Практика выбора (СИ) - Панова Дарья - Страница 34

— Акор! Я рада хорошим новостям.

Молодой гериотрианец с чемоданчиком повел меня в кабинет директора. Сначала меня обследовали специальным прибором. На браслет Леора он слегка пропищал. Любопытно, похоже это не просто украшение. А вот в районе шеи он замигал и выдал целый спектр электромагнитных излучений.

— Что у вас тут? Показывайте! — удивился парень. Я нехотя растегнула несколько пуговиц и достала кулон. Прибор чуть не взвыл.

— Это мое украшение, — твердо сказала я.

— Это не просто безделушка. Оставьте нам. Мы в отделе разберемся, — серьезно сказал Кай.

— Нет, это подарок. — расставаться с кулоном у меня не было никакого желания.

— Это может повлиять на работу приборов, — возразил он.

— Бросьте! Я же вижу, что у кулона совершенно другой диапазон частот и тип излучения, — раздраженно сказала я. Всех бесит, когда вас откоровенно пытаются надуть.

— И откуда ты такая умная? — ухмыльнулся младший следователь.

— Академия, — ответила я.

— Хм, ладно, смотри тогда, это аудио и видепередатчики плюс датчики твоего состояния. Они работают немного на другой волне. Но я хочу перестраховаться. Давай прикинем, как их разместить на тебе. Дальше совместная работа пошла легко. И я вышла из кабинета, обвешанная приборами, как елка шишками.

— Может быть, мне какое-нибудь оружие, раз все так серьезно? — попросила я. Вряд ли бы я им воспользовалась, но уверенности мне оно точно бы придало.

— Не положено. Ведите себя как обычно, — отчеканил Вэскин.

— Может, хотя бы скажете чего или кого ждать? И что делать в экстренной ситуации? — не удержалась я.

— Агния, мы сами точно не знаем, но что-то будет, — признался Адам, за что получил от главного следователя гневный взгляд.

— Ладно, — вздохнула я и вышла за дверь. Количество экранов в приемной говорило о том, что фиксируется каждый мой шаг. Но записи об отравлении Горэга так и не удалось восстановить. И это не могло быть случайностью. Значит, преступники могут конторлировать камеры. Что же еще они могут? Попасть в лаборантскую можно было только из кабинета естественных наук. Интересно, мне надо стучаться или не надо? Решив, что по статусу все-таки не положено, я открыла двеь и вошла.

— Надеюсь, теперь вы прекрасно осознаете, что такое правило безопасности в моем кабинете. И химия — это величайшая наука, способная на все. — распекал учеников Жэсмин. Ну теперь они осторожнее будут относиться к препаратам. Кабинет убирался частично вручную. Роботы-пылесосы идеально собирали мельчайшие частицы. Но те вместе давали интересные реакции. После пятого робота, который взорвался и оставил после себя желтый дым, пришлось нанять уборщицу со знаниями основ химии. Что было очень сложной задачей. При звуке двери учитель обернулся, и увидев меня, явно обрадовался. — Акор, Агния! А я уже забеспокоился. Проходи, детка, проходи.

Я прошмыгнула в лаборантскую. И наконец-то спокойно выдохнула. Я обожала тишину лабароторий. Следующий омут я провела с наслаждением разбираясь в препаратах, составляя план исследований. Надежда, что так и проведу весь день все крепла. Все испортило сообщение на мирон: «Агния, выходи и погуляй. Вэскин». Главного следователя не проигнорируешь. Он найдет способ добиться подчинения. Я закончила нужный список и в задумчивости подошла к окну. Вставки из цветных стекол раскрашивали серые дома и такое же небо над ними. Я теребила кулон и готовилась к выходу. В конце концов, мне нечего бояться. Им всего лишь нужен тот, кто приблизится ко мне, и все под контролем. «Какая ирония судьбы, — подумала я, — экспериментатор стал испытуемым.» Я не зря напрашивалась к профессору Лоле, который ввел ряд экспериментов, где предполагалось сотрудничество и взаимодействие биообразцов и исследователя. Еще одно сообщение на мирон: «Агния, вперед. Мы контролируем.» Мне ничего не оставалось другого, как покинуть стены лаборатории.

Заканчивалась большая перемена, но гул в школьном улее и не думал стихать. Я решила изображать приманку с самого логичного места и отправилась в столовую. Аппарат на кухне признал во мне преподавателя и показал расширенное меню, включая бодрящие и успокаивающие напитки. Хорошенько покопавшись, я наконец-то узнала тайну преподавателей. Всю учебу нам было прелюбопытно на какие шестнадцать пунктов отличается меню учеников и профессоров. Теперь-то я ее разгадала: мне в статусе учителя было доступно суперострое мясо, неимоверно вредные сладости и целый ряд напитков, оказывающих значительное влияние на центральную нервную систему: от сильно успокаювающих до сильно бодрящих. Какие только предположения мы не строили в детстве, делая ставки на алкоголь и экзотические блюда. Все оказалось гораздо проще. Я выбрала незнакомый мне купаж и стандартный обед тип Е. Именно его я заказывала чаще всего. Забавно и пародоксально, мы стремимся иметь большую свободу выбора в нашей жизни и при этом предпочитаем повторять одно и то же.

Я села за стол и принялась за обед. В Академии я старалась экономить в столовой. Здесь же питание входило в пакет сотрудников. Должны же быть у меня какие-то свои маленькие радости. Рядом со мной припарковался еще один поднос. Подняв глаза, я увидела Алисенну.

— Акор, Алисенна! — я была рада старой знакомой мамы. Сейчас хотя бы узнаю, что было, что есть и что будет. Алисенна вовсе не являлась гадалкой, но информация каким-то невероятным образом стекалась к ней отовсюду. Она все про всех знала. По крайней мере, три варианта биографии про каждого с нюансами и дополнениями.

— Акор, девочка моя! Я с тобой посижу! Ну и в мясорубку ты попала! Как же так! — женщина искренне причитала, успев при этом усесться и приступить к обеду.

— Надеюсь, следствие разберется! — осторожно ответила я.

— Ага, как же! Надо же! Отобрали у меня кабинет! Нет ну какая наглость! Это место мое уже не один квадр. А меня переместили в отдел с бухгалтерией. И как мне там работать? Девочки, конечно, неплохие там! Но мне там не место! — уверенно закончила женщина свою тираду.

— Алисенна, это временно! Думаю, все скоро решится, — попробовала успокоить я разошедшуюся секретаршу.

— Ты что-то знаешь? — ухватилась она за мои слова словно клещ.

— Нет, столько же сколько и вы. Жду результатов следствия, — дала я задний ход.

— Странная история! Непонятно, как отравился Горэг! Вроде недавно появился, а уже успел многим насолить: к девчонком приставал, малышей обижал. И вообще вел себя как король. Сколотил возле себя банду. А наш психолог сначала болел, потом отпуск учебный себе оформил. Ой, как не вовремя. Вот ситуация и вышла из-под контроля. Я конечно знала, что Горэг скоро получит, но не думала, что настолько серьезно. Это ж кому он дорогу перешел? — просвещала меня Алисенна.

— А что директор? — отважилась спросить я. И только потом спохватилась, вспомнив про кучу датчиков на мне.

— А что директор? Он новый. Вроде грамотный и обязательный, вежливый, осторожный. Он этого Горэга регулярно к себе вызывал на профилактические беседы. Да без толку. Я даже в личное дело его залезла. Да родители засекречены. Значит, так просто на этого нахала не повлиять и не избавиться. Ты мне скажи, это правда, что он и к тебе пристать успел? — попыталась подловить меня Алисенна. Ну что тут скажешь?!

— У меня был небольшой конфликт. Он меня перепутал со старшеклассницей. — призналась я. Все равно она рано или поздно узнает.

— Какой кошмар! Совсем молодежь обнаглела. Это нельзя так просто оставлять. Вот пусть только появится. Я с ним так поговорю так, что пожалеет, что в эту школу попал. — возмутилась женщина.

— Спасибо за поддержку, — поблагодарила я.

— Ну а как иначе? Я тебя помню вот такой малышкой, — и Алисенна показала рукой на уровень стола.

— А я Вас помню точно такой же. Мне кажется, Вы ничуть не изменились, — сделала комплимент я.

— Весь секрет молодости моя дорогая, это быть рядом с детьми, — прошептала она.

— А мама говорит, что это обеспечивает преждевременную седину, — с улыбкой ответила я.