Дневники потерянной души (СИ) - "Starry Sky" - Страница 68

Подъем был крутым, но, по счастью, взобраться нужно было только до середины, где на склоне имелся выступ с площадкой примерно в семь шагов длиной, а за ним чернел некий узкий вход. С пыхтением я вскарабкался следом за хозяином, слишком быстро выпрямляясь, отчего перед глазами потемнело и поплыли разноцветные круги.

- Так, - сказал Маура сам себе. – Все правильно, на одной линии с базой... – Из-под козырька ладони он стал изучать пологие холмы вдалеке.

И вдруг, будто сраженный невидимым ударом, он резко рухнул навзничь, хватаясь за голову.

Похолодев от ужаса, я упал на колени и потряс его за плечо:

- Хозяин! Что с вами?..

От неожиданного шока его глаза раскрылись до предела, и, не мигая, смотрели ввысь. Где-то глубоко внутри широкой темно-серой радужки тускло мерцали и переливались серебряные искорки, как точки звезд в ночном небосводе; и во все стороны от зрачка расходились тончайшие крошечные грани, похожие на светящуюся паутину.

- Помоги... – прошептал вдруг он. – Помоги мне...

- Чем, чем я могу помочь?..

Я взял его за руку и поцеловал худые грязные пальцы с обломанными ногтями. Никогда раньше я не посмел бы сделать этого. Но здесь, за чертой рассудка и привычности, когда все происходящее напоминало затянувшийся кошмарный сон, мне уже неважно было, какие нормы общества я переступаю, и как буду за это наказан. Только мои инстинкты вели меня теперь, и только им я подчинялся.

- Помоги мне... – он уцепился за мое плечо, и я наконец понял, что он просто хочет, чтобы я помог ему встать. – Кажется, обнаружили... Оставайся здесь, сторожи вход, – хрипло приказал он, едва держась на ногах. – Мне нужно время.

Без дальнейших пояснений он скрылся в черном устье пещеры.

Тревожно переступив с ноги на ногу, я утер лоб рукавом, мечтая лишь о глотке свежей прохладной воды – даже двухдневный голод уступал по силе мучительной неотступной жажде, от которой горел рот, кровоточили растрескавшиеся губы, и болезненно першило в горле.

Уголком глаза я вдруг снова заметил мелькнувшую тень, и из-за скал возникла худая фигура, в мгновение ока оказавшись рядом.

На этот раз я, хоть и вконец изможденный, среагировал сразу.

- Еще раз к нам сунешься, тварь, проткну тебя насквозь! – Я выхватил нож и угрожающе размахивал им перед собой, изо всех сил сжимая рукоять. – Убирайся, мерзавец!

- Пропусти, - тяжело дыша, потребовал Трагальд.

Зная все дороги и не попавшись в плен, он преодолел этот многодневный путь через скалы и степь раньше нас, уже, видимо, некоторое время поджидая на склоне. Его длинные покрытые пылью волосы были завязаны узлом, чтобы не мешать при дальнем переходе, одежда и обувь были так же, как и у нас, изодраны в клочья; и без того впалые щеки ввалились еще больше, отчего высокие скулы выступали острыми углами на осунувшемся бледном лице. Но мне не было жаль его – ведь теперь, после недавних слов хозяина, я был уже абсолютно уверен, что он враг нам обоим.

- Подлец! Предатель! – гневно выкрикнул я. – Пошел вон, или умрешь!

Мои угрозы звучали совсем неубедительно даже для меня самого, но я готов был до последнего защищать хозяина – или хотя бы дать ему время осуществить задуманное.

- Пропусти, идиот, или он сейчас убьет себя!

Я растерялся от этих слов, опустив оружие. Улучив момент, старик резко прыгнул на меня, выбивая нож из руки, и с силой отшвырнул в сторону так, что я ударился лбом о камни и потерял сознание.

Когда я пришел в себя, то не сразу понял, где нахожусь. Из раны на голове текла кровь, заливая глаза. Я вспомнил о случившемся и в ужасе вскочил на ноги, стараясь справиться с головокружением и надеясь, что еще не опоздал. Опрометью я кинулся в черное устье входа.

Пещера оказалась огромной. Ее крутые гулкие своды были некогда расширены руками неведомых мастеров; также о пребывании здесь разумных существ говорили выдолбленные в камне длинные ровные ступени, ведущие почти вертикально вниз. От спуска по ним еще больше закружилась голова – и я вынужден был ухватиться за стену.

Тут только я понял, что в пещере не царила полная темень, и что причиной тому не мог быть слабый дневной свет из входного проема. Освещение имело зловещий красноватый оттенок, и шло изнутри зияющей посреди пещеры пропасти, отражаясь от сводов. Где-то далеко внизу слышалось ровное гудение, будто его издавал огромный пчелиный рой, наглухо замурованный в бочке. А еще было до одури жарко – жарче, чем в разгар нашего самого палящего лета.

Меня вдруг обуял панический ужас. В этой пещере явно искусственного происхождения что-то творилось. Словно там присутствовала дикая, неведомая, неземная сила. Словно там уже погибли сотни, тысячи. До нас…

Слева от подножия лестницы, прямо на зазубренных выступах скал в неестественной позе лежал Трагальд с широко раскрытыми глазами. Посреди его груди чернело большое выжженное пятно. Сквозь дыру в одежде проступала обугленная плоть.

Заставив себя отвернуться, в колышущемся мареве я заметил еще одну лежащую фигуру у самой кромки обрыва, и кинулся туда.

Мой хозяин был неподвижен, и его волосы свисали прямо в пропасть. Скалистый пол подо мной дрогнул.

Я схватил лежащего в охапку, отшатываясь от смертельного отверстия и бросаясь к лестнице. Земля под моими подошвами содрогалась все сильнее, будто хотела исторгнуть наружу из своих недр инородное тело, душащее ее. И как раз когда я уже забрался на длинный ступенчатый виток, где-то далеко внизу, внутри горы, что-то громыхнуло так, что со стен посыпалась каменная пыль, и меня едва не сбросило обратно.

Из последних сил я карабкался к спасительному выходу, держа хозяина на плече, в кровь обдирая пальцы об острые камни и стремясь лишь оставить позади эти врата ада, добраться до нормального мира и вдохнуть живительный воздух вместо мутящего все чувства удушающего газа.

Оказавшись снаружи и не выпуская обмякшее в моих жестоких объятиях тело, я тащил его вниз по склону, скользя и скатываясь по серому песку и гальке, ранящей ступни сквозь прорехи в сапогах. Наконец, достигнув очередного выступа примерно на половине спуска, я почувствовал, что не смогу пройти больше ни шагу. Чуть не выронив свою ношу, я опустил хозяина на песок и сам повалился рядом.

Все тряслось. Оглянувшись и не веря своим глазам, я смотрел на стекающие по скале ручейки непонятного оранжевого вещества, ожидая, пока они докатятся до нас. Но широкий выступ предоставил защиту – раскаленные потоки обогнули его с двух сторон, продолжая свой губительный путь вниз, к степной равнине.

Я отер щиплющий пот с лица, и ощутил на губах соленый привкус. Отодвинув руку, я посмотрел на нее. Рука была залита кровью. У меня уже не было сил испугаться, и я только тупо пытался понять, как могут так кровоточить мои пальцы, хоть и сплошь исцарапанные. В этот миг я взглянул на руки хозяина, и к горлу подступила очередная волна тошноты, когда я увидел страшную рану. Кровь была его. По кожаной тунике растекались рубиновые пятна, оставившие следы и на моей одежде.

Он с усилием открыл глаза – веки припухли, опаленные жаром; одна из скул была сильно разодрана.

- Беги... – прошептал он хрипло. – Оставь меня. Беги...

В ужасе я замотал головой:

- Нет!..

Тогда он медленно поднял ладонь, погладив меня по лицу.

- Я... люблю тебя, Баназир.

Кисть соскользнула, отпечатавшись кровавой меткой на моей щеке, и взгляд его застыл.

Зарыдав от бессилия, я упал поверх него, шепча почти машинально:

- Я тоже люблю вас... хозяин...

И перед тем, как окончательно задохнуться в нестерпимо горячем воздухе, я еще успел почувствовать несколько вещей.

Начавшие сыпаться сверху раскаленные куски гальки, прожигающие тунику на спине и жалящие кожу.

Нелепая и бессмысленная радость оттого, что я прикрываю тело хозяина от этих свирепых жал.

Жуткий страх смерти, надвигающейся темным ядовитым облаком.