Марджорис (СИ) - Островская Ольга - Страница 2

— Там Йен, — напомнила принцесса, когда брат взял её за руку.

— И в чём проблема? — Фрид вопросительно уставился на неё. От него не укрылось странное поведение лучшего друга и младшей сестры. Пристальные пламенные взгляды от одного и неловкое смущение и нервозность от другой. — Тебя расстраивает его внимание?

Рисса вскинула взгляд на него. Неужели заметил? Хотя проницательности брату не занимать, как и внимательности. Поэтому, вздохнув, она молча кивнула.

— Почему? Он тебе неприятен?

— Нет, — пожала она неловко плечами. — Коммодор не вызывает во мне неприязни. Я уважаю его как человека и твоего друга. Но это всё. Мне приятен его интерес, но ответных чувств я не испытываю.

Принц ещё мгновение рассматривал сестру. Жаль. Это был бы замечательный союз. Видя увлечённость Йена, он, по правде говоря, надеялся, что из них может выйти замечательная пара. Хотя, ведь ещё ничего не потеряно. Рисса — совсем девочка. В свои восемнадцать она порой поражала умом и рассудительностью, но всё равно оставалась наивным ребёнком во всём, что касалось отношений, больше придавая значения образованию. Так что друг ещё имеет все шансы пробудить ответные чувства в маленькой принцессе. Но это всё потом. Сейчас нужно встретиться с матерью.

— Пойдём, Рисса. Мама, ждёт нас. — Он мягко увлёк девушку за собой. Постучал и, услышав тихое "Войдите", решительно открыл дверь.

— Вы звали нас, ваше величество?

Королева всё так же сидела за своим столом, а перед ней лежали какие-то документы и карты. Коммодор как раз склонился над одной из них и что-то изучал. Стоило им войти, он резко вскинул голову, кивком поприветствовав принца, а потом его пристальный взгляд остановился на принцессе. Фелисианна тоже посмотрела на своих детей, её глаза теперь казались ещё более стеклянными и бездушными. Рисса вздрогнула, Фрид застыл. Аура матери полыхала чёрной бездной, которая голодным зверем заглатывала энергию, оставляя вокруг себя холодный ужас и тьму. Молодой маг почувствовал, как всхлипнула рядом сестра, и судорожно накрыл обоих щитом, притягивая её к себе в немой поддержке.

— Мама? Что происходит? — теперь принцу стало заметно и, как на виске коммодора бешено пульсирует жилка, и как искажается пространство, подчиняясь невообразимой и почти неконтролируемой мощи. Королева закрыла глаза, по бледной, до синевы, щеке поползла солёная капля слезы. Она всё ещё пыталась обуздать рвущуюся наружу силу, но явно проигрывала в этой неравной борьбе.

— Не снимай щиты. Я уже почти себя не контролирую, — измученно прохрипела Фелисианна. — Мне нужно успеть всё вам рассказать… Фрид, в королевстве заговор. Кто-то пытается захватить власть, используя эпидемию чёрной гнили. Сегодня… — она сглотнула, по телу прошла судорога, вырвав из горла глухой стон. Рисса рванулась к матери, но брат крепко сжал её плечи, удерживая на месте. — Нет, девочка моя, не подходи, это опасно! — измождённая женщина перед ними, казалось выгорала изнутри. — Сегодня Рикс предоставил мне ужасные доказательства. Сомнений нет, кто-то настойчиво рвется к трону. И подозреваемых не так уж много. Фрид, ты должен остановить это, я надеюсь на тебя.

— Конечно, мама, я сделаю всё возможное и невозможное. Мы справимся! — Мрачная решимость в словах принца не обещала ничего хорошего виновникам происходящего. — Что с тобой? Почему сила Источника взбунтовалась?

— Тебе придётся самому… я лишь постараюсь облегчить тебе путь, — королева посмотрела на своих детей с тоской. Они сильные. Такие дорогие сердцу, которое уже захлёбывалось от боли, что придется их оставить. Но другого пути у неё больше нет. — Источник мне уже почти не подчиняется. Моих сил хватит лишь на последний дар Вестории. Я спасу людей от гибели, выжгу эту дрянь, отравляющую наш народ. А тебе, мой мальчик, придётся сражаться дальше.

Рисса непонимающе уставилась на мать. О чём она говорит? Это ведь невозможно… Невозможно, если… Осознание внезапно оглушило, заставив рвануться из рук Фрида.

— Нет, мама! — её вопль лишь на мгновение опередил возглас брата.

— Нет, ты умрёшь! Мама, это сожжёт тебя!

Но королева лишь устало покачала головой, продолжая говорить. Ей так много надо успеть им сказать.

— Я все равно умираю. Так пусть моя смерть принесет спасение. Фрид, тебе останется только вычистить нашу страну от предателей. Я верю в тебя, мой мальчик, и горжусь тобой. — Нежная улыбка тронула бледные губы. — И тобой горжусь, моя прекрасная девочка. Береги её, сын.

Рисса молча уткнулась лицом в китель на груди брата, слезы уже безостановочно текли по её щекам, боль раскалёнными клещами разрывала грудь изнутри. Как во сне, она услышала, произнесенный Фридом, вопрос, который сама боялась задать.

— Мама, почему? А как же отец? — помертвевший голос брата резал по живому.

Лицо королевы исказилось в судороге страдания.

— Вашего отца убили сегодня утром. Лорд Дагаст мертв.

Боль была такая, будто в сердце вогнали зазубренный клинок, разрывающий плоть и превращающий её в кровавое месиво, тело согнулось в безудержном вопле, переходящем в рыдание. Она уже почти не ощущала, как её сжимает в объятиях брат, то ли, пытаясь утешить, то ли, ища утешения у неё самой. Горестный вой рвался из груди, мир рушился. Она не могла остановиться. И от этого не было никакого спасения. Отец мёртв! И для матери всё предрешено.

Как сквозь толщу воды, услышала лишённый жизни голос Фрида.

— Как это произошло?

— На них напали на рассвете. Весь отряд погиб. Всех лекарей убили, — это уже ответил Йен. Девушка даже забыла о его присутствии. — Лорд Рикс, уже отправил дознавателей на место произошедшего. Но кое-что уже и так ясно. Охотились, прежде всего, на принца-консорта. Его палатку смело прицельным обстрелом. Мы подозреваем вмешательство Вэльдегарда.

Коммодор явно не хотел озвучивать подробности, хмуро поглядывая на рыдающую девушку. Жалел, судя по всему. Рисса, превозмогая боль в страдающем сердце, постаралась взять себя в руки. Она выплачется потом! А сейчас девушка загнала поглубже выворачивающую внутренности тоску, позволив спасительному оцепенению охватить её чувства. Она слышала, как неровно бьётся сердце брата под её щекой, его тело закаменело, и магия звенела бешенным роем вокруг них. Брат еле сдерживался на тонкой грани. Рисса ещё крепче обняла его, молча стараясь поделиться с ним теми остатками сил, что у неё ещё оставались.

— О миссии, с которой оправился отец, знали единицы. Значит кто-то предал. Даже если храмовники приложили руку, есть какая-то крыса здесь, среди наших людей, — принц сжал кулаки. — Найду мразь и сотру с лица земли.

— Сперва, ты должен позаботиться о сестре. — королева настойчиво посмотрела в глаза сына, горевшие мрачной решимостью. — Сегодня, ты примешь власть. Ты сильнее меня, сын мой. Намного! Источник подчинится тебе, но и у тебя есть слабое место, — она перевела взгляд на, затихшую в объятиях брата, принцессу. — Враг коварен, и мы не знаем, кто он. Тебе надо будет действовать жёстко и решительно. Рисса же будет в опасности. Во-первых, ни для кого не тайна, как вы привязаны друг к другу, а во-вторых — она стане твоей единственной наследницей, пока у тебя не появятся собственные дети. Ты должен спрятать её, обезопасить, чтобы не было ни малейшей возможности надавить на тебя. Когда я остановлю эпидемию, эта мразь начнет действовать, попытается вернуть себе контроль. Будь готов к этому! Отправь сестру в Аданат!

Рисса, дезориентированная и разбитая, сначала слушала молча, опустошённая горем, но, услышав слова матери, судорожно затрясла головой.

— Нет! Нет! Нет! Я никуда не поеду! Нет, я нужна здесь! Я нужна тебе! Фриду! Я останусь! — она заглянула в лицо брату, и испуганно выдохнула, настолько страшным был его взгляд, — Фрид, пожалуйста, не делай этого. Я помогу тебе, я буду осторожна.

— Рисса, я не хочу потерять и тебя. Ты последняя родная душа, что у меня остаётся, и я не могу, не имею права тобой рисковать. — Она уже видела в его глазах принятое решение, уже понимала, что оно не изменится. — Я буду мстить, сестрёнка, и не хочу, чтобы ты видела меня таким.