Оно: всё впереди (СИ) - "Ira_Jones" - Страница 258

— Это бред, – сухо сказала она.

— Что именно? – Матурин отпустил клоуна, и тот сполз на пол, смотря на Марш.

— Да всё! – всплеснула руками та, поворачиваясь к друзьям. — Серьезно! Куда ещё бредовее?? Меня это даже не удивляет! Ну, может чуть-чуть! Два из пяти в общем, так, за экшн.

— Бев, что ты несёшь? – аккуратно спросил Майк.

— Я убила собственного отца! В ванной! Крышкой бачка унитаза! Это... да это же просто взрыв бошки!!! Полное безумие! А посмотрите на него! – она указала на Стена. — Он был похищен и провёл в плену у какого-то психа более двух суток! Его подруге вырезали глаз, мать вашу! А он едва не лишился жизни!!! Или например Майк! – она ткнула пальцем в друга, и тот едва не отскочил в сторону от неожиданности. — Его родители сгорели в пожаре! Сгорели, чёрт тебя побери! И он живет на долбанной ферме со своим дедом!!! Да это же просто нереально безумно! А у Бена вообще отец на войне умер!

— К чему ты клонишь? – не стал тянуть резину Черепаха.

— В наших жизнях было полно дерьма и без Пеннивайза. Он лишь так, небольшой бонус. Подарочное приложение к комплекту. Мы все уже привыкли, – она сделала шаг вперёд, смотря прямо в фиолетовые глаза собеседника. — А вот кто ты такой? Тебя мы не знаем. Уж явно не канадец.

Матурин приподнял подбородок, поджав уголок рта, словно находился в раздумьях. Марш не двигалась, держа руки по швам и сминая длинную майку. Черепаха слышал, как быстро стучат маленькие сердца детей. Какое прерывистое у них дыхание. Был бы на их месте взрослый человек, не исключено, что он бы и упал в обморок. Но детский организм более крепкий и стрессоустойчивый.

«Если заберёшь меня, то всё равно сотрёшь им память. Так к чему препирательства? Расскажи им откуда ты», – раздался голос клоуна в его голове. Мэт прищурился, и его глаза вновь приняли привычный зелёный оттенок. Он начал подходить к девочке, и та едва не отступила назад, но сдержалась. Черепаха потянул ей раскрытую ладонь, и на его лице вновь появилась улыбка.

— Матурин. Меня зовут Матурин.

Все сидели за кухонным столом. Твистер так и остался валяться разобранным в гостиной, вода по капле капала из крана, кровь Матурина уже успела засохнуть на деревянном полу, а старая лампочка над столом периодически потрескивала.

— Так значит... черепаха? – в очередной раз спросил Бен.

— Нет. Не черепаха, а Черепаха, – с умным видом поднял указательный палец вверх Пеннивайз.

— Ты же понимаешь, что сказал одно и то же слово, просто с разной интонацией?

Клоун прикусил губу, делая кислую мину. В его голове это звучало иначе. Но вряд ли он сможет объяснить им столь абстрактное понятие. Он сам не до конца это понимает, так о чем вообще речь?

— И он твой космический друг, тире одно из самых могущественных существ во вселенной? – продолжил ряд вопросов Каспбрак.

— Да. Т-то есть нет! Мы не друзья! Это понятие слишком приземлённое и людское для обозначений наших отношений.

— Ясно, ясно, – закатила глаза Марш. — Вы две противоположности, удерживающие баланс и прочее, не помню, как там дальше. Я даже вдумываться не буду. Не могу сказать, что я не удивлена, но когда в твоей жизни постоянно происходит какая-то неведомая хренотень, то перестаёшь удивляться даже пришельцу из другого измерения. Или даже двум.

— И что... ты сильнее даже Пеннивайза? – совсем тихо спросил у Черепахи Эдди.

Тот повернулся к клоуну, который едва не пронзил когтями деревянную поверхность. Он никогда не считал себя слабее Матурина. Никогда в своей жизни. Эта коварная мысль порой заставала его врасплох, но он твёрдо верил, что не уступает Черепахе ни в чём. К сожалению, во время их разборок со стиранием памяти он немного сплоховал, и Мэт поймал его врасплох, но для монстра это ничего не значило. Тщеславие и гордыня являлись ярыми чертами Пеннивайза, и сравниться с размерами его гордости могло лишь его раздутое до космических размеров самомнение.

— Мы... это достаточно щепетильный вопрос, – попытался уклониться от ответа Матурин.

— Чего?? Брось, я сильней тебя, – задрал нос монстр, боясь показаться слабым перед детьми. Лишиться их авторитета было для него хуже возвращения в космос.

— Не будь ребёнком, Пеннивайз, – потёр переносицу Черепаха. — Наши силы... слишком разные, чтобы сравнивать их.

— Я д-думал вы наоборот похожи, – задумался Билл.

— Ну удар он твой отбил, – напомнил клоуну Тойзер.

Пеннивайз посмотрел на свою противоположность глазами полными ярости. Тот лишь пожал плечами, не в силах не согласиться со словами очкарика. Стен дал Ричи подзатыльник в знак того, что тот снова сказал прежде, чем подумал. Нового конфликта никто не хотел. Тем более между столь сильными существами. Стирать городок Дерри с лица земли лишь из-за ссоры пришельцев было бы уж слишком досадно.

— Так, забыли, – расставил руки по обе стороны Майк. — Вы как хотите, а мне хочется ещё пожить. Мы же в буквальном смысле в эпицентре. Эти двое могут уничтожить нашу планету и глазом не моргнув.

— Странно, что мы не бьемся в истерике от этой мысли, – задумался Урис.

— Мысли людей приземленные. Это не плохо, даже наоборот. Но вы не можете в полной мере осознать масштаб ситуации. Тем более, в столь юном возрасте, – пояснил Черепаха.

— Кстати, Матурин, – оживился Бен, — зачем ты прибыл на землю?

От такого вопроса Пеннивайз закашлялся, давясь собственной вязкой слюной и ударяя себя по груди. Мэт же потупил взгляд, понимая, что раскрывать правду детям не стоит. Он сам решит, стоит ли оставить клоуна или забрать с собой, а крики и мольбы неудачников оставить его, хоть и будут вполне понятны, но всё же не нужны. В голове вновь проскользнула мысль о том, чтобы стереть им память. Но делать это было довольно рискованно. Пеннивайз это бы не оставил безнаказанным, и на Земле разыгралась бы битва, в ходе которой ещё неизвестно что пострадало бы больше, их отношения или планета. Когда монстр в гневе, он не ведает, что творит. И этим может навредить, даже не желая того.

— Я... я просто искал его. И вот нашёл. Понимаете, мне легче, когда он под моим надзором.

— Эй, я тебе кто? Младший брат? – огрызнулся клоун.

— А это в-в-возможно? – озадачился Билл.

— Нет. У нас с Пеннивайзом нет братьев, сестёр, родителей и так далее. На вашей планете жизнь происходит из другого источника. Буквально. Сначала вы маленькие, а после взрослеете и становитесь взрослыми. У нас всё не так. Мы никогда не были детьми. Это понятие нам чуждо, – вновь внёс ясность Матурин.

— О да. Помню, как только начал изучать вашу планету, когда прибыл. Животные, люди... я никак не мог понять, почему сначала они мелкие и глупые, а потом большие и... ну, всё ещё глупые, но не настолько, – углубился в воспоминания Пеннивайз.

— Но мы умеем развиваться. Получать новый опыт и использовать его присуще всем живым организмам, – добавил Черепаха.

— Ясно... – протянула Марш, покосившись на своего клыкастого соседа. В её голове зародился вопрос, который она хотела задать ещё очень давно, но всё никак не решалась. Никто не решался. Но лучше момента было не найти. — Пеннивайз, а у тебя...

Стук в дверь, который уже стал постоянным «стоп сигналом» для каких-либо действий и диалогов раздался из прихожей. Все дружно обернулись к проходу, вслушиваясь в тишину, дабы убедиться, что им это не послышалось. Но звук повторился и на этот раз ещё громче. Монстр быстро встал с места, и почему-то внутри было странное волнение. Вызвано оно было недавним воспоминанием, когда неудачники постучали во время их игры в Твистер, застав врасплох, не более. Он поправил футболку и направился к двери через гостиную, и дети, не долго думая, устремились за ним. Матурин же остался сидеть на месте, наблюдая за происходящим.