Патологоанатом (СИ) - Васильченко Сергей Сергеевич - Страница 28

Полусонная и одурманенная лекарствами Наташа послушно выполнила все, что просил у нее муж. Журович обрадовался удачному началу и, очередным уколом усыпив девушку в ее комнате, он проделал подобный маневр и с Витей. Здоровяк тоже на удивление был сговорчив и пассивен. Дед профессор оказался прав насчет действия придуманного им коктейля, в основу которого входили скополамин, атронин и пентонал натрия, а значит и в остальном дед вряд ли ошибался. После туалета Журович убедил Витю прилечь у себя в комнате на лежанке. Уколом со снотворным Валя усыпил и Витю. Теперь можно было отдохнуть и привести свои мысли в порядок. Начало было положено, и домашний ад для Журовича должен был закончиться навсегда.

В следующий раз, когда Валя разбудил Наташу и сводил ее в туалет, а также накормил едой, он не стал ее усыплять. Журович дал Наташе таблетку ЛСД и уложил ее в комнате так, чтобы она могла видеть телевизор. Доктор подключил к телевизору видеомагнитофон и включил видеокассету с записанным на ней специальным зомбирующим видеорядом, где мягким голосом и убаюкивающим тоном Журович многократно повторял суггетивные фразы: «ты мой слуга, ты мой работник», «я твой бог, ты моя рабыня», «слушай меня, я твой хозяин», «не спорь со мной, иначе умрешь» и другие.

Валентин завесил окно в комнате Наташи одеялом, чтобы стало темно и ничто не отвлекало девушку от просмотра видеокассеты. Журович потратил много сил и времени, чтобы записать такие кассеты. Ему пришлось собрать по друзьям и знакомым видеомагнитофоны, видеокамеру, магнитофоны, наушники, микрофоны и устройство с программой для видеомонтажа, но полученный результат стоил потраченных нервов и усилий. У Вали теперь было несколько видеокассет и магнитофонных кассет, которые вызывали как страх и неприятные воспоминания, так и желание подчиняться Журовичу как вождю, богу, избавителю от всех бед и несчастий. Главное, чтобы теперь эти видеокассеты и магнитофонные кассеты сработали как надо. Убедившись, что Наташа смотрит в телевизор, Журович оставил ее одну.

После просмотра девушкой видеокассеты, Валя вкатил к ней портативную машину, с помощью которой он произвел местную анестезию. Также Журович ввел Наташе мышечный релоксант, что было необходимо для предотвращения возникновения травм от следующей процедуры. А следующей процедурой в программе экспериментатора следовали удары электрическим током. Журович связал девушку и привязал ее к кровати.

Наташа кричала, визжала и извивалась от чудовищной боли, вызванной ударами тока. Чтобы девушка не шумела, Валентин вставил ей в рот кляп, который он соорудил из тряпки. Журовичу не было жалко Наташу. В какой-то момент он понял, что она стала маргинальной личностью. Той простенькой приятной девчушкой, которую он полюбил, Наташа больше не станет, а эту новую личность, которая вытеснила прошлую, доктор ненавидел всей душой. Теперь от нее было больше вреда, нежели пользы, как для нее самой, так и для окружающих. И то, что Журович собирался с ней сделать, должно было хоть как-то вернуть ее жизнь в полезное русло. Когда процедура с током была закончена, доктор вколол Наташе очередную порцию лекарств, которые должны были усыпить девушку практически на сутки.

После того, как Журович закончил с Наташей, он взялся за Витю. Сначала он связал рэкетира, а затем вколол ему сыворотку правды. Основным компонентом сыворотки правды, которую намешал Журович по рецепту деда, был скополамин. Этот препарат не продавался в аптеках, и, чтобы его достать, Валентину пришлось много побегать и изрядно потратиться, но когда стоит вопрос жизни или смерти, то такие жертвы несущественны.

Включив видеокамеру и направив ее на Витю, Журович стал выведывать у него секреты. После нескольких таких сеансов экспериментатор стал проводить с Витей те же самые зомбирующие процедуры, что и с Наташей. Этими процедурами доморощенный ученый хотел добиться того, чтобы Витя и Наташа утратили большую часть воспоминаний о прошлом. По мнению Журовича им больше не нужна была память о той жизни, где они были мерзкими эгоистичными личностями. Вместо этой памяти доктор намеревался вложить им в голову новые воспоминания и убедить их жить по-другому. Пусть они при этом потеряют часть своей личности, но терпеть и дальше их вызывающее поведение у Журовича не было больше возможностей и сил. Он встал на этот путь, и теперь следовало любой ценой добиться результата, а иначе его ждал крах и может даже смерть.

Из записей деда профессора следовало, что такие процедуры следовало проводить с испытуемыми длительное время, с каждым разом увеличивая болезненные удары током. Журович шел строго по плану, описанному дедом, но тут нарисовались дружки Вити, которые забеспокоились о кореше, который куда-то пропал и перестал выходить на связь. Валентин не отвечал на телефонные звонки и не открывал никому двери своей квартиры, но беспокоить его не переставали и даже наоборот лезли к нему все настойчивее и настойчивее. Окна в квартире Журовича теперь всегда были занавешены одеялами, так что с улицы не видно было, горит дома свет или нет. И дома он старался особо не шуметь.

Но однажды утром, когда Валя вышел на улицу, чтобы отправиться на работу, его силой затолкали в машину, припаркованную во дворе. В машине Журович получил несколько мощных ударов, после чего его стали допрашивать.

— Доктор, где Витек? — спросил лысый парень со злыми глазами. — Говори быстро, пока в башню еще раз не получил.

Валентин осмотрелся. В машине сидели три человека, и это явно были друзья Вити. Вот попал! Похоже, что сейчас план Журовича, который так хорошо начал исполняться, в один момент рухнет.

— Так они уехали, — сказал перепуганный Журович, который заранее придумал легенду на всякий случай, и этот случай как раз наступил.

— Куда еще уехали?

— Витя с Наташей уехали отдыхать на море, — сказал Журович. — А вы разве не знали?

— Какое еще море? — не поверил другой бандит. — Что ты тут несешь? Почему Витек никому ничего не сказал? Ты что-то мутишь, доктор! Не шути с нами!

— Я вам честно говорю, — сказал Журович убедительным тоном. — Зачем мне врать?

— Ни хера себе! — сказал третий бандит.

— А почему у тебя свет дома не горит? — спросил лысый бандит, голова которого блестела как бильярдный шар.

— Так, лампочка перегорела, — соврал Журович.

— А почему ты дверь не открываешь?

— Так я на работе постоянно, — сказал Журович. — Там у нас сейчас завал и домой я прихожу уже поздно ночью и потом сплю так, что ничего не слышу.

— Что-то ты мутишь, доктор, — с сомнением сказал лысый бандит. — А не убил ли ты Витька и свою женушку? Пошли-ка к тебе домой, посмотрим, что там у тебя.

— Можно и сходить, — согласился Журович, — да только дома нет никого. А Витя с Наташей завтра приезжают. Завтра и приходите, они вам сами все расскажут.

— Ну что, пойдем к доктору? — спросил второй бандит у лысого.

Валентин замер в страхе, потому что Витя и Наташа лежали сейчас дома в полуживом состоянии. И если братки найдут их в таком виде, то Журовичу будет конец. Он стал лихорадочно придумывать, что можно соврать, чтобы остаться в живых, но заметив, что за ним наблюдают, постарался сделать свое лицо как можно более безразличным.

— А смысл? — ответил лысый бандит, пристально вглядываясь в лицо Валентина. — Завтра уже заглянем к Витьку, когда он приедет. А сейчас нам надо ехать к Питбулю, а то опять все профукаем.

— Витек точно завтра приедет, доктор? — спросил второй бандит.

— Точно, — ответил Журович, обрадовавшись, что братки передумали идти к нему домой. — Вечером приходите, я вам сам дверь открою.

— Ну, смотри, доктор, — угрожающе сказал лысый бандит, — если ты что-то мутишь, сам понимаешь — разрежем на кусочки и в реку кинем на корм рыбам!

— А Витек тоже молодец, — усмехнулся третий бандит. — Его баба совсем ему мозги запудрила! Уехали и нам даже ничего не сказали! А еще плакался мне, что он на мели.

— Ладно, доктор, свободен, — бандиты решили отпустить Валентина. — И не вздумай шутить с нами! Из под земли достанем! Завтра вечером жди нас в гости.