Минзаг "Марти" (СИ) - Старицын Виктор Карлович - Страница 19

После полудня сигнальщики доложили о подходе со стороны Тринидада большого количества лодок, примерно 60–70 штук. Прикинув, что лодки уже отошли от острова не менее, чем на 5 миль, командир приказал дать полный ход и идти навстречу. Лодки шли беспорядочной кучей. Подойдя поближе, Мещерский разглядел, что в каждой лодке типа каноэ находилось 10–12 гребцов. Почти во всех лодках сидели пассажиры, видимо, взятые пленные. Марти врезался в самый центр кучи. Некоторые лодки попали под форштевень. Увидев стремительно надвигающийся корабль, гребцы и пассажиры с них прыгали в воду. Поднятая кораблем на полном ходу волна легко переворачивала лодки. За первый проход затопили два десятка лодок.

Пойдя флотилию лодок насквозь, Марти, не снижая хода, развернулся и ринулся на скопление лодок снова. За второй проход утопили еще полтора десятка. Туземцы поняли ситуацию. Лодки бросились врассыпную. Марти кружил вокруг них, снова и снова проходя сквозь скопление. Через час на плаву осталась дюжина лодок, далеко рассыпавшихся по проливу. Мещерский решил, что урок туземцам дан запоминающийся, и прекратил бесчинствовать. Гоняться на корабле в шесть тысяч тонн водоизмещением за туземными пирогами было глупо, а тратить на туземцев патроны — жалко. Марти лег в дрейф. С корабля спустили все катера, баркасы и шлюпки. Гребные лодки собирали из воды туземцев, вязали их и передавали на катера. Катера отвозили пленных на корабль. Из воды подняли почти четыре сотни душ. Подобрав всех держащихся на воде, Марти лег на обратный курс.

До заката успели вернуться к крепости и передать пленных на берег. Петекотль отсортировал агрессоров от захваченных ими пленных. Бывших пленных отдали вождям. Из захватчиков отобрали полторы сотни самых здоровых. Полсотни оставили в Сталинграде в качестве бесплатной рабсилы. Сотню снова погрузили на Марти. В Крыму рабсила тоже будет отнюдь не лишней. Около ста пятидесяти пленных воинов передали Петекотлю во временное пользование. Ему же отдали все оружие с костяными и каменными наконечниками. Все медное и бронзовое оружие забрали себе. Лично Петекотлю презентовали бронзовые копье и большой нож.

Вождь второго прибрежного племени Кутеметль, до печенок впечатленный мощью камчатцев, походя разгромивших полутора тысячную армию, напросился на аудиенцию. Очень просился в союзники на тех же условиях, что и Петикотль. Мещерский пошел ему навстречу, в качестве вступительного взноса потребовав 10 девушек, 20 свиней и 40 коз. К удивлению капитана, вождь был в полном восторге от совершенной сделки, и пообещал оставить в крепости еще 36 девушек за 18 ножей. Тут же союзнический договор подтвердили клятвами. Петекотль стал свидетелем договора. Каперанг сделал зарубку в памяти. Этот вопрос нужно было срочно согласовать с верховным вождем Тетикетлем. Иначе тот мог обидеться и пойти войной на союзных вождей. Война на острове была камчатцам совершенно не нужна. Стемнело. По периметру зажгли фонари. Во избежание. Керосина было хоть залейся.

Наутро командиры крепости отчитывались о проделанной работе.

Прокошин доложил, что с учетом опыта прошедшей компании, намерен построить на внутренней стороне стены сплошной помост для туземных лучников, оборудовать отхожие места на 1000 человек и загон для скота. Кроме того, выкопать на ручье пруд для создания запаса пресной воды на случай осады. На тысячу человек имеющийся в крепости родник давал воды только — только на питье и приготовление пищи. На бытовые нужды его не хватало. Каперанг посчитал первоочередной задачей только строительство пруда. Следующее нападение туземцев, он был уверен, состоится не скоро. А при нападении испанцев, в крепости можно будет принять только воинов союзных племен. Женщины и дети успеют уйти в лес.

Врубель доложил, что хранилища нефтепродуктов заполнены под завязку. Мещерский сразу дал команду заполнить танки Марти нефтью, соляркой, и керосином. Выжигание древесного угля идет успешно. Начали добычу болотной железной руды по методу, описанному в Брокгаузе. К строительству плотины и ГЭС пока не приступили. Каперанг, похвалил, сказав, что теперь, с новой рабсилой, можно будет заняться и плотиной. Приняв доклады, захотел посмотреть технологические процессы в натуре.

Прямо на вырубке были заложены три углевыжигательных костра. Каждый кубов на сорок дров. В кучи закладывали только дрова, напиленные из сухостоя. На просушку под навесами заложили еще три сотни кубов древесины. В первой куче процесс горения уже закончился. Полученный уголь остывал под слоем грунта. Два костра еще дымились. Четвертый костер только начали собирать. Каждый костер по прикидкам должен был дать порядка 5 тонн угля.

На небольшом болоте, оказавшемся прямо на вырубке вблизи ручья, установили бревенчатый сруб и начали выбирать из него грунт, подкапываясь и под сам сруб. После заглубления в торфяной грунт на два метра в торфе появились гранулы коричневого цвета — бурый железняк, железная руда, содержащая порядка 30 % железа. Грунт, содержащий гранулы промывали в лотках. Углубившись на четыре метра, добыли две тонны железняка. Заглянув в сруб, Мещерский увидел на дне четверых туземцев, по колено во влажной жиже наполнявших корзины грунтом. Двое поднимали на корзины на веревках, четверо относили корзины на берег ручья, где еще четверо промывали грунт в лотках. На всех тяжелых работах по выжиганию угля и добыче болотного железа были заняты только аборигены. Теперь на эти работы можно будет поставить захваченных пленных.

Экскурсия еще не закончилась, когда из крепости прибежал посыльный, и сообщил, что с Марти наблюдают три парусника. Мещерский рысью помчался на берег и катером переправился на корабль. Звягинцев уже развел пары. С мостика в бинокль на горизонте отчетливо были видны три парусника. Пока не понятно, какого типа. Парусники шли со стороны Конкерабии на удалении примерно пяти миль от берега. Мещерский был уверен, что с парусников Марти еще не заметили. Окрашенный в шаровой цвет корабль на фоне берега с такого расстояния различить было невозможно. Приказал дать малый ход и, прижимаясь к берегу, уходить от испанцев.

Капитан-командор дон Планель де Бардакс был опытным и осторожным моряком. Поэтому, он не повел свою эскадру сразу к крепости таинственных пришельцев. Прочитанный рапорт дона Истебана внушил ему уважение к возможностям их корабля. Он, конечно, не поверил, что корабль может быть целиком железным, иметь такие огромные размеры и ходить против ветра без парусов. Он предполагал, что благородные доны Истебан и Эрнандо слегка перекурили травы, закупленной у индейцев. Но, пушки у пришельцев определенно были дальнобойными и скорострельными. Для выяснения последних обстоятельств дон Планель зашел в форт Конкерабия.

Командир форта сообщил ему, что по сведениям, полученным от вождя островных индейцев, пришельцы закончили постройку обширной деревянной крепости, после чего их корабль ушел в неизвестном направлении. В крепости остался небольшой гарнизон, не более полусотни солдат. Это известие сильно обрадовало капитан-командора. Еще больше поднял ему настроение командир форта, сообщив, что верховный вождь только что объявил полный сбор воинов племен для отражения нападения материковых индейцев, причем высадились эти индейцы на южном берегу острова, рядом с крепостью пришельцев. Так что пришельцы, вероятно, имеют большие проблемы с материковыми индейцами.

И в самом деле, оборонять обширное укрепление малым числом солдат против большой орды туземцев — дело весьма не простое. Может быть, туземцы уже варят пришельцев в котлах. На трех кораблях эскадры было 550 человек и 98 пушек. Имелась реальная возможность взять крепость и захватить кого-нибудь из пришельцев в плен. Толпы голых индейцев благородный идальго совершенно не опасался.

Капитан-командор приказал отплывать на рассвете. К полудню эскадра подошла к к месту предполагаемой крепости.

Не доходя пяти миль до крепости, парусники, шедшие кильватерной колонной, разделились. Самый большой, четырехмачтовый, продолжал идти вдоль берега, на удалении пяти миль от него, однако снизил ход, убавив паруса. Самый малый, трехмачтовый, свернул левее и пошел вдоль берега. Средний корабль взял курс посередине между большим и малым, примерно в двух милях от берега. Эскадра, таким образом, развернулась во фронт. Марти отошел от крепости на 8 миль, затем ускорился до полного хода и стал обходить испанцев по дуге, заходя к ним в тыл. Когда малый парусник еще только подходил к вырубке, Марти уже был в пяти милях мористее большого.