И занавес опускается (ЛП) - Пинтофф Стефани - Страница 62

Никки наклонился вперёд, опёрся руками о столешницу и твёрдо посмотрел мне в глаза.

— Он этого не заслуживает. После всего, что он с тобой сделал… И я даже не говорю о его отношении к прекрасной женщине, что была твоей матерью!

Я оставался непреклонен.

— Согласен. Но я всё равно заплачу.

Несколько мгновений Никки просто курил, размышляя и выпуская в воздух почти идеальные кольца табачного дыма.

Я хотел уладить с ним все дела.

Отчасти, я сделал это, заплатив за услуги его людей, в чьей помощи нуждался сегодня вечером. Но ещё мне нужно было вернуть долг моего отца — и тогда мы были бы в расчёте.

Все последние месяцы я жил в страхе, что Никки попросит меня об ответной услуге, которую не захочу оказывать — но и не смогу отказать. Поэтому, покупая свободу отца, я обеспечивал и свою собственную независимость.

— Полторы тысячи, — произнёс он, в конце концов.

Это была моя зарплата за два года — при условии, что я ничего не стану тратить.

На долю секунды я замешкался.

Неужели я действительно хочу так поступить? Насколько проще было бы просто взять и уйти…

Но я сделал глубокий вдох и отдал всю сумму, получив в ответ расписку от Никки.

Ещё некоторое время до прибытия его людей мы вспоминали прежние времена.

* * *

Луи и Изадор, два работника Никки, которых я нанял на сегодняшний вечер, должны были обеспечить мне грубую силу, если этим вечером мне понадобится подмога.

Луи — высокий африканец с литыми мускулами — раньше был боксёром; до той минуты, как Ник Скарпетта предложил ему более выгодное занятие.

А Изадор, дальний родственник Никки, был плотным коротышкой, который, по слухам, умел виртуозно обращаться с ножом.

Они внимательно слушали, что от них требуется.

Потом я встретился с отцом в том самом баре, где виделся с Молли Хансен вскоре после убийства Анни Жермен. Я объяснил ему, какая именно помощь от него требуется, и он мрачно на меня взглянул.

— Сегодня днём Никки прислал мне личное сообщение. Сказал, что мы с ним в расчёте. Как такое может быть?

— Я позаботился об этом, — ответил я ровным голосом.

— Ты ему заплатил?

Я кивнул.

— У тебя нет таких денег, — угрюмо сказал он. — Я задолжал больше тысячи. Какую сделку ты с ним заключил?

Я улыбнулся над сложившейся ситуацией.

За прошедшие годы мой отец заключал уйму сделок с людьми, более опасными, чем Ник Скарпетта. А теперь он пришёл в ярость, узнав, что я мог совершить такой же поступок.

— Вообще-то, у меня есть такие деньги. Я копил долгие годы, — пожал я плечами. — Ты не забыл? Когда-то у меня были планы, цели и мечты…

Прошло несколько мгновений, прежде чем отец осознал сказанное.

— Ты же собирался жениться на той девушке, да? Ясно, — он сжал губы. — Ты не должен был так поступать, Саймон. Уж точно не ради меня. Я не задержусь в этом мире надолго, а ты обязательно встретишь другую женщину…

— Я сделал это ради себя, — резко ответил я. — Мне нужна была помощь Никки — точнее, его людей. Поэтому у меня к тебе будет просьба: если ты и дальше планируешь играть в карты, делай это в другом месте. Не у Никки. Хватит.

Странно, что у него возникли какие-то возражения по этому поводу. Но я никогда не отождествлял накопленные сбережения со счастливым будущим с Ханной. Они, скорее, обеспечивали безопасность, какой у меня никогда не было в детстве.

Я повёл себя жёстче, чем намеревался.

Но сейчас, рассчитавшись со всеми долгами Никки, не хотел, чтобы мой отец и дальше создавал неприятности.

Я покинул его в баре наслаждаться пинтой «Гиннесса». Рядом на барной стойке оставил записку.

«Театр «Лицеум».

«Ромео и Джульетта».

Вы с Молли нужны мне на месте сразу по окончании спектакля».

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Театр «Лицеум», 45-ая улица, дом 149.

Занавес опустился под восторженные аплодисменты Хелен Белл в роли Джульетты.

Я подождал минут двадцать, прежде чем выйти из своего укрытия. Нервы были на пределе.

Театр опустел.

Я зажёг спичку, поднял её высоко над головой — и затушил. Посмотрел на мостик, где увидел ответный сигнал Луи — значит, он на месте, и у него всё тихо.

Изадора я проверил лично. Когда окликнул его по имени, он вышел из-за своего укрытия за занавесом.

— Всё в порядке?

— Всё хорошо, босс.

Я кивнул.

— Будь начеку. Я скоро вернусь.

Я повернул за угол к гримёрке Хелен Белл и остановился. У меня было отчётливое ощущение, что за мной наблюдают. Наверно, это всё из-за нервов.

Отец ответил на мой стук и открыл дверь в комнату мисс Белл.

— А вот и человек, которого я хотел видеть, — просиял он. — Заходи.

Я боком протиснулся в комнату, стараясь не зацепить загораживающие вход букеты. За вечер всё помещение наполнилось цветами и открытками, посланными доброжелателями.

Мисс Белл сидела за туалетным столиком, закусив губу.

— Вот видите, я же говорил: мой сын придёт и всё уладит.

Мой отец улыбнулся.

Мисс Белл — нет.

— Я детектив Саймон Зиль, — произнёс я, придвигая к ней стул. — Мой отец должен был вам объяснить, что сегодня вечером вы находитесь в смертельной опасности. Но вам не нужно бояться. Я попросил его отвести вас в безопасное место.

— Вы действительно считаете, что Чарли собирается меня убить? — голос выдавал её страх.

Чарли — вымышленное имя.

— Да, мисс Белл, — твёрдо произнёс я. — Но не стоит переживать: мы его остановим. Ваше место займёт другая актриса и будет выполнять роль приманки.

Я повернулся к отцу.

— Молли готова?

— Она в соседней комнате, — ответил он. — Сейчас приведу.

Я попросил своего отца — мастера маскировки — помочь Молли превратиться в правдоподобную копию мисс Белл. Но я не был готов к тому, что вошедшая в комнату Молли станет абсолютным, идентичным близнецом примы.

Её кудри исчезли, сменившись париком, который повторял прямые каштановые локоны Хелен. Веснушки и бледная кожа были замазаны густым гримом, схожим по цвету со смуглой кожей мисс Белл. У неё было то же телосложение, что и у Хелен, а теперь она ещё и надела такую же одежду.

В общем, девушка стала зеркальным отражением женщины, которую мы собирались заменить этой ночью.

Лицо Хелен стало мертвенно-бледным.

— Это настолько необходимо? — прошептала она.

— Боюсь, да, — кивнул я.

— Это всего лишь грим и хороший парик, — вставил мой отец с напускной скромностью.

— Но Чарли заметит, что она — не я, — Хелен прикусила губу.

— Надеюсь, только тогда, когда уже будет поздно, — сказал я и добавил с усмешкой: — Мой отец всегда говорил: люди видят лишь то, что хотят видеть.

Мы с отцом переглянулись. Время пришло.

— Мы отведём вас домой, мисс Белл, — произнёс отец.

— Я могу забрать свои вещи? — спросила она, бросив долгий взгляд на цветочные букеты, выстроившиеся в ряд вдоль стен.

— Завтра, — отрезал я. — Они будут ждать вас здесь. Но сегодня не стоит привлекать к вам лишнее внимание.

Когда она ушла, я опустил глаза и прочитал записку, которая все еще лежала на её туалетном столике.

«Поужинаем после спектакля?

Думаю, это надо отпраздновать.

Чарли».

Записка пришла, как мы и ожидали.

Я подавил желание взять её в качестве улики. Джек не должен ничего заподозрить, если мы хотим его поймать.

— Всё готово? — спросил я Молли.

— Абсолютно.

И, вскинув голову, она села в кресло, которое только что освободила Хелен.

— Вам тоже лучше занять свои места. Вы же не хотите, чтобы он вас здесь увидел? — предупредила Молли.

Если она и нервничала, то не показывала этого. Может, всё благодаря её многолетнему обучению актёрскому таланту?