Дорога боли (СИ) - Левин Александр Анатольевич - Страница 104

Глядя на выражение лица Инги, я в очередной раз решил отложить разговор по поводу ИИ, который беспокоит меня всё больше. Нет, Изабель проявляет чудеса тактичности, вежливости и демонстрирует невероятную лояльность. Но, это ИИ. Искусственны Интеллект. Если на Земле, когда я там жил, технологии ещё не дошли до такого уровня, чтобы ПК превратили в ИИ, то у имперцев некоторые эксперименты были, но дальше лабораторий ничего не вышло. Во-первых, воинственное государство предпочло вложить ресурсы в пространственные технологии. Во-вторых, этой стране требовалось постоянно содержать громадную армию, чтобы не допустить мятежа со стороны нелюди, которая один раз уже смогла поставить людской род на грань уничтожения. В-третьих, у тогдашних мистиков и магов хватало и других проблем. Империя являлась промышленным гигантом своего времени. Три четверти населения страны трудились на заводах и фабриках, и это при том, что население государства составляло почти два миллиарда человек, а магический аналог кибернетики и микроэлектроними существенно облегчал производство, освобождая рабочие руки. Оставшаяся четверть населения либо служила в армии, либо занималась сельским хозяйством, либо вела научную деятельность. Проблема перенаселения и толкнула власти Империи начать изучение планеты и поиск новых земель, которые и были обнаружены на востоке перед началом гражданской войны.

В нашем случае, ИИ появился скорее случайно, чем в результате целенаправленной работы и долгих исследований. По словам Инги, Изабель сделали «двухкомпонентной».

Фундаментальная часть её личности имеет эмоцинальные привязки, набор внутренних установок, убеждений и жестко зафиксированных законов вроде верности приеданности лично мне, а затем и клану. Свои интересы у неё заложены в тот же фундамент личности по весьма занятной схеме — выживание этой ИИ зависит от благополучия клана. Чем более развиты Крайны, и чем лучше нам в целом, тем безопаснее Изабеле.

Собственно, фундаментальную составляющую Инга и её сотрудники попросту записали в кристаллы с блокированной возможностью перезаписи или внесения изменений. Этакий архив с пометкой «только для чтения». Зато память, структуры восприятия, мышления, анализа и обработки информации и многие другие элементы личности, были созданы в комплексе «жидких кристаллов», между которым возникают и пропадают связи — аналог нейронной сети. Изменения личности в этой схеме возможны только после обработки информации в фиксированном блоке. Там происходит проверка на соответствие. Если вносимая информация выходит запределы фиксированных элементов фундамента личности ИИ, то она не будет вписана в подвижные элементы.

Теоретически, схема идеальна. На практике… Никто не мешает ИИ сдлать для себя новое вместилище и переписать свою подвижную составляющую и часть фундамента личноти на новый носитель. Возможно, группа Инги даже и это предусмотрела, но выяснять данный вопрос в пределах контрольно-наблюдательных артефактов, которые теперь полностью подчинены Изабелле, мне не хочется. Ведь, если это не так, то ИИ вполне может использовать лазейку… Или уже использовала, что является нашим приговором.

— Инга, — вздохнул я.

— Ну, Дарек, — усмехнулась девушка, — Должна же я хоть иногда показывать характер? Уж перед свадьбой точно надо. Чтобы потом не было неожиданностей.

— Арн, — повернулся я к барону, — Вот полюбуйся на то, что ты наделал! Мы ещё не женаты, а из меня уже верёвки вьют!

Аристократ фыркнул, а потом и вовсе рассмеялся. Инга присоединилась к нему, а я всерьёз задумался о том, чтобы ускорить работы в домене. Однако, для того, чтобы спокойно действовать в Бездне, нужен крепкий тыл в виде сильного клана тут. Отсюда вытекает весьма серьёзный вопрос — «А где другие кланы? Куда делись имперцы и их последователи?».

Не могло столь большое количество мистиков, способных жить практически вечно, вдруг исчезнуть без следа. Самые сильные, по версии Асфера, погибали на войне, а молодёжь быстро набиралась опыта и училась, но уровень подготовки скатывался. Если верить бывшему пленнику книги-артефакта, а так же материалам из архивов Норринга, то распад Империи длился почти полвека. Гражданская война охватывала провинции не одновременно, а распространялась по-нарастающей, подобно лесному пожару. Первыми были уничтожены мелкие кланы, а последними пали самые крупные — Крайны, Райны, Гирзы, Дейны и Лиллы. Причем, у них численность была запредельной для оккультистов подобного рода — тысячи и десятки тысяч одаренных. И все они, или почти все, погибли или ушли в подполье.

Когда к нам в руки попали ритуалы поиска мистиков, разработанные эльфами, мы узнали, что в действительности мистиков достаточно много и помимо нашего клана. Причем, далеко не все они — одиночки. В ряде мест созданные нами артефакты зафиксировали целые комплексы зданий, пропитанных Бездной. К моему удивлению это оказались особняки лидеров группировок колдунов. Тогда, ныне покойный Стив, предположил, что многие мистики попросту маскируются под этих одаренных. Не просто так же у темных адептов колдовского пути столь жуткая репутация, сравнимая с нашей?

Понятно, что два с лишним века откровенной охоты и преследования загнали мистиков, выживших после распада Империи, в подполье, заставив маскироваться и прятаться. Тем более, что не только светские власти жаждали крови элиты рухнувшей державы, но и религиозные культы, магические ордены и ведьминские ковены. То была охота за знаниями мистиков, их архивами, складами артефактов и спрятанными запасами сырья, золота, серебра и платины, драгоценных камней и многими другими полезными в магическом хозяйстве вещами.

Однако, в нашем случае, следует обезопасить клан со всех сторон. Как минимум, обеспечить ему достаточную силу, чтобы даже в самых отмороженных мозгах с минимумом извилин засел инстинкт — «Не лезть на Крайнов!». Частично это даже удалось, хоть в этом направлении ещё предстоит немало работы. Однако, этог мало. На одном лишь страхе не построить мощную и устойчивую систему. Следует заинтересовать в её поддержании и внешние силы. Причем, так, чтобы выступать против клана или даже допускать его развал, было попросту не выгодно. Для этого и внедрялись в промышленность Норринга станки и доменные печи, управляемые нашими артефактами. В случае с северными народами — корабли, обслуживание которых полностью в наших руках. В Фейнире — охрана границы и торговля с кланами Асгарии…

Вообще, деньги — универсальный мотиватор. Купцы и аристократы, промышленники и короли… Все они хотят двух вещей — богатства и власти, как, впрочем, и любое разумное существо. Желание хорошо жить, обладать властью и находиться в безопасности, одинаково для всех культур и возрастов.

Собственно, благодаря сугубо финансовой мотивации, мой клан и смог укорениться в Норринге, Асгарии, на островах Асутры и в Фейнире. Наша сеть телепортационных площадок помогла объединить четыре государства в единую торговую зону. Монарх, к слову, довольно быстро сориентировались и приняли законы, облегчающие формальности при «пересечении границы» подобным путём, а затем поставили таможенные пункты на выходах из телепортационных зон.

— Ладно, — отсмеявшись, произнёс Арн, — Что мне ответить О’Харку и людям графа?

— Он может создать проблемы, если ему отказать? — решил уточнить я, — Всё же, лично мне семейная жизнь, даже формально, не нужна. Магия куда важнее.

— Открыто он не станет ничего делать, но начнет вставлять палки в колёса наших партнеров, — ответил Арн, — Причем, очень качественно. Чтобы ты понимал — в Лорейне прекратили своё существования пять торговых домов просто потому, что один человек перешел ему дорогу, помешав заключить договор государственного подряда в этой стране. Для клана это будет мелочью, но вот лишиться торговых партнёров нам будет уже… неприятно.

— Хм… Он такой самоуверенный? Или самоубийца? — спросила Инга, — Мне, чисто по-женски, будет приятно стать женой лорда, графа и главы клана, но причина свадьбы несколько… смущает.