Практика выбора (СИ) - Панова Дарья - Страница 56

— Напасть, убежать и замереть.

— Совершенно верно. Какие Вы все умницы. А теперь проведем эксперимент. Поднимите руки те, у кого основная реакция на страз — агрессия. — предложил профессор. Я оглянулась: подняли руку почти все представители приорской расы, Джексин, и около трети представителей других рас.

— Ожидаемо, — удовлетворенно кивнул профессор, — Бегство. Смелее же. В некоторых случаях ваши предки выживали именно благодаря такому поведению.

Я судорожно пыталась понять свою типичную реакцию. Самые опасные ситуации для меня были связаны со Звеном. И что я делала? Ничего. Как я отреагрировала на проблемы с практикой? Никак. Вялое барахтание и игнорирование ситуации. Так сложно говорить правду самой себе.

— А теперь реакция «замереть и притвориться мертвым» — дошла очередь до, как оказалось, самой малочисленной группы. Я несмело подняла руку. И осмотрела товарищей по счастью или несчастью. Нас было меньше всех, но мы были. Рыжий Рустам, худенькая зеленая аринорка, несколько лосканцев. Спасибо, профессор. Теперь мы никогда уже не будем смотреть друг на друга как раньше.

Лекция Лирого заставила несколько расслабиться и заново познакомиться с собой. Джексин пытался со мной поболтать, но я жестко пресекала эти попытки. Очень уважала профессора. К тому же ожидание письма заставляло меня нервничать. А вдруг у Леора не получится? Успею или нет подать документы? Что решит совет? Долгожданный звонок и я сразу же открыла мирон, чтобы увидеть пакет документов от корпорации Леора.

— Агния, — начал было Джексин.

— Джексин, мне надо бежать. Займи для меня местечко на следующей паре, — я подарила ему свою самую извиняющуюся улыбку и умчалась на кафедру. По пути написав восторженно благодарственное сообщение Леору.

«Глупышка» — пришел ответ. Вообще-то я в первой десятке по рейтингу в своей группе. На меня накатило возмущение, но благодарность спасителю затмевало все. Теперь именно так я его и воспринимала. Может быть он именно тот, кто решит все мои проблемы? Закралась надежда в самое сердце. И доводы разума очнуться и быть начеку были лишь жалкими попытками вернуться к реальности. В приемную кафедры я практически влетела на крыльях счастья.

— Получила? — улыбнулась лэрин Лейееван.

— Только что! — поделилась своей радостью я. — Мне надо немного времени на заполнение.

— Присаживайся, — и мне кивнули в сторону рабочего места для студентов, — Сейчас перекину тебе бланки.

Я села, открыла документы и нажала функцию автозаполнения. Страниц было около сорока, а времени у меня не больше двадцати минсин. Пропустить лекцию я не могла. Служба контроля знала, что я в университете. Очень умная программа сверяла пришедших и посетивших лекции студентов с учетом их индивидуальных планов. Несовпадение снижало балы у последних. Ненамного, но даже это я не могла себе позволить. По большому счету, после той трагичной ситуации с практикой на плаву я держалась благодаря своим баллам. Договор был серьезным и не в мою пользу. Точнее их было два: внешний с официальной заявкой меня на практику и внутренний с неразглашением, обязательством закончить первый этап эксперимента, который состоял из десяти сессий. Это давало мне недостаточно часов для практики. Для этого меня приглашали на серию экспериментов. Но если я смогу продержаться, то потом найти практику мне будет гораздо легче. И я не обязана участвовать во втором этапе. Так я решила для себя. Информации о самом исследовании было крайне мало. Только закодированное название в реестре министерства обороны. Мне полагалась приятная денежная компенсация, что радовало, и гарантировалась моя физическая и гормональная безопасность и целостность. Это тоже являлось несомненным плюсом. Я подписала все бумаги и заполнила заявление. Первый договор и просьба о признании практики отправились к секретарю. Копия письма и второй договор полетели к Леору. Надеюсь, он успеет его официально зарегистрировать. Секретарь улыбнулась и принялась заполнять.

— Беги уже. Лэр Кееву в курсе твой очередной попытки. — напомнила мне о времени лэрин Лейеван.

— Благодарю, — уже в дверях крикнула я и помчалась на лекцию. Джексин чувствовал мое настроение и пытался меня понять. В общих чертах мне пришлось обрисовать ситуацию. Именно он затянул меня обедать, не дав полежать у дверей заседания Совета. Только его намек, что это не будет фактором в мою пользу, заставил меня последовать за ним. Он набрал мне пирожных, и я вяло ковырялась в них.

— Не волнуйся! У тебя же стандартный договор о практике. Совет его примет! — успокаивал меня друг.

— А если что-то пойдет не так? — поделилась я своими опасениями.

— Тогда я разверну это «не так», и оно пойдет так как надо. Или полетит. Или поскачет. Рано паникуешь. Ты сейчас не способна повлиять на ситуацию. Не посылай негативные флюиды своих страданий членам совета, — перечислил он всевозможные аргументы и улыбнулся. — Когда мы пообедаем?

— Мы же обедаем, — пожала плечами я.

— Ты же давно знаешь этот город. Уверен, тебе есть что мне подсказать, — попросил он.

— Джексин, уверенна, что это тебе есть, что мне показать, — парировала я.

— Как захочешь, — коварно улыбнулся он.

— Я не знаю! Если честно, сегодня я просто не в состоянии. А завтра начинается практика. И я не знаю, что будет со мной завтра.

— Давай я тебя заберу и увезу, — предложил он то ли в шутку то ли всерьез.

— Куда?

— Это неважно.

— Важно все! И я не могу все бросить.

— Это гораздо легче, чем ты думаешь. Хотя в первый раз всегда тяжело, — похоже, он знал о чем говорил.

— Ты это уже делал? Сколько? Раз? Два? Три? Четыре? — именно на этой цифре он опустил глаза, и я неожиданно спросила: — Получилось?

— Что? — встрепенулся он.

— Убежать от проблем? Ты же вроде поднял руку, что предпочитаешь сражаться.

— Смотря от каких. В большей степени да. В новых условиях можно делать новые ошибки, — оптимистично заявил парень.

— А как же старые?

— Случается. Но уже не так интересно. Так, когда пообедаем?

— Какой же ты упрямый. Давай я напишу когда смогу разобраться в своей жизни, — последние слова я произнесла совсем тихо, скорее для себя.

— Звучит как никогда. Какая же ты упрямая! Пошли уже! — вернули мне характеристику и разрешили рвануть к Залу Советов. Мы пришли как раз вовремя. Члены Совета выходили из зала. Кееву шагал своей размашистой походкой одним из последних.

— Поздравляю, Агния! Твою практику приняли. Ты совершила невозможное. Никто еще так быстро не находил практику в нашем университете кроме детей глав корпораций. Наверное, давно с ними вела переговоры. Надо было предупредить меня. Документы тебе отправит Лейеван через два омута.

— Спасибо! Лэр Кееву, я еле сдержалась чтобы не запрыгать от счастья. Неужели Великий Жрец услышал мои молитвы?! Стоило всем преподавателям уйти, как я все-таки запрыгала от счастья, развернулась к Джексину. Мое счастье отражалась в его глазах. Он сгреб меня в объятия и закружил по комнате. Как говорила Кларисса: «Если кто-то разделяет с тобой горе, то оно уменьшается вдвое. А если кто-то разделяет с тобой счастье, то оно увеличивается вчетверо».

— Тс, сейчас закружится голова! — постаралась я остановить свою карусель.

— Иногда она тебе только мешает, поверь мне, — не разделил мои опасения Джексин, но прекратил кружиться. Мы стояли, смотря друг на друга близко как никогда раньше. В зелени его глаз промелькнуло что-то серьезное, а потом зрачки слегка расширились. Это становилось все менее похоже на дружеские объятия.

— Меня пора отпустить! — напомнила я.

— Можно, — кивнул он, — Но не хочется.

Я посерьезнела и нахмурилась. Он нехотя разжал руки. Нет уж, никаких обедов. Он мне нравился. Балбес с теплым сердцем. Лучше друга не придумаешь. Но у меня были обязательства перед Леором. И не только это. Испугавшись этой странной ситуации, я развернулась чтобы уйти. Но потом вспомнила, о встрече со Звеном. Она была уже не актуальна. И опасна. Я вернулась к Джексину. Надеюсь, он поймет.