По зову полной Луны (СИ) - Ковалёв Максим - Страница 13

В двух местах бруствер Стены даже с их стороны заметно обвалился, но на галереи продолжали находиться фигурки солдат. Внизу же, посреди рухнувших каменных глыб и вздыбленных под их весом пластов почвы, угадывались распростёртые тела. Догвиль запретил приближаться к мёртвым (выжить после такого падения не удалось бы никому) и лишь набавил ходу.

Утихшие на какое-то время удары по Стене стали слышны вновь. Сейчас каждый из мечников был безмерно рад, что его прогнали с верхотуры. Но и на земле хватало опасностей. Сотник велел беречь головы от постоянно летящих осколков. Только не уточнил, как это сделать в такой-то темени, когда ни черта не видно, что там на тебя может падать. Факелы едва освещали дорогу под ногами.

Битва набирала обороты, не думая утихать.

Тем не менее, они без происшествий добрались до нужного места. Оказалось, Догвиль вёл их к одному из боковых подъёмов на Стену. По каменной лестнице, ограниченной метровыми перилами, сверху как раз спускалось несколько стрелков, тащивших на себе раненых. Их колчаны были пусты, а луки с арбалетами заброшены за спины, либо вовсе где-то брошены.

Догвиль распорядился помочь пострадавшим.

Вид окровавленных товарищей, их грязных, перекошенных лиц вселил холод в сердца резерва. А то, что им рассказали, едва тут же не побудило бежать прочь без оглядки.

— Бегите! — прохрипел лучник с шальным взглядом, которого Юлиан взял под руку, так того шатало. — Они крушат Стену! Их никому не остановить!

Сотник пресёк разглагольствования. Паникёрам достались зуботычины, всем прочим поток босяцкой брани — в его исполнении эти два довода всегда действовали безотказно. Часть солдат была отряжена доставить раненых в крепостной лазарет с наказом, чтобы там готовились встречать ещё. Остальным велено кончать трястись, как стаду обделавшихся сосунков. В бою трясущиеся колени — плохая опора. Особо это касалось стрелков, также взятых сотником под своё командование, так что они могли не помышлять о продолжении «самовольного отступления».

Пришла пора и резерву как-то проявить себя.

Но входящие в него стражники имели лишь мечи. И как ими прикажешь отгонять великанов?

Не успел сотник озвучить последующих распоряжений, до них донеслись тревоженные крики с галереи. И следом сильнейший удар. Над без того изрядно пострадавшим участком Стены возле угловой башни взметнул шлейф из выбитых булыжников и пыли. После того, как каменный дождь опал на землю, ни единой живой души там не виделось. Возможно, уже и раньше на том участке никого не оставалось, но теперь-то точно.

«Только бы Лопух сейчас был где-нибудь в другом месте, — взмолился Юлиан. — Угораздило же, дурака, отбиться от десятка!»

Обезумевшие древни, похоже, двинулись на решающий приступ. А значит, скучать в ближайшие часы резерву не придётся. Так что, может он ещё и позавидует запропавшему напарнику.

Догвиль гаркнул: «Стройся!». Стражники встали в смешанные ряды, отойдя подальше от рассыпающейся на глазах Стены. Все как один следили за происходящим на галереи. Там перемещались кучки стрелков, вроде как стягивающиеся к одному месту, — самому развороченному, из которого продолжали вываливаться обломки. Не иначе, прямо под ним и расположился со своей дубиной лесной громила. Или даже несколько их.

Кроме криков стрелков они слышали тягучий скрежет и размеренное буханье ударов по Стене с другой её стороны. Это буханье пугало сильнее всего прочего вместе взятого.

— Смотрите — башня!

Глазастый Сопля замахал руками. За ним увидели и остальные. В угловой башне образовалась дыра. Будто по ней врезал кулаком гигантский исполин. Но… но таких огромных древней не бывает! Не может быть! Иначе им ничего не стоило просто перебраться через Стену, незачем было бы её и долбить!

У солдат на галереи вновь случился переполох. Все взгляды сразу обратились на них.

Юлиан заметил, как нечто большое вылетело из-за Стены, а затем угловая башня крепости взмыла на воздух. Видимо, то был уже второй из подобных ударов. В низвергнувшейся мешанине из камней и балок остова размещённой на ней катапульты башня наполовину обрушилась в пустоши. Стражники на Стене бросились бежать. Часть обломков всё же достигла и их.

Среди резерва поднялась ругань. И она ещё более усилилась, когда к основанию крепости, смяв росшее на том месте деревце, рухнул неподъёмный валун размером с телёнка. Подобная глыба не могла вывалиться не из кладки Медвежьего Угла, не из Стены. Но, если она не свалилась с самих Небес, значит, прилетела оттуда! Стрелки, что теперь находились в резервном отряде, наперебой затараторили о каких-то других великанах, что притащили с собой какие-то каменюки.

Мысли бешеной каруселью вращались в голове Юлиана, а то неведение, в котором они все пребывали, та невозможность собственными глазами увидеть происходящее на «той стороне», лишало любой стойкости.

«Что за чудовища пришли из Пустоземелья? — думал он, растирая затёкшие от напряжения мышцы шеи. — Прежние увальни-великаны никогда не совершили бы ничего подобного!.. Скольких мы уже потеряли?»

— Всем оставаться на месте! — не терпящим возражения голосом командовал Догвиль. Свой меч сотник, как и они все, по-прежнему сжимал в руке, словно тот добавлял ему сил. — Великая Стена ещё ни разу не была проломлена!

Юлиан почти не слушал его, но, как приказали, с места не двигался. Пот стекал по лицу, он не утирал его, лишь переступал с ноги на ногу, будто разминаясь перед скорым забегом.

Всё ведь когда-то случается впервые, разве нет?

Стрелки на галереи в оседающих клубах каменной пыли осыпали врага болтами и стрелами. Правда, ещё трое из них, отделившись от общей группы, торопливо спускались по боковой лестнице. Эти уже навоевались.

Одного, совсем молодого парня, Догвиль успел схватить за шкирку, другие, увидев его, побросали факелы с оружием, после чего бежали во тьму ночи. Преследовать их было не велено.

— Сволочь! Удавлю! — Сотник тряс стрелка как матёрый пёс котёнка. Тот не сопротивлялся, лишь стонал и просил, чтобы его отпустили. — Встать в строй, падла! Иначе будешь казнён как дезертир! Твоих дружков ждёт именно такая участь!

Едва держащийся на ногах паренёк был брошен на землю. Поднявшись и стараясь не глядеть по сторонам, он покорно пристроился с краю шеренги. Сгорбившийся, запуганный. Стражники резерва за всё время «экзекуции» не проронили ни слова. Но не все уподобились этому несчастному и его приятелям. Оборона Стены не прекращалась! Они несли потери, но они держались. Однако в Юлиане крепла уверенность, что все их потуги обращались в бесполезное занятие.

— Великаны оказались не так примитивны, как мы полагали, — озвучил он мысль, ставшую жёсткой реальностью. — Приберегли козыри в рукаве — дубины с камнями, а мы и проворонили.

На него странно посмотрели, но никто ничего не сказал. Даже Догвиль, хотя и стоял в нескольких шагах. То ли не расслышал, то ли сделал вид, что не расслышал.

Великая Стена содрогалась сверху донизу. Всё новые и новые удары крошили её древнюю кладку.

— Солдаты, слушай мою команду!

Сотник молчал последнюю пару минут, глядя на галерею и снующих на ней стрелков, так что про него все успели забыть. Но вот командир, похоже, что-то надумал на их счёт.

— Мне нужен кто-то из десятников! — Лапоть первым выступил на шаг вперёд. — Так, возьмёшь с собой ещё троих. Смотаетесь в крепость и принесёте со склада два бочонка с горящим маслом. Скажешь, я приказал. Мы ждём вас здесь. Быстро! Пошли! Пошли!

Зачем нужно масло он не пояснил, но все поняли это и без того. Догвиль всё же решился гнать их на убой.

Сражение превратилось в сумятицу, в которой разрозненные группы стражников — в лучшем случае половина от начального числа, что не сбежали и не попрятались по углам, — пытались отогнать взбесившихся великанов. Стрелы и бочонки с горящим маслом, всё было опробовано и всё не принесло результата. Густо утыканные стрелами среди вонючих клубов дыма от догорающих кострищ Разрушители вздымали свои дубины, круша Стену по обеим сторонам от крепости.