НИ. Тетрология (СИ) - Осьминожкин Евгений - Страница 143

В душе стала нарастать буря противоречий. Одни мысли дерутся против оппонентов, каждая выкрикивает весомые доводы. Ведь мне совершенно ни к чему беспокоиться о заключенных, это вообще-то тюрьма. Но в то же время без них моя жизнь была бы совершенно другой. Блин, что же делать?

От тяжелых мыслей разболелась голова, в первые в этом мире. Решил, что с утра, а точнее когда проснусь, а то здесь всегда солнечно, то и решу, может на свежую голову мысли будут не столь злыми и колкими, готовыми убить друг друга.

Долго ворочался, но все же сумел заснуть.

Стоило открыть глаза и первая же мысль была позвать сестер и их мужей. Вторая мысль, что стоит рассказать и в моем городе. Да, я там больше жить не буду, но если вдруг есть шанс кому-то выйти, то чем больше людей выйдет из моего города, тем больше спасется. Особой любви к ним я не питаю, но все же это мои люди, они мне очень долгое время доверяли свои жизни. Да и многих из них, точнее практически всех я вытаскивал из умиротворения, так что мы с ними по особому близки.

Мысли о том, что надо самому быстрее достигнуть неведомой точки выхода бурча уступили. Казалось, что они как мелкий зверек, что выступал на общем зверином собрании, выдвигал идею, но ее не приняли, тогда он ворча и тихо матерясь полез в свою норку, где сможет более громко высказывать возмущение своей жене и детям.

А раз решение принято, то как бы не хотелось, но повернул назад, сначала на точку сбора сестер, а затем уже совместно решим, стоит ли о подобном сообщать остальным.

Бежать обратно приходилось через силу, очень часто переходил на шаг, ведь время встречи только через несколько месяцев, спешить совершенно ни к чему. Каждую секунду хотелось раздвоиться, одну часть послать к сестрам, а второй ринуться к мифическому выходу.

Долгое, очень долгое ожидание сестер наконец-то завершилось. Пересказ легенды и быстро принятое решение вернули меня к жизни. Ожидая их прихода, думал сойду с ума, дни еле тянулись, минуты растягивались в года, приходилось заставлять себя отвлекаться.

Идею поделиться легендой в моем городе не особо радужно приняли, можно сказать разделились на три лагеря. Зоя, Лена и Марина за то, чтобы идти к выходу без промедления, их мужья плюс муж Кристины за то, чтобы сообщить людям и взять всех кто захочет присоединиться. Одна лишь Кристина заняла условный нейтралитет, а точнее высказала опасения о легенде. Все ее доводы мне знакомы, передумал практически все нюансы пока их ждал, но все же приятно услышать, что не только я один так думаю. Она опасалась нескольких вещей.

Первое, что легенда фикция. А точнее там может быть какая-нибудь ловушка. При том необязательно созданная людьми, вдруг там шагнешь в туман, а локация зацикленная и будешь ходить и аукать там пока не сойдешь с ума, особой любви к местным игроделам она не питает.

Второе, что мы поднимем на уши весь город. Если даже какой-то процент людей сможет выйти из этого мира, то остальным придется здесь остаться. А жить зная, что где-то есть выход, но тебе он недоступен по неизвестным пока причинам, это тяжело. Мало того, что мы уведем их с насиженного места и бросим не пойми где, ведь неизвестно кто вернется. Так что им придется возвращаться. А зачем? Ведь здесь их по сути ничего не держит, могут поселиться в любом другом месте, тем более, если меня среди них не будет. Так что в любом варианте мы по сути разрушим город, сделаем его брошенным.

И третье, что те кто не сможет выйти могут впасть в не проходящую депрессию. Мои жители и так живут как сомнамбулы, а стоит у них отобрать подобную возможность, то они же вообще превратятся в овощи.

Так что Кристина с одной стороны за помощь людям, но с другой как бы не получилось, что три или пять человек смогут уйти, а остальные потеряют всякую надежду.

И как итог решение оставили за мной. Я мысленно проматерился, не особо горел желанием решать подобные вопросы, и так можно сказать убежал от ответственности, а сейчас вновь надо людей куда-то вести, ухаживать, оберегать, а там еще не понятно что за выход.

Но проведенное время в раздумьях не прошли даром, подобный вариант я рассматривал, поэтому готовое решение у меня уже есть.

– Ладно, вставайте, – скомандовал я. – Идем в город и предлагаем пойти с нами.

– Уверен? – спросила Кристина.

– Да, – кивнул я. – Даже если выведем всего одного, а остальные впадут в депрессию и помрут, то пусть так и будет.

– Жестоко, – сказала Зоя.

– Нет, – возразили я. – Это тюрьма, об этом не стоит забывать. Даже в реальности условно-досрочное светит не каждому, поэтому обижаться и накладывать на себя руки из-за тех, что вышли на свободу чуть раньше не стоит. Так что не надо бояться чьего-то малодушия, мы предлагаем возможность, а не гарантию.

– Все правильно, – согласился Серега, муж Кристины.

– Тогда в путь, – скомандовал я и не оборачиваясь зашагал к своему городу.

Идти группой значительно веселее, чем бегать неделями одному туда сюда. Обыденные разговоры, шуточки, подколки очень помогают в дороге, до города идти всего ничего, но так и время быстрее летит и удается отвлечься от гнетущий мыслей, все же я вновь вступаю на тонкий лед, беря ответственность за жизни стольких людей.

Стоило мне показаться у главных ворот, как к нам прибежали.

– Егор, пойдем быстрее, там пятеро впали в умиротворение, – позвала меня женщина, если правильно помню, то она одна из танцовщиц. Вспомнил, зовут ее Жанна, в памяти всплыли разговоры мужчин, после просмотра ее обворожительного танца. Очень у многих взыгрывала плоть после ее телодвижений, да и формами она не обделена. Сначала Жанна пыталась сдерживаться, но уже через десять лет в городе практически не осталось мужчин, что не уединялись бы с ней. Исключения были, но их все же мало в многотысячном городе.

– Я занят, – ответил я и быстро прошел мимо нее.

Она замерла с открытым ртом. Как же, отказал, тогда как всегда несся на всех порах возвращать к жизни умиротворенных.

– Соберите всех, – распорядился я и мои «родственники» стали расходиться, послышались крики с указанием всем явиться на главную площадь немедленно.

Собрать всех удалось лишь через три часа, все же город у меня большой, больше ста тысяч, благо любое дело можно бросать на любой стадии, все же мы в игре. Попытки нетерпеливых приходилось молчаливо игнорировать.

Отсутствие электричества в игре заставило создать на главной площади круглую сцену, чтобы голос могло услышать максимальное количество людей. Это в реальности есть динамики, микрофоны, здесь же приходится орать. Выступать мне еще не приходилось, но подобная проблема уже возникала, удалось ее решить двумя помощниками, что голосили, громче чем я.

– И так народ, – поприветствовал я. Два помощника на соседних площадках дублировали без изменений.

За десять минут удалось коротко и емко пересказать легенду об Адаме и возможных проблемах.

Вокруг повисла тишина. Вперед вышел великан Егор, как один из моих особо приближенных.

– Думаешь выход реален? – спросил Великан Егор.

Я пожал плечами.

– Но попытаться я обязан, – ответил я.

– Отчего же? – раздался мужской голос сзади. Неудобно стоять среди толпы, приходится вертеться.

– Не знаю как у тебя, – сказал я, глядя на спросившего, – но у меня в реальном мире остались жена и дочь, так что да, я обязан.

– А если уйдешь только ты? – спросил знакомый мужской голос.

Я повернулся к спросившему. Эмиль, рослый парень, любимец публики из-за виртуозной игры на гитаре. В городе где делать многим нечего он сродни богу, ведь практически каждую неделю дает концерты, где он вроде бы оттачивает мастерство, а для людей, которым нечем заняться его музыка, как манна небесная.

Он стал пробираться сквозь толпу и без стеснения поднялся ко мне на сцену. Конечно же, он к ней больше привык, все же я тут всего третий или четвертый раз, а он тут каждую неделю, но все же сейчас его присутствие неприятно, будто он ровня мне.