Мертвое (СИ) - Суржевская Марина - Страница 46

На многих фасадах красовались живописные завлекающие картины, нарисованные на деревянных щитах. На некоторых подмигивали прохожим пышногрудые красавицы, на иных — красовались мужественные легионеры. Порой встречались вывески несуразные и смешные: по деревянным стенам маленькой круглой кофейни кот носился за толстой мышью, которая улепетывала, а под окошками останавливалась и принималась корчить рожицы.

«Мышиная погоня» — темнела надпись над дверью. И рядом виднелась кривоватая приписка: мышей у нас нет, не надо бояться!

Пожалуй, я как-нибудь наведаюсь в эту кофейню!

Вокруг небольшого искусственного озера, в центре которого пускала струи воды пучеглазая каменная рыба, прогуливались нарядно одетые пары. На женщинах красовались дорогие бархатные накидки или шубки — распахнутые, чтобы были видны яркие платья. Мужчины носили серые и черные пальто с серебряными или фарфоровыми пуговицами и широкими меховыми воротниками, а иные — все те же мундиры февров.

Морская Гавань кипела весельем и жизнью. И даже черная тень Вестхольда не омрачала царящий здесь праздник.

Мехомобиль снова свернул, и я ахнула, увидев черный фрегат. Огромный корабль, застывший на брусчатке. Его сложенные паруса казались крыльями птицы. Вот-вот — и взмахнет, вот-вот — и полетит. Но увы. Этот фрегат навечно стал пленником булыжной мостовой, расстилающейся под ним вместо морской волны.

— Он похож на пиратский корабль, — вырвалось у меня. — Только капитана не хватает.

— Да, — улыбнулся Кристиан. — Я подумал так же, когда увидел его. Мы приехали, Иви.

Мехомобиль остановился под старым кленом, Крис вышел и открыл мне дверцу.

Фонарики освещали дорожку к кораблю, откуда доносилась музыка. Мы поднялись по ступеням-сходням и очутились внутри фрегата. Здесь свисали с потолка такелажные сети и веревки, плескались в круглых окошках золотые рыбки, а в центре растопырил щупальца ледяной осьминог, держащий блюда с закусками и напитками.

Возле него уже толпились ученики и даже наставники.

— Учти, на фрегате дрянные напитки, Иви, — сказал Кристиан.

Я повернулась к февру.

— Ты не пойдешь со мной?

Он качнул головой, и меня укололо разочарование.

— Повеселись.

— Неужели мой строгий брат произнес это ужасное слово? — не удержалась я. — Повеселись? Мне не послышалось?

Кристиан рассмеялся и склонился так, что его дыхание лизнуло мне висок.

— Будь… благоразумна. Я отвезу тебя домой, когда праздник закончится.

Окинув помещение внимательным взглядом, Кристиан развернулся и ушел. Я вздохнула. Что ж. Попробую последовать его совету и повеселиться! В конце концов, я это заслужила!

— Иви! — меня заметила Мелания и помахала рукой. Праздничная послушница мало отличалась от послушницы будничной. На девушке было скромное серое платье, а из украшений — лишь белый воротник и скромная жемчужная подвеска на тонкой серебряной нити. Даже волосы Мелания заплела в обычную косу. И почему я не подумала, что у послушницы просто нет красивых платьев? Надо было ненавязчиво предложить одно из своих, впрочем, Мелания вряд ли согласилась бы.

Зато увидев меня, девушка просияла.

— Иви! Какая же ты красивая! Словно морская богиня!

Я рассмеялась, удивляясь бесхитростности этой девушки. Сняла со своих волос цветок и приколола на платье девушки.

— Ты — тоже, — улыбнулась я. — Все уже собрались?

Я осмотрелась. От блеска украшений и многоцветия тканей зарябило в глазах! Даже наставники преобразились. Я увидела возле круглого аквариума нескольких наставников и улыбающуюся Эмилию Сентвер. В красивом сиреневом платье и шляпке с вуалью она выглядела моложе и гораздо привлекательнее. Что уж говорить об учениках! Я так привыкла видеть всех в форме Двериндариума, что забыла, какими они могут быть нарядными. Альф красовался в великолепном фраке и расшитом розами жилете. К зеленому камню в его ухе добавилась изумрудная шейная булавка и несколько массивных перстней.

Бесцветные близнецы были одеты в традиционные цвета своего рода — белый и серебряный. Алые рубины стекали кровавым водопадом по пышной юбке Рейны и сюртуку Киара.

Итан нарядился в бархатные штаны и расшитый золотой нитью пиджак, а Майлз выбрал для праздника бордовый сюртук-мантию, который казался слишком большим для его щуплого тела.

Толстощекая Сильвия в желто-розовом пышном платье вовсю уплетала песочные корзиночки с рыбой и морскими гадами, не обращая внимания на остальных.

Но всех затмевала Ливентия. Сегодня на южанке переливалось и искрилось платье цвета ее любимой лиловой розы. Темные локоны сдерживала драгоценная золотая сеточка, а нежные руки закрывали ажурные перчатки. Ну и конечно, по ткани порхали бабочки и стрекозы — неизменные спутники Ливентии! Сама девушка в блеске драгоценностей казалась чудесным цветком — хрупким и невероятно красивым.

— А где Ринг? — вспомнила я.

— Может, плачет в своей конуре, — фыркнула Ливентия, подходя ближе. — Вряд ли он попадет в пятерку лучших после такого провального экзамена!

— Почему ты такая злая? — насупилась Мелания. — Ринг не сделал тебе ничего плохого!

— Ах, ты теперь его защитница?

— Я просто…

— Ринг пришел, — со странной интонацией протянул Итан. И чихнул.

— Где он? — не поняла я, выискивая знакомую фигуру.

— У двери. Только я не уверена, что это Ринг, — изумленно пробормотала послушница.

Здоровяка можно было узнать только по росту и широким плечам. Вот только сегодня эти плечи были облачены в идеально скроенный костюм. Черный удлиненный пиджак подчеркивался расшитым парчовым жилетом и дорогой булавкой в шейном платке. Брюки со стрелками и модные глянцевые туфли превратили дикаря в столичного модника. А завершила преображение прическа. Неопрятные черные патлы исчезли. Чистые волнистые волосы Ринга были стянуты в аккуратный хвост и перевязаны бархатной лентой.

Заметив нас, Ринг подошел и встал рядом со мной. Небрежно вытащил золотые часы, щелкнул крышкой.

— Чуть не опоздал… Список еще не объявляли?

Мелания открыла рот, вытаращившись на Ринга. Итан выглядел изумленным, как и Ливентия. Впрочем, девушка быстро взяла себя в руки и сморщила точеный носик.

— Ты украл у кого-то костюм? Не терпится снова загреметь на свою любимую каторгу?

— Я заказал его у местного портного, — хмыкнул здоровяк. Хотел что-то добавить, но тут зазвенел бронзовый колокольчик, и в круг света выступила Эмилия Сентвер. За ее спиной вспыхнула огоньками меловая доска — пока пустая.

Смотрительница Вестхольда всплеснула руками.

— Мои дорогие! — радушно улыбнулась она. — От лица всех наставников я приветствую вас на этом празднике. Вы прожили необыкновенный месяц, ваш первый месяц в Двериндариуме.

Для многих он оказался сложным и трудным, но вы должны понимать, что Дары — достаются самым достойным, упорным и трудолюбивым. Ваши учителя составили список лучших, тех, кто уже послезавтра впервые откроет Дверь. Прикоснется к великому чуду нашей империи. Станет частью этого чуда.

«Послезавтра?» — прокатилось по фрегату. Уже послезавтра?

Ученики затаили дыхание. Я против воли стиснула тонкую ножку бокала, который мне вручил Итан. От волнения закружилась голова. Неужели… неужели все это правда? Порой я все еще не верила, что нахожусь здесь.

— Итак, прошу вашего внимания! — торжественно произнесла Эмилия, звякнув колокольчиком.

— Куда уж больше, — хмыкнул Альф, непонятно как оказавшийся рядом со мной.

Я неприязненно отодвинулась. Я не забыла, как он усмехался на экзамене, видя мой отчаянный взгляд. Парень нахмурился и залпом выпил свой бокал.

— Внимание! Ваши итоги на экзаменах!

Эмилия провела рукой, и на меловой доске вспыхнул список наших имен. Я взглядом нашла свою строчку — Иви-Ардена Левингстон. И ощутила, как заполошно забилось сердце. Слишком низко! Мое имя слишком низко! Проклятые штрафные звезды!

— Совершенно справедливо первое место нашего прекрасного, чудесного списка занимает имя Киара Аскелана! — провозгласила Эмилия и снова коснулась доски.