Мне нравится быть вампиром (СИ) - "Рада Девил" - Страница 100

– Как же спасти магический мир? Ему ведь не выстоять, если я не помогу? И речь даже не о Томе… – сам того не заметив, принялся шептать Дамблдор, все же стараясь отыскать выход. – Без меня волшебники вернутся к древним традициям и погрязнут в средневековье. Магглы с их технологиями в конце концов сообразят, что не везде могут проникнуть на территории собственной страны, и тогда магам не помогут ни Статут о секретности, ни кровные ритуалы, за которые цепляются многие из них, – пожевав губами, сдерживая желание грязно выругаться, Дамблдор, давным-давно уверовавший в собственную исключительность, пришел к выводу: – Мне никак нельзя умирать! Я обязан продолжить свое дело! Значит, перво-наперво нужно выяснить, что случилось с Поттером – а вдруг выйдет восстановить его полезный статус? Хотя надежды ничтожно мало, – директор с тоской посмотрел на артефакт, который его еще ни разу не подвел и даже в случае с медальоном заранее предупредил, что тот не являлся хоркруксом. В памяти всплыло, как тщательно он готовил летнюю операцию, которую Драко Малфой малодушно сорвал, сбежав из школы, так и не выполнив приказ Волдеморта. – Если бы этот сопляк не струсил – Том уже, скорее всего, был бы мертв или критически близок к этому.

Дамблдор снова отвлекся от анализа обстановки, уделив внимание усмирению собственного гнева на Малфоя – не хватало сорваться и без пользы расходовать столь драгоценный магический потенциал.

Спустя полчаса пришла мисс Грейнджер. Она ежедневно в заранее оговоренное время заглядывала к директору, чтобы помочь ему справиться с мелочами, вроде запечатывания специальными чарами писем, приготовленных на отправку, или настройки камина для внешней связи с членами Ордена, собиравшими полезную информацию для их борьбы. А по выходным, как сегодня, Гермиона еще и под присмотром Дамблдора занималась изучением тщательно подобранных для нее книг. Если вначале это чаще были издания с описанием различных охранных заклинаний и труды по защите от темных искусств, то теперь директор рекомендовал ей в основном работы по истории волшебного мира, магическому законодательству и праву, исследованию колдовских традиций и тому подобному.

– Разрешите вопрос, сэр? – отложив в сторону очередную прочитанную тонкую книжицу небольшого формата, поинтересовалась Гермиона.

– Конечно, – Дамблдор оторвался от не дававших ему покоя мыслей о Поттере и исчезнувшем хоркруксе в нем.

– Согласно анализу, проведенному группой исследователей, – Грейнджер указала на книгу, – выходит, что магический мир медленно деградирует, потому что слишком много внимания уделяет древним традициям. А значит, если удастся окончательно избавиться от этого балласта, то волшебники смогут значительно продвинуться в своем социальном развитии. Я правильно поняла?

– Вполне, – благосклонно улыбнувшись своей ученице, ответил Дамблдор. – Главное – не терять чувства меры. Нельзя бездумно запрещать все подряд. Вначале следует очень тщательно разобраться, что действительно является, как ты выразилась, балластом, а без чего волшебный мир не сможет существовать и погибнет.

– Но все эти кровные ритуалы, за которые цепляются чистокровные – они же не играют роли…

– Не спеши с выводами, – строго прервал ее директор. – Традиции нельзя просто так вычеркнуть, потому что родились они не на пустом месте. Чистокровные, в семьях которых придерживаются старых правил, имеют много преимуществ перед теми, кто пришел из маггловского мира. У них и здоровье крепче, и магический потенциал выше. Этого нельзя отрицать, с фактами не поспоришь. Среди магглорожденных и безродных полукровок редко встречаются столь выдающиеся маги, как ты или я. Но действительно существует огромное множество ненужных и даже вредных ритуалов. Вот от них и стоит отказаться, чтобы они не мешали развитию нашего мира. Тебе еще предстоит долго и упорно учиться, если ты желаешь окончательно разобраться в этом вопросе. Но главное ты уже поняла – без разрушения некоторых стереотипов, связанных с традициями, волшебникам никогда не удастся хотя бы догнать в развитии магглов. А это обязательно в итоге приведет к их гибели, как вида, стоящего на более высокой ступени индивидуального развития. Тебе понятно, о чем я говорю?

– Да. Волшебники имеют перед магглами преимущество в личном плане, ведь они способны колдовать, но как нация они уступают, потому что здесь прогресс почти стоит на месте, – Гермиона в последнее время многое узнала о магическом мире и была благодарна за помощь Дамблдору, помогавшему ей все осмыслить.

– Правильно. Для того чтобы волшебники заняли достойное место, им нужно стать активнее, переключить внимание со своих семей на общество в целом. Волдеморт возводит чистокровность в абсолют, считая остальных волшебников кем-то вроде слуг и рабов, которым нельзя даже получать нормальное образование. Подобное деление никогда не позволит магам хотя бы догнать простецов по развитию. Именно поэтому наш Орден выступает против политики Волдеморта. Я уже не говорю о том, что его методы насилия абсолютно неприемлемы – волшебников и так не слишком много, а войны уносят жизни тех, кто мог бы отлично потрудиться на благо общества, – Дамблдор помолчал, давая Гермионе в уме повторить его слова, укладывая их в своей голове. – Позволь поинтересоваться – как твои отношения с Гарри? Он перестал беспочвенно злиться на тебя?

– Да. У нас все нормально, – Грейнджер чуть улыбнулась, подтверждая свои слова и демонстрируя, что она рада такому повороту событий.

– Не обижайся на него, – от Дамблдора не ушла поспешность, с которой ему ответили. – Уверяю, Гарри не только с тобой ведет себя странно. Я тут с ним сегодня побеседовал и, честно сказать, был весьма удивлен тем, что от него услышал. Мне кажется, что с ним летом произошло что-то необычное, если не сказать – опасное, – трагические нотки в тоне заставили Грейнджер предположить самое худшее:

– Думаете, он попался Пожирателям, и это так на него подействовало? Он же не под Империусом? – тревога в голосе была неподдельной – Гермиона действительно сильно беспокоилась о друге.

Дамблдор, всегда предпочитавший путь одиночки, не мог никак понять вот эту преданность Грейнджер, не исчезнувшую даже после жестоких обвинений Поттера. По его мнению, если желаешь чего-либо добиться в жизни, то следует забыть о привязанностях. Когда Гермиона после десятка задушевных бесед, определивших конкретное направление для ее дальнейших действий, отправила своих родителей в Австралию, предварительно стерев им память, Дамблдор открыто одобрил ее поступок и похвалил за целеустремленность. Он понадеялся, что нашел для себя идеальную ученицу, с которой можно будет поделиться своими идеями без купюр и оговорок, но, видимо, ошибся. Мало того, что Гермиона очень тяжело перенесла бойкот, устроенный ей Поттером и Уизли, так в ее откровениях уже несколько раз проскальзывали сожаления о том, как она поступила с родителями. Похоже, она несколько поубавила свой энтузиазм в отношении борьбы за всеобщее благо, переключившись на личное благополучие, из-за того, что летом Альбус имел возможность почти ежедневно общаться с ней, задавая необходимый тон ее мыслям, а за весь сентябрь они серьезно поговорили от силы раза три. Как бы там ни было, полное разочарование в потенциальной идейной ученице позволило Дамблдору еще раз убедиться – магической Британии не обойтись без его персонального вмешательства в историю, а это повод для того, чтобы использовать любой способ для собственного выживания.

– Нет-нет, – поспешил заверить директор, пока Гермиона не нафантазировала еще больших ужасов. – Я осторожно проверил – на Гарри нет никаких подчиняющих проклятий. Но ведь не зря он отдалился от нашей борьбы, заявляя, что пророчество сказано вовсе не о нем? Девочка моя, ты бы присмотрелась к Гарри потщательнее. Выясни, с кем он поддерживает контакт, кто тот его друг, как его…

– Николас Фасулаки, – тут же подсказала Грейнджер, гордившаяся своей почти феноменальной памятью.

– Точно. Постарайся узнать – откуда он взялся и чем так подкупил Гарри. Ты же говорила, что этот Николас старше вас?