Капитан повесился! Предполагаемый наследник - Уэйд Генри - Страница 53

Рука Лотта, спешно записывавшая показания, начала болеть.

– Но пусть даже так. И все было нормально, как я и задумал, на этих слушаниях. До тех пор, пока не объявили перерыв. Что же случилось, Даули?

– Сэр Джеймс догадался, что капитана Стеррона задушили. Пошел в морг взглянуть на тело и обнаружил, что протез во рту погнут, и еще нашел синяки на внутренней стороне губ. С этого все и началось.

Джеральд Стеррон застонал:

– Господи! А я считал его старым дураком!

Даули понимал чувства этого человека. Если бы не вмешательство сэра Джеймса Хэмстеда, ему все могло бы сойти с рук.

Раздался стук в дверь, и в комнату вошел дворецкий Уиллинг.

– Доктор здесь, сэр, – тихо сообщил он, глядя на человека на постели с ужасом и любопытством.

Вслед за дворецким Даули покинул комнату. И увидел в коридоре доктора Тэнуорта и миссис Стеррон, чуть поодаль застыли сержант Гейбл и констебль. Даули вкратце поведал Тэнуорту о том, что произошло, и приказал Гейблу охранять арестованного до тех пор, пока его не перевезут в больницу. Гейбл сменил Лотта, и инспектор вместе с суперинтендантом спустились вниз. В холле стоял сэр Карл Веннинг.

– Я собирался домой, – сказал он. – Но прежде хотел бы перемолвиться с вами, парни, парой слов.

Суперинтендант Даули не обиделся, что его назвали «парнем», ведь заявление главного шерифа графства позволило бы окончательно закончить дело.

– Хорошо, сэр Карл. Пройдемте в кабинет?

В кабинете Веннинг сразу набросился на Даули:

– Хотелось бы знать, какого дьявола за мной велась слежка? Ваш чертов парень таскался по моему следу, как пес, куда бы я ни направлялся. А сегодня преследовал меня на мотоцикле.

– Да, сэр, – спокойно заметил Даули. – Вы находились под наблюдением.

– С какой стати? За что?

– За то, что не сказали нам правды с самого начала. Вы говорили инспектору Лотту, будто в ту субботу вечером отправились из театра прямо домой. Это не так. К тому же у вас был очевидный мотив для убийства, и мы подозревали вас, как и остальных. Почему вы солгали инспектору Лотту, доставив нам столько хлопот?

Сэр Карл выглядел растерянным.

– Хоть убейте, не понимаю почему. Я думал, смерть наступила между десятью и двенадцатью часами ночи. В это время я находился в Бирмингеме.

– Да, но вы могли вернуться сюда, а затем снова уехать в Бирмингем. Впрочем, не стану обременять вас деталями, если объясните, почему солгали.

Веннинг нахмурился. Он принадлежал к разряду людей, умеющих продумывать свои действия.

– Дело раскрыто, насколько я понял?

– Практически да, сэр. Будет суд. Если, конечно, он до него доживет.

– Но если я объясню вам, это всплывет на суде или нет?

– Не вижу причин, по которым может всплыть, сэр. Вы ведь уже не подозреваемый.

– Ладно, только с этим условием я вам расскажу. Дело в этом дураке Бойзе. Его угораздило жениться на совершенно жуткой женщине, такая душу из человека вытрясет. Она закатила мужу скандал из-за того, что он приехал ко мне на уик-энд, в то время как сама отправилась навестить мать. А если бы узнала, что бедный старина Фрэнк ужинал с двумя девицами из кордебалета, то устроила бы ему такую головомойку, он бы до конца жизни запомнил. В общем, мы подобрали Фрэнку фальшивые усики, чтобы никто его не узнал. После шоу зашли в театр со служебного входа. Подцепили там пару хорошеньких девушек, которых я знал, угостили их ужином, потанцевали, и Фрэнк поехал домой к одной из них. Мне пришлось дожидаться его, а потому я никак не мог вернуться домой раньше половины третьего.

Лотта бросило в жар.

– Прошу прощения, сэр, – обратился он к Веннингу, – но с какой именно из них?

– С какой девушкой ушел Фрэнк? С Дульси. А почему вы интересуетесь?

Лотт, испытавший облегчение, расплылся в улыбке.

– Просто мне довелось ужинать с теми же девушками через пару дней, – объяснил он.

Сэр Карл удивленно взглянул на него:

– Я знал, что вы станете наводить справки о той субботней ночи, вот и решил подготовиться, выдумать историю, которая спасла бы остатки репутации несчастного Фрэнка.

– Вы сильно рисковали, сэр. Я выяснил все, за исключением этой последней небольшой детали, о которой вы упомянули.

Сэр Карл поднялся из кресла.

– Что ж, мне давно пора спать, – промолвил он. – Засиделся я здесь у вас. Англия не слишком безопасное место для холостяка, который поздно вечером возвращается домой.

– Еще минуту, сэр, будьте так добры, – произнес Лотт. – Вы ходили на шоу в «Пантодром». Где вы там сидели?

– В партере. А что?

– Но я расспрашивал служащих, и никто вас не видел.

– Мы с Фрэнком несколько раз выходили. Я знаю театр как свои пять пальцев, а Фрэнк просил показать его. Ну, поболтали за кулисами с девушками, но значительную часть времени провели в кабинете Сэмюэлсона, владельца театра. Весьма любопытный персонаж этот Сэмюэлсон.

Владелец! Единственный в театре человек, которого Лотт и сержант Маскотт не догадались допросить.

– Благодарю вас, сэр Карл. Думаю, это все объясняет.

– Что ж, тогда я отправляюсь домой. И ради бога, умерьте пыл своей ищейки, суперинтендант! Просто до смерти надоело, что он топает за мной по пятам.

– Хорошо, сэр Карл. Теперь это возможно.

– Но с какой целью он оказался здесь сегодня? – произнес Даули, когда дверь за главным шерифом графства закрылась.

– Полагаю, ухаживал кое за кем, – ответил Лотт.

– Это объясняет, почему он тут задержался. Что толку думать о каких-то девушках из кордебалета, когда охотишься на крупную дичь?

– Она не какая-то девушка из кордебалета, а танцовщица!

Даули удивленно посмотрел на него:

– Вот оно что. И мысль о ней не дает вам покоя.

Лотт густо покраснел.

– А мисс Наутен – отважная молодая леди, исходя из того, что вы мне рассказали, суперинтендант, – сказал он, явно желая сменить тему разговора.

– Да. Не мешало бы поговорить с ней, но, боюсь, она уже спит. Вовремя она появилась! Наверное, узнала или почувствовала что-то, вот и ждала наготове со своим револьвером. В субботу она сказала мне, что не допустит, чтобы человек, убивший Герберта Стеррона, остался безнаказанным.

– Думаете, мисс Наутен любила его?

– Вероятно. Но почему она не рассказала мне, что между ней и капитаном что-то есть? Хотя мне следовало бы догадаться самому, ведь годовое содержание в двести фунтов…

Дверь отворилась, и вошел доктор Тэнуорт.

– Что у вас с рукой, суперинтендант? – спросил он.

– Перелом, сэр. Как он?

– Плох, очень плох, хотя пока в сознании. Никак не удается остановить кровотечение. Нельзя перевозить его в таком состоянии. Я вызвал медсестру, теперь это вопрос времени и должного ухода.

– Считаете, Стеррон выживет, сэр?

Доктор Тэнуорт покачал головой:

– Сомневаюсь. Однако мы должны постараться спасти его для вас. Давайте я посмотрю вашу руку.

– Сэр Карл уже перевязал ее.

– И все же позвольте мне взглянуть.

Работая, доктор Тэнуорт производил более благоприятное впечатление, нежели когда занимался пустой болтовней. Его быстрые умелые пальцы ощупали сломанную руку, при этом он не снимал ни бинтов, ни самой шины.

– Что ж, справился он неплохо, – заметил он. – Оставим все как есть вплоть до приезда в больницу, а там я еще раз осмотрю вас и уложу в постель.

Лицо у Даули вытянулось.

– В больницу, сэр? Не вижу необходимости ложиться в больницу.

– Тем не менее именно туда вы и отправитесь! Садитесь ко мне в машину. Сами вы вести автомобиль не можете, пусть инспектор Лотт устроится рядом с вами на заднем сиденье и в случае чего окажет посильную помощь.

– Минутку, сэр. Стеррон сообщил нам, что вырубил своего брата, перед тем как задушить, – ударил его ребром ладони по шее. Разве после этого не остался бы синяк? Вы вроде ничего похожего на теле не нашли?

– Нет, ни я, ни Халберт Лэмюэл. Куда именно он его ударил?

– Сейчас покажу, – вмешался Лотт. – Потому что он так вырубил и меня.