Оно: всё впереди (СИ) - "Ira_Jones" - Страница 165

— Пойдёмте, оформим документы, — направился к прилавку служащий. Дети покорно последовали за ним, иногда поглядывая на щенка, высунувшего язык, которого Марш нервно гладила по белоснежной шерстке.

Песня из «Утиных историй» играла уже четвёртый раз. К счастью для Джорджи, по одиннадцатому каналу шёл марафон этого мультсериала, и мальчику было не так скучно, как он опасался. Весь час отсутствия ребят Пеннивайз тихо лежал под одеялом, тяжело дыша и иногда поскуливая. Малыш пытался несколько раз завести с ним беседу, но получался лишь монолог, где он был единственным участником. В конце концов, мальчик просто сдался и включил телек, оставив монстра в покое.

Тот, в свою очередь, боролся с кошмарной усталостью. Силы были на исходе. Клоун даже не мог вспомнить тот рубеж, перейдя который, больше не мог здраво мыслить. Тело слабело с каждой минутой, и самое страшное — никто не мог ему помочь. В этом мире он один такой и людям никогда не понять, что с ним творится. Пеннивайз не может просто встать и пойти к врачу с жалобой на сильный голод и возможную смерть. Но самое интересное, что думал он не о том, что может погибнуть, а о том, что станет с Марш, Шарлотой, остальными неудачниками. Девочку отправят к ненавистной тётке, мальчишки останутся одни, а журналистка просто исчезнет, навсегда поглощенная Мертвыми Огнями, созданными им же. Быть может, это и есть совесть? Клоун не был уверен. Ему просто жаль. Столько стараний и всё впустую. В его жизни словно появился смысл. Смысл, который заключался не только в насыщении и получении от этого удовольствия. Да, с неудачниками он вечно попадал в передряги, начиная с мелких проблем и заканчивая катастрофами. Но именно это научило его тому, что в жизни надо стараться. По крайней мере, на планете Земля. Если бы он так и остался в доме на Нейбол, а не познакомился с Миссис Харис, не взял бы Беверли под опеку, не остался в гостях у Джорджи, не устроился на работу, то, кто знает, как сложилась бы его жизнь? В спячку он уйти не может, но и вечно жить в одиночестве тоже. Скука была одной из присущих ему черт, которая делала его чем-то похожим на людей. А сейчас из-за одной оплошности он всего этого лишится. Всего из-за одной.

— Джорджи... — прохрипел он.

В голове появилась мысль напрыгнуть на мальчика и растерзать его плоть, насыщаясь сладким страхом, но зачем? Что будет потом? Неудачники этого ему никогда не простят. Беверли сдаст его копам, а он, не имея достаточно сил, просто не сможет ей помешать. Монстр уже забыл, каково это — быть на пике своих возможностей. Когда без труда можно читать мысли, управлять желаниями и превращаться во что угодно. Словно, его личность клоуна Пеннивайза отошла на второй план, и на её место встал Роберт Грей. Но ведь он и есть Роберт Грей. Сложно судить об этом в человеческом мире, где материя играет большую роль.

— Да, Мистер Грей, — повернулся малыш, отвлекаясь от экрана. — Вам плохо?

— Ты... ты можешь порадоваться?

— А? В каком смысле? — не понял мальчик.

— Просто... улыбнись.

Дешевая попытка. Пеннивайз помнил, как несколько раз искренняя радость детей тоже насыщала его, что было очень странно, но тем не менее. Хотя, разве можно искренне изобразить счастье, не имея на то причины? Это будет лишь маска.

Джорджи улыбнулся, но Пеннивайз ничего не почувствовал. Совсем ничего.

— Как там Шарлота? — спросил он, давая понять, что улыбку можно убрать с лица.

— Не знаю. Билли к ней сегодня ещё не ездил.

— А куда... они поехали?

Малыш пожал плечами. Внутри монстра что-то екнуло, и он вновь заскулил. Неужели он совсем ничего не может? Неужели всё закончится вот так? Так просто и приземлённо. На жалкой планетке Млечного пути под названием Земля, в маленьком городишке Дерри. Это название имело большое значение для Пеннивайза, но не для вселенной. «Вселенной плевать на Дерри», — подумал он и вдруг, что-то в голове щелкнуло. Вот, у кого он не просил помощи. У Вселенной.

— Чёрт... — протянул он, вновь привлекая внимание Денбро младшего. — Как низко я пал... — он с трудом перевернулся на спину, уставившись тускло-серыми глазами в потолок. — Послушай.

— Вы это мне...

— Я знаю, мы давно не болтали, — перебил клоун мальчика, проигнорировав вопрос. — Знаю, ты наверное захочешь прочесть парочку своих тупых... нотаций или что там у тебя. Но это очень важно.

Джорджи не мог понять, с кем разговаривает монстр. Со стороны могло показаться, что тот просто сходит с ума.

— Я напортачил. Сильно. И не могу ничего исправить. Поэтому, я искренне, по-хорошему прошу твоей... помощи, — последнее слово он буквально выдавил из себя. — Шарлота, ну ты её скорее всего знаешь, попала в Мёртвые Огни и не может вернуться. Я... не могу ее вернуть.

— Мистер Грей. С кем вы... говорите? — не понимал малыш, но монстр игнорировал его, продолжая болтать с потолком.

— Знаю, я облажался. И ты можешь злиться на меня, я это приму. Хах... Я та ещё заноза в твоей заднице... Прости, без человеческого жаргона никак, стараюсь соответствовать.

Джорджи, тем временем, медленно слез с дивана и, взяв рацию, вышел из гостиной в кухню. Разговор Пеннивайза с воображаемым собеседником вогнал его в ужас, словно тот действительно спятил, как при белой горячке. Однажды, когда у Билла была температура под сорок, он говорил, что видит, как эльфы вылезали через окно соседнего дома. Этот случай очень сильно врезался в память маленького Джорджи, ведь брат попросту бредил, а значит, клоун тоже бредит. Малыш нажал на кнопку и приложил оборудование ко рту.

— Билли, приём. С Мистером Греем что-то происходит.

Он отпустил кнопку и примерно через полминуты, в рации прозвучал голос брата.

— Что именно? Ему плохо? Прием.

— Он разговаривает с потолком о Шарлоте и о том, что облажался. Он бредит. Приём.

— Чёрт. Будь с ним, мы уже в пути, через две минуты будем! Приём.

— Хорошо, я... я постараюсь, отбой.

Малыш выключил рацию и убрал её в задний карман. Идти к Пеннивайзу не хотелось, но выбора не было. Билли сказал присматривать за ним. Он доверил брату это задание, и Джорджи обязан его выполнить. Так что мальчик вернулся к телевизору, смотря, как монстр хриплым голосом общается с потолком.

— Давай... я просто закрою глаза, а ты провернешь своё вселенское чудо. Пожалуйста. Я ведь по-хорошему прошу. Впервые... за столько времени. Не ради себя, как ты и любишь. Жеееертвеность, — протянул он с издевкой.

— Мистер Грей... — Джорджи не знал, что делать. Клоун повернулся к нему, слабо улыбнувшись.

— Если я выживу, то сделаю тебе новый кораблик, согласен? — прохрипел он.

Малыш поджал губу, невольно дёрнув откушенной рукой. Пеннивайз сразу это заметил.

— Это была посудина, — тихо проговорил малыш.

— Да... Точно. Никак не запомню.

Клоун с трудом вздохнул, жмурясь от неприятного чувства в груди.

— Я вас прощаю. Чтобы вы знали, — Джорджи подсел к нему, смотря, как монстр борется за жизнь, покидаемый последними крупицами сил.

— Ты знал...

— Ещё с того момента, как вы зашли ко мне в гости. Тот смех, — мальчик усмехнулся. Иронично, по-взрослому. — Попкорн смешно хлопает. Хлоп-хлоп.

— Хах, да...

Пеннивайз вдруг перестал улыбаться. Так же внезапно, как и в первую их встречу. Мальчик тоже стёр с лица ухмылку и посмотрел в глаза монстра.

— Ты видел? Огни. Когда летал, там, внизу.

— Видел.

— Почему... не рассказал остальным, что всё помнишь?

Малыш вновь улыбнулся. Это улыбка говорила: «Потому что не хотел. Это не моя забота».