Патологоанатом (СИ) - Васильченко Сергей Сергеевич - Страница 45

Машина патологоанатома повезла Таню на край города, а потом остановилась перед высоким забором и огромными воротами коттеджа Журовича. Через несколько секунд ворота коттеджа открылись, как будто их уже ждали. Машина Валентина заехала на территорию коттеджа, и тут же ворота автоматически закрылись обратно.

Коттедж Журовича оказался двухэтажным, большим и немного помпезным. На входе их встретили пожилой благородного вида мужчина, видимо дворецкий, и красивая женщина лет 35-ти, одетая в униформу прислуги.

— Это дворецкий Леопольд и горничная Наталья, — представил прислугу Журович. — Наталья все тебе здесь покажет и поможет в случае чего, так ведь?

— Конечно, Валентин Сергеевич, — улыбнулась Наталья дежурной улыбкой.

Внутри коттедж был богато отделан и шикарно обставлен. Валентин показал Тане ее комнату, а сам куда-то уехал по делам. Оставив свои вещи в комнате, Таня вместе с горничной Натальей пошла прогуляться по дому.

Из развлечений в коттедже была отменная выпивка, бассейн с теплой водой, бильярд, боулинг, комната с игровыми автоматами, библиотека и комната с огромной плазменной панелью и колонками с функцией домашнего кинотеатра — здесь можно было смотреть кабельное телевидение с бесчисленным количеством каналов.

Горничная Наталья вроде бы улыбалась Тане, но сама как-то нехорошо так на нее смотрела. В обязанности Натальи входила уборка почти во всех помещениях коттеджа, а также приготовление еды, сервировка и обслуживание стола. Когда горничная не занималась своими делами, она тихонько вставала так, чтобы видеть Таню и наблюдала за девушкой. Если Таня ее замечала, то Наталья разворачивалась и уходила, но бывало, что она наблюдала за девушкой довольно продолжительное время. Странная какая-то эта горничная, подумала Таня. Надо будет пожаловаться на нее Валентину.

В коттедже было четыре охранника. Они почти все время находились в отдельном одноэтажном здании, расположенным рядом с воротами. Здесь у них были спальные места, туалет, оружейка, кухня, бильярд и тренажерный зал. Охранники по очереди сидели перед монитором, который транслировал видеоизображение с камер, развешенных по всему периметру коттеджа. Отсюда охранник со специального пульта открывал ворота, когда Журович подъезжал на машине к своему дому. Еду охранникам готовила и приносила горничная Наталья. Помимо охраны коттеджа, охранники занимались уборкой территории.

В сам коттедж дорога охранникам была закрыта, если только Журович сам не звал их туда, когда ему это было необходимо. Регулярно к охранникам приезжал микроавтобус с проститутками, и они выбирали себе любую понравившуюся девушку.

Увидев в какой роскоши живет патологоанатом, Тане стало непонятно, зачем он работает в морге за небольшую зарплату. У Журовича явно был приличный доход, иначе он не смог бы позволить себе такую роскошь. И зарплата патологоанатома вряд ли делала какую-то погоду в обеспечении доктору приличного уровня жизни. На месте Валентина Таня давно бы уже оставила работу в морге, потому что она занимала львиную долю сил и времени, которые можно было потратить на наслаждения и красивую жизнь. Но Таня не была Журовичем, однако вкусить богатого комфорта решила на полную катушку. Она регулярно плавала в бассейне, потребляла дорогие спиртные напитки и шикарные блюда, а также все дни напролет просиживала в комнате с огромной плазмой, просматривая кинофильмы и многочисленные музыкальные видеоклипы.

Про изнасилование девушка почти забыла, но Валентин напомнил ей, пригласив однажды пройти в его лабораторию. Лаборатория Журовича была тут же в коттедже в подвальном помещении и состояла она из нескольких кабинетов. Тот довольно просторный кабинет, куда Журович привел Таню, был обставлен дорогим медицинским оборудованием, но не оно привлекло к себе внимание девушки. На многочисленных стендах и столах находились отдельные части человеческих тел. К ним были подсоединены электрические провода и какие-то трубки, по которым циркулировала жидкость, напоминающая кровь.

Таня подумала, что части тел не настоящие, а искусно сделанные муляжи. Она подошла к мужской руке, которая лежала на столе с растопыренными пальцами. Заметив кнопку, Таня нажала ее, и рука стала яростно двигаться, а пальцы то резко сжимались в кулак, то разжимались.

— Это же не настоящая рука? — спросила Таня, почувствовав исходящий от руки трупный запах.

— Настоящая, — сказал Журович. — Здесь все настоящее.

— Как это выключить? — спросила Таня, безуспешно нажимая на кнопку.

Патологоанатом подошел к руке и, сдвинув какой-то тумблер, обездвижил ее.

— Зачем тебе это? — поинтересовалась Таня.

— Это часть моей научной работы.

— И о чем же твоя научная работа? — спросила Таня.

— О том, как можно довольно эффективно использовать плоть умершего человека, — ответил Журович.

Отойдя от руки, девушка заметила голову собаки, которая также как и рука была подсоединена к трубкам и проводам. Голова собаки была живой и смотрела на Таню печальными глазами.

— Она что, живая? — спросила Таня в изумлении.

— Да, — ответил Журович и дал голове собаки кусочек колбасы.

Собака съела колбасу, и та выскочила из пищеводной трубки на другом конце.

На каких-то специальных стендах практически в распятом положении висели три совершенно голых человека. Это были два парня и одна девушка. Руки и ноги каждого из них были раздвинуты и зафиксированы, так что они напоминали собой звезды. На головах у них были железные шлемы с проводами.

— Узнаешь? — спросил Журович у Тани, и девушка с ужасом узнала в распятых Колю, Марата и Любу.

— Что ты с ними сделал?! — воскликнула Таня, заметив, что подвешенные на стендах были в бессознательном состоянии.

— Пока ничего, — ответил Журович. — Вот, хотел с тобой посоветоваться, что с ними делать?

— Отпусти их!

— Ну уж, нет, — не согласился Журович. — Они должны ответить за то зло, которое тебе причинили.

— Ты их убьешь? — спросила Таня.

— Нет, — удивился вопросу девушки Журович. — Ты за кого меня принимаешь? Я не псих и не убийца!

— Знаешь, в Афганистане и Северной Корее за изнасилование приговаривают к смертной казни и палачом выступает жертва преступления, — сообщил Журович. — Не хочешь наказать их так, как там?

— Нет, — твердо ответила Таня.

— А в Китае насильников или приговаривают к смертной казни или кастрируют, — продолжил Журович. — Может, и мы отрежем парням их причиндалы?

Патологоанатом рукой с надетой на нее резиновой перчаткой приподнял пенис с мошонкой Коли, и внимательно посмотрел, где можно было сделать необходимый разрез.

— Здесь чикну и все дела, — усмехнулся Журович. — Твой бывший парень и его друг даже ничего не почувствуют, потому что я им ввел лошадиную дозу снотворного.

— Не надо.

— Зато мы убережем других девушек от этих моральных уродов, — сказал Журович. — Они будут жить, но уже не смогут никого насиловать.

— Так вот зачем ты их тут подвесил? — то ли спросила, то ли догадалась Таня, которой неприятно было видеть, что для Журовича эти люди были как лягушки в лаборатории у студентов.

— Ну, если тебя смущает эта картина, то их сейчас снимут, — сказал Журович.

— Витя! — позвал Журович санитара, и в лаборатории появился Витя.

— Витя, сними их и определи по койкам, — приказал Журович, и санитар послушно занялся освобождением ребят.

Таня подошла к Любе, которая голой висела рядом с Колей и Маратом. Сейчас Люба выглядела совершенно беспомощной и не представляла никакой угрозы для Тани. На пальце у Любы было колечко, которое ей подарила Таня на день рождения. Девушка была зла на подругу за то, что та так нехорошо с ней обошлась, но сейчас Любу стало жалко.

— А что это за шлемы у них на головах? — полюбопытствовала Таня.

— Это моя техническая разработка, — похвастался Журович. — Благодаря воздействию такого шлема на мозг человека, я, например, добился того, что Люба позвонила домой со своего телефона и сообщила родным, что с ней все в порядке, и она уехала на заработки.