Оно: всё впереди (СИ) - "Ira_Jones" - Страница 158

Следующие два дня пошли очень медленно и тягостно. Все разговоры были только о Шарлоте, что заставляло монстра выть внутри из-за своей беспомощности и ничтожности. Он потерял слишком много сил, а дел было так много. В магазин привезли продукты и новый инвентарь, который нужно было расставить, чем он и занялся вместе с остальными неудачниками, им ведь тоже нужно было как-то отвлечься. Они помогали устанавливать холодильники, столы, стулья, складывать еду и составлять меню. Хотя все помнили, как журналистка сама хотела этим заняться. Ну, разве что на пару с клоуном.

— Эх, а вот Шарлота знала, что нужно включать в горячие блюда, — вздохнул Бен, сидя за стойкой и расписывая будущее меню магазина, который скорее превратился в кафетерий.

— Да... — вздохнул Ричи. — И куда записывать пельмени? Это вообще первое или второе?

— Как думаешь, Пеннивайз? — окликнул его Стен, который тоже помогал друзьям с этим непростым занятием.

Монстр в это время устанавливал холодильник на пару с Майком, как с самым рукастым парнем в команде. Без него Пеннивайз, скорее всего, даже не смог бы его включить, не то что установить.

— Не знаю. Это не моя забота.

— Мда, я тоже не на это учился, — закатил глаза Тойзер, возвращаясь к меню и записывая пельмени в строку «горячие блюда».

К Фостер их не пускали ещё два дня. Врач говорила, что из-за многочисленных травм и переохлаждения её состояние крайне нестабильно, и Пеннивайз всячески пытался занять детей работой, чтобы они каждую секунду не спрашивали о девушке и не бегали в больницу. Словно он чувствовал вину. Вину за то, что сделал с этой наивной журналисткой, которая совала нос туда, куда не следует. Но кое-что его напрягало. Ощущение некой неправильности ситуации. Нет, не так всё должно было кончится. Совсем не так.

С родителями Фостер связаться удалось только на третий день, когда шериф понял, что род деятельности журналистки больше нельзя держать в секрете. Так весь город узнал, что жил бок о бок с представителем прессы из Нью-Йорка. А в Дерри к таким относились с недоверием. Что вообще можно вынюхивать в этом захудалом городишке? Это знали лишь Шарлота, неудачники и Пеннивайз.

В конечном итоге получилось дозвониться до её босса, который «искренне» испугался за состояние своей сотрудницы и вскоре дал контакты её семьи. Естественно, полиция связалась с ними, и Мистер и Миссис Фостер уже собирали деньги на билет в Дерри, обескураженные произошедшим с их дочерью. И всё это за неделю до Рождества. Вот так подарочек от Санты... Но праздничным настроением и не пахло. Взять хотя бы неудачников. Все их мысли занимала одна Шарлота. Только и говорили, что хотят навестить её, а Пеннивайз лишь разводил руками, потому что доктор явно дала понять: вход в палату девушки закрыт.

— Когда мы уже сможем навестить Шарлоту? — Беверли сидела на диване, крутя в руках пульт от телевизора, в то время как клоун кормил Морти.

— Не знаю я. Когда главврач скажет, — процедил он, утомленный постоянными расспросами.

— Неужели? Ты-то лучше всех знаешь, что там произошло, — прищурился Стен, сидящий рядом с подругой. Он пришёл ещё час назад, чтобы помочь с заданием по истории, но разговор вновь плавно перетек к Фостер.

— Не знаю я ничего... — закатил глаза клоун.

Урис был самым сообразительным из их группы. Педантичный мелкий параноик — так его называл про себя Пеннивайз. Этот еврей раскусил его ещё до ярмарки в Дерри. А теперь бросается обвинениями при каждом удобном случае и, по сути, он прав. Клоун часто прокручивал произошедшее на Нейбол в голове, думая, как ещё можно было бы поступить в такой ситуации. Возможно, если бы он продолжил притворяться, а не раскрыл бы все карты, то смог бы убедить Фостер в том, что воображение сыграло с ней злую шутку. Можно было бы наплести что-нибудь про ядовитые пары в коллекторе, из-за которых у девушки могли возникнуть галлюцинации. Но тогда он думал лишь о том, как сохранить свою шкуру. Им овладела злоба. Космическая злоба, неведомая земным существам, которую практически невозможно подавить, ведь огни мерцали так ярко. ***

На четвёртый день в доме Миссис Харис наконец-то раздался долгожданный звонок. Застал он Пеннивайза в восемь утра последней субботы 1989 года. Клоун ещё спал, когда пронзительный звук начал резать уши. Беверли, как назло, не слышала его, находясь за закрытой дверью на втором этаже. А телефон всё звонил, заставляя нервную систему монстра трещать по швам.

— Беееев... телефооооон! — пискляво протянул он, но девочка всё также пребывала в царстве Морфея.

Пеннивайз собрал волю в кулак и встал с дивана, предварительно натянув на худое тело майку. Телефон уже вот-вот выключился бы, но клоун вовремя схватил трубку, прикладывая её к уху и вслушиваясь в голос того, кто посмел разбудить его в выходной день, когда он может в полной мере насладится сном.

— Мистер Грей? — голос главврача заставил клоуна мгновенно взбодриться.

— А? Да, да это я!

— Вы просили позвонить, когда можно будет прийти к Шарлоте Фостер на посещение. Мы подключили её к другому аппарату, так что теперь вы можете её навестить.

— П-правда? Это... прекрасно. Да, спасибо.

— Всего доброго, Роберт.

В трубке послышались короткие гудки, и монстр положил трубку на рычаг. В голове была мысль о том, что журналистку можно навестить. Он так ждал этого, но одновременно и опасался. Смотреть на неё, зная, что «кома» в которую он её затащил, на самом деле мир Мертвых Огней, из которого практически невозможно бежать. Там темно, как в самых потаенных уголках сознания и одновременно светло, словно ты максимально приблизился к солнцу, но при этом не сгораешь.

Из мыслей его вывел топот маленьких ног Марш, которая быстро спускалась по лестнице на первый этаж. Пеннивайз быстро принял “непринужденный” вид, неестественно изогнувшись и уперевшись локтем на кухонную стойку. Девочка спустилась, быстро проскочила через гостиную, ловко перепрыгивая через спящего кота, и завернула в кухню, встречаясь взглядом с бегающими глазами клоуна.

— Хеееей, Бев, — натянул он улыбку. — Утро доброе.

— Ты странный. Что случилось? Ты неестественно себя ведёшь, — молниеносно выпалила она, скрещивая руки на груди и поправляя ночнушку.

— Что? Пфффф... нет. Просто... — он знал, что реакция неудачницы будет крайне буйной, но поделать ничего не мог, — звонили из больницы. Мы можем навестить...

— Шарлоту?! — перебила его девочка, вскакивая на месте. — О господи! О боже! Святые клоуны! — она подбежала к стойке и, оттолкнув монстра, начала набирать номер на телефоне.

— Святые кто? — озадачился такой формулировке Пеннивайз, но быстро пришёл в себя. — Ты кому звонишь?

— Биллу! А потом Бену, Эдди, всем! Одевайся давай! И причешись, ради всего святого!

Когда Беверли так командовала, значит, она была на пике возбуждения, и останавливать её не имело смысла. Только хуже будет. Клоун уже давно это просёк, так что он просто удалился из кухни в ванную, слыша, как Марш кричит новость Биллу по телефону. Его озадачивало то, что дети так сильно пекутся о Фостер. По сути, они знакомы всего месяц, но неудачники уже успели сильно привязаться к этой девушке. Признаться, монстр сам давно перестал испытывать раздражение, находясь рядом с ней. Не говоря уже о том, сколько раз она помогала ему, причём абсолютно бескорыстно. Не то чтобы его грызла совесть за то, что он откровенно пользовался ею, но стоило признать, что вторжение Шарлоты в его жизнь принесло свои плоды. ***

Дежурная медсестра подскочила на месте, как только неудачники во главе с клоуном ворвались в здание больницы. Девушка уже знала, какими эти дети могут быть назойливыми, ведь именно они терроризировали её все эти четыре дня, умоляя пропустить их к журналистке. Она быстро выпрямилась, сделав вид, что не видит, как они стремительно приближаются.