лучшем случае наконечника копья в своей властительной руке. Предпочитает править неграмотными дикарями, чем с кем-то договариваться и делить влияние. Зачем? Лишь бы дань ему исправно платили, а остальное не волнует.

А посему… ничего личного, но раз вы встали на сторону тех, кто готов потоптать ростки здешнего прогресса, я вынужден был деактивировать вживленный вам имплантат. Обезвредить вас, как готовую взорваться бомбу. Почему — я объяснил, дабы не было лишних вопросов.

Молвив последние слова, проекция Смотрителя померкла, а потом и сам Сеня вынырнул из колдовского сна. Точнее, был выдернут из него грубо и беспардонно — ковшом холодной воды на свою многострадальную голову.

Открыв глаза, растерянно помаргивая и дрожа от холода, Сеня обнаружил себя привязанным… к какому-то столбу; вероятней всего — деревянной подпорке. Точнее разглядеть не получалось: уж очень темно было в этом помещении, лишенном окон… по всей видимости, подвале. Лишь пара факелов чадила на стенах, немного разгоняя темноту. И позволяя видеть двух человек в белых плащах, стоявших рядом со связанным пленником.

Первый, высокий по здешним меркам угрюмый парень был тем самым гадом, что окатил Сеню водой. Догадаться было нетрудно, хватило лишь приметить деревянный ковш в его руке. А второй из Свидетелей был солидного вида стариком, напомнившим Сене Смотрителя Бовенгронда.

Из-за сходства этого пленник сразу приготовился к неприятностям. Хотя, казалось бы, куда уж неприятней, если стоишь привязанный к столбу в каком-то подвале. Хуже была только смерть — с пытками или без.

«Ох, чувствую, если переживу это приключение, — думал Сеня, — будет у меня предубеждение против старшего поколения, точняк. Как это по-научному называется? Геронто…фобия?..»

От праздных мыслей его отвлек старик, нарушивший молчание.

— Итак, — молвил он сухо, — вопрос у меня один. Кто ты такой?

— Ну… Шайнма вроде как, — нехотя отвечал Сеня, — посланник Хаода…

— Вранье! — отрезал старик, — никакого Шайнмы, являвшегося посланником Хаода, не было. Был проходимец, овладевший, судя по всему, колдовской силой и с ее помощью защищавший наших древних предков от Маждулов и враждебных племен. А потом зарвался и попытался захватить власть… чего у него, слава Хаоду, не вышло. Впрочем, не все ли равно? Тот колдун давно мертв. И потому повторю… и уточню свой вопрос. Кто ты на самом деле?

Последние слова он произнес с расстановкой, чеканя, как солдаты на параде — шаг.

— Ну ладно, — Сеня вздохнул, несколько огорошенный циничной откровенностью старика и решил отплатить откровенностью же, — не знаю, поверите ли вы в такую правду… как вообще воспримете. Но раз так хотите, чтоб я во всем сознался — пожалуйста. Примите и распишитесь. Начнем с того, что я вообще не из вашего мира. Нет, не с небес и уж точно не из-под земли, где эти ваши Маждулы гнездятся. Гораздо дальше. В том мире… хм, повозки ездят без лошадей и даже умеют летать. Там светильники светят ярче, чем здесь, но огня в них нет. А здания бывают такими огромными, что ваш главный храм и палаты Огненосного на их фоне даже заметить было бы трудно.

— Твоя речь похожа на детскую загадку, — перебил старик, — а местами на бред. Но, видимо, только такой и способна быть истина, когда речь идет о чем-то необычном. Если подумать… людям, способным метать молнии руками, под силу, наверное, и жилища освещать без огня, и повозки заставить ездить без тягла. Допустим, я соглашусь: такой мир возможен. Но тогда… что ты забыл у нас, человек из такого чудесного мира?

— Э-э-э, поправка небольшая, — сказал на это Сеня, — даже в нашем мире люди не умеют метать молнии. А такой способностью меня наделил старик… ну, вроде вас, только очень долго живущий. И страшно озабоченный происходящим здесь. Собственно, это он меня и затащил в этот мир. Чтобы я помог местным отбиться от Маждулов и тем самым дать возможность развиться. Построить город, научиться обрабатывать металлы и все такое прочее. Да-да, это меня вы знаете как Шайнма — искаженное от моего настоящего имени: Сеня, Семен. Это я тысячи лет назад уже бывал здесь. Когда ваши предки сидели-дрожали в пещере. И вот вернулся.

— Ты снова съехал на ту же ложь, — хмуро молвил старик и повернулся к парню с ковшиком, — надо бы плеснуть в него не холодной, а горячей водой… для начала.

— Нет-нет, стойте! — вскричал Сеня, и наверняка бы даже руками замахал, не будь они у него связаны, — почему не верите? Если кто-то смог переместить меня в такую даль — другой мир, если кому-то под силу научить меня молниями швыряться… если в это вы можете поверить, то почему не можете в то, что и во времени тот тип способен переносить… и переноситься?