Сталкер (ЛП) - Уайлд Кларисса - Страница 56

Внезапное отвлечение дает им шанс ударить меня по лицу так сильно, что я падаю на землю.

— Майлз! Вставай! — Ее крик пронзает мозг, но каким-то образом снабжает меня энергией, необходимой, чтобы встать и снова ринуться в драку.

Я вскакиваю на ноги и вырубаю следующего парня одним ударом в висок.

Затем поворачиваюсь к Ванессе и кричу:

— Убирайся отсюда!

Ее глаза наполняются страхом, она качает головой, а затем говорит:

— Только с тобой.

Растерявшись, я хмурюсь. Она все еще заботится обо мне? Зачем еще ей говорить подобное и отказываться уходить? Как ее понять?

Я ненавижу ее за то, что она сделала, но не хочу, чтобы она тоже пострадала. В глубине души я знаю, что Ванесса не уйдет. Не бросит меня, потому что никогда не была рядом. Это ее способ борьбы. Единственный способ, который она знает, кроме лжи.

Но я обязан сделать то, что должен, чтобы она была в безопасности.

— Убирайся отсюда, пока я и тебя не ударил! — ору я во весь голос.

Это заставляет ее попятиться назад, обернуться и сорваться на бег... что она и должна сделать, потому что я никогда не обещаю ничего хорошего.

Оставшись с четырьмя парнями, я пытаюсь отбиться от них, но чем больше получаю ударов, тем больше силы теряю, и вскоре задыхаюсь, наношу удары везде, куда получается. Чтобы выжить. Я знаю, что это не сойдет с рук просто так. Они не хилые парни, они те, кто воспринимает драку всерьез, если ты ее начинаешь. Как и сейчас, когда один из них достает нож и пытается ударить меня им в живот.

— Хочешь немного? — кричит он, разрезая воздух.

— Я, блядь, убью тебя! — возвращаю я.

— Не можешь смириться с тем, что я прикоснулся к твоей девушке, а?

— Она не моя девушка, но и не твоя, — рычу я, уходя от его атаки.

Еще один запрыгивает мне на спину, и я оборачиваюсь, чтобы сбросить его.

Внезапно позади слышится скрип автомобильных шин, и мы все смотрим в ту сторону. Машина мчится в переулок, и я секунду думаю, что она въедет прямо в аллею, но тут водитель делает резкий разворот.

Избегая ударов, я поднимаю голову и вижу, как опускается стекло с его стороны, и он кричит:

— Пригнись!

Делаю, что сказано.

Выстрелы разрезают воздух, пули отскакивают от стен и летят в землю. Мое тело дрожит, пока я ожидаю, что в меня тоже выстрелят, но этого не происходит. Вместо этого все парни падают, как мухи.

Когда выстрелы прекращаются, я поднимаю взгляд и вижу уставившегося на меня парня в очках и с глушителем на пистолете.

— Ты в порядке? — спрашивает он.

Он ненамного старше меня, но, черт возьми, шрам в форме буквы «Х» на его лице не позволяет мне даже встать с земли.

— Эй? Я со стеной разговариваю? — рычит он.

— Нет, я в порядке, — отвечаю.

— Отлично. — Он опускает пистолет.

— Кто ты? — спрашиваю, поднимаясь с земли, весь избитый и в кровоподтеках.

— Иди сюда, расскажу. — Он кивает, и я чувствую, что это своего рода вызов.

Меня не нужно просить дважды. Парень застрелил моих обидчиков, моих предполагаемых друзей, и теперь у меня ничего не осталось, кроме двух пар мертвецов, окружающих меня, пока я стою единственный живой. Отсюда вытекает несколько вопросов.

Тем не менее, меня больше интересует этот парень со шрамом.

— Ты их всех убил?

— Да, кроме тебя, очевидно, — протягивает он.

— Спасибо, наверное. А почему, собственно?

— Они избивали тебя, не так ли?

— Да уж…

— А теперь нет. — На его лице появляется легкая улыбка. Черт, мне уже нравится этот парень.

Я подхожу ближе и протягиваю руку, когда он смотрит в окно.

— Майлз.

— Икс.

— Что за «икс»? — смеюсь я. — Буква что ли?

— Просто Икс, но иногда меня называют мистер Икс. Как хочешь.

— Круто. — Я киваю, почти не в силах поверить в то, что вижу. Какой-то парень в смокинге просто убирает всех моих друзей, и я даже не злюсь. Потрясающе.

— Ты дрался с ними в одиночку, не так ли? — продолжает он.

— Да, они пытались причинить боль…— Я замолчал, пока не выдал слишком много.

— Мне не нужна причина. Я просто хочу знать, был ли ты один.

— Да.

— Хмм…— Он делает кивок, и пусть даже на нем очки, могу сказать, что он оценивает меня. Но с какой целью?

— Ты, кажется, подходишь. Много силы. Где ты научился так драться? — спрашивают меня.

— Э-э… ​​не знаю. Думаю, сам.

— Интересно…— он кивает, как будто я какой-то научный проект. Интересно, какого хрена он от меня хочет.

— Итак, эм, теперь, когда ты пристрелил моих друзей, я действительно не знаю, какого черта с этим делать. Они мертвы. Я не хочу сесть за убийство. Советы будут?

Парень улыбается и проводит рукой по лысой голове.

— Ты умный парень. Мне нравится твое отношение. Ну, во-первых, они все равно были кучкой наркоманов. Простая трата места на земле.

— Ладно... — хмурюсь я, не уверенный, куда он ведет.

— Во-вторых, они были твоими единственными друзьями?

— Да, — отвечаю я.

— Семья есть? Родственники?

— Только приемные родители. Почему ты спрашиваешь?

— Идеально.

Он поворачивается и нажимает кнопку. Дверь машины открывается.

— Залезай.

— Что? — говорю я, сдерживая смех. — Ты меня разыгрываешь.

— Мне не до шуток. Садись в машину.

— Зачем? Я не знаю тебя, чувак.

— Не имеет значения. Ты хочешь жить хорошей жизнью или умереть в тюрьме?

— А ответ не очевиден?

— Тогда сядь в эту ебаную машину, — говорит он, постукивая пальцами по двери.

— Нет, пока ты не скажешь мне зачем.

— Слушай, малый, — начинает он, высовываясь из машины, чтобы схватить меня за рубашку. — У меня нет времени на фигню. Я только что убил единственных людей, с которыми ты был связан, а это значит, что копы сядут либо на твой хвост, либо не найдут никого, если ты поедешь со мной. Хочешь остаться наркоманом? Хорошо, но делай это в тюрьме.

— Я не наркоман и не хочу им быть, — отвечаю я.

Он вздыхает.

— Ты хочешь заработать деньги?

— Да.

— Хочешь делать все, что, черт возьми, пожелаешь?

— Конечно!

— Тогда садись в чертову машину. — Он наклоняет голову. — Принеси пользу.

Я сужаю глаза.

— Ты говоришь мне, что я могу поехать с тобой, и если сделаю это, стану частью всего, что ты делаешь?

— Зависит от… того, умеешь ли ты слушать.

Я улыбаюсь, кивая.

— Круто.

— Это не круто. Это называется убивать, чтобы выжить, или, другими словами, стать гребаным убийцей без имени. В этой работе нет ничего крутого, чувак, но я дам тебе преимущество посомневаться, потому что ты настойчивый. — Он отпускает мою рубашку. — Если ты поедешь со мной, я покажу тебе, как нужно избивать ублюдков голыми руками.

Делаю глубокий вдох. Я не доверяю этому чуваку, но что еще мне терять? Ничего, уже все потеряно. С таким же успехом можно отказаться от своей жизни и присоединиться к темной стороне, что бы это ни значило.

Я предпочел бы быть чем-то, чем оставаться ничтожеством.

— Я в деле, — соглашаюсь я, направляясь к другой двери и садясь в машину.

Салон пахнет алкоголем и паленой кожей, но я предпочту быть здесь, а не там со всеми этими трупами. Я не знаю, что сказал бы копам, если бы они появились, и они не поверят мне, выложи я все как на духу.

Мистер Икс трогается с места, затем поворачивается ко мне и опускает очки. Оказывается, у него один искусственный металлический глаз, вставленный в глазницу прямо под шрамом. Жуткое зрелище.

— Пристегнись, — говорит он с широкой улыбкой на лице.

Похоже, это либо начало новой жизни для меня, либо конец. В любом случае, мне подходит.

Настоящее время

Меня настигло поражение.

Не физическое. Не ментальное.

Эмоциональное.

Я думал, что смогу оттолкнуть желание быть рядом с ней, но оно такой болью отдается в моем сердце, что мне приходится прислушаться. Я могу только прижимать Ванессу крепко к себе и убеждать себя, что она не пострадала, что она все еще моя и только моя.