Практика выбора (СИ) - Панова Дарья - Страница 11

— Акор, лэрин Агния!

— Акор, лэр Кееву! Я бы хотела с вами обсудить мою практику.

— Я надеялся, что тебе повезет, девочка! Хорошо, на главном перерыве я буду на кафедре.

— Спасибо!

— Акор, лэр Кееву! Я Джексин Сомерсет, — встрял мой партнер по ловле главы.

— Акор! Я видел ваши документы и хотел пообщаться лично. Вы уверенны в своей специализации? Вам придется много нагонять. — тон главы стал сухим и официальным.

— Да, лэр!

Хорошо, приходите с Агнией на перерыве. А сейчас мне пора. — мы расступились, пропуская эронца в официальном костюме ярко-фиолетового цвета, а затем припустили к лифту. Впереди были лекции по законодательству и основам безопасности исследований. У Джексина оказалось прекрасное чувство юмора и огромный багаж историй. Я даже смогла отвлечься и не так волноваться по поводу разговора с Кееву и встрече с Леором после занятий. С этим парнем было легко. Я познакомила его с частью других студентов нашей группы. Напрягало только ощущение, что он легко мог задавать довольно личные и некорректные вопросы. Например, он несколько раз пытался выяснить, что я хочу от главы кафедры. Рассказывать свою длинную историю и о проблемах с практикой в первый же день знакомства я не хотела. Я привыкла держать большую дистанцию в общении. Сегодня мы узнали о допустимом коэффициенте страданий биообразцов у профессора с юридической кафедры, и о том, что бывает, если не соблюдать инструкции при проведении исследований. Учитывая, что профессор Гораску с одной рукой и частично обожженной кожей читал основы безопасности, то его вид для большинства был эффективнее ста предупреждений.

По пути к главе кафедры я предусмотрительно предложила купить перекусить в автомате. Я совсем не была уверенна, что успеем в столовую. Джексин пытался настоять сначала обстоятельно пообедать. Мне встреча была важнее. В общем, он меня не бросил и поплелся за мной. Как я и ожидала, Кееву еще пришлось подождать в приемной. Слава Великому жрецу, недолго. Он влетел в кабинет. Махнул мне рукой первой.

Я вошла в его кабинет. Бумаги, запоминающие устройства, пестрые амулеты с цветными стеклышками и перьями были разбросаны по комнате. Ряд шкафов с папками нависал над этим цветным хаосом. Кееву плюхнулся в кресло.

— Излагай.

— Мне отказали в четырех собеседованиях по практике.

— Да, и?

— Я хочу устроиться лаборантом в школу. Примет ли такую практику Академия?

— Ничего себе идея.

— Даже если мне дать минимум балов за практику, учитывая мои высокие учебные балы, я могу быть допущена к обучению на следующий уровень.

— Ты же понимаешь, Школа — совсем не уровень Академии, но у тебя специфическая ситуация. Попробуй найти что-то еще, пусть это будет на совсем крайний-крайний случай. На Совете я буду на твоей стороне, но гарантировать положительное решение не могу. — увидев, как я поникла, — Шанс есть.

— И еще, — я опустила глаза в пол, — Если у меня не выйдет с практикой, я бы хотела взять отпуск на квадрарон.

— Возможно, но либо тебе придется его оплачивать, либо ты потеряешь стипендию.

— Сколько? — испугалась я.

— Уточни в ведомстве счетов. Приготовь тогда заявление об отпуске заранее, а то можешь пролететь везде. Это все, что я могу для тебя сделать.

— Спасибо! — я развернулась и чуть не в слезах направилась к двери. Надежда таяла на глазах, но обещала не умирать окончательно. Навстречу мне подался Джексин:

— Агния, ты в порядке? Что случилось?

— Все в порядке. Все не так плохо. Извини, я тебя не дождусь. Мы будем в разных лабораториях. Твоя на уровне 18, аудитория В.

— Подожди меня, — попросил парень. Я отрицательно покачала головой и направилась к двери.

— Лэр Джексин, вас ожидает лэр Кееву, — голос секретаря остановил растерянного парня, последовавшего за мной. Ему пришлось вернуться. А я направилась в туалет. Смахнув слезы, побрызгав водой на лицо, помассировав уши и похлопав себя по щекам, я устроила себе срочную реабилитацию. Я торопилась на 16 уровень в лабораторию, когда столкнулась с Креаной. Та боролась за первые места и считала меня своей соперницей. Для меня это было странно. Моя цель была — высшие балы. Цель Креаны — выше, чем у других.

— Акор, Агния! Поздравь меня! Я получила три предложения от корпораций.

— Поздравляю, — выдавила я и сглотнула. Она всегда любила находить самые больные места и с удовольствием бить по ним.

— А ты чем похвастаешь?

— Извини, я спешу, — я попробовала обойти ее, но наши взгляды встретились.

— И парня отдай!

— Какого парня? — опешила я.

Ха! Просидела рядом с ним три лекции и даже не заметила. Неудивительно, что у тебя проблемы. Мне нравятся блондины, а тебе сосед скоро не понадобится, потому что не будет у тебя своего места. Бедняжка Агния. — притворно вздохнула Креана и убрала ногу. Боя не будет, это хорошо. И зачем я себя успокаивала? Колючки от злючки и я на грани срыва у обрыва. Я побежала. Надо же было избавиться от адреналина в крови, а это лучший способ. В лаборатории я выпила три стакана воды и сосредоточилась на задаче. Я любила исследования и эксперименты. К тому же с каждым курсом нам давали все больше свободы действий и самостоятельности. В лаборатории я провозилась прилично. Большинство уже закончили и ушли. Мне пришлось повозиться с данными. Когда я взглянула на часы, было уже десять минсин шестого.

Глава 6

Все хотели бы хорошо провести время,

но время не проведешь.

Всё, от чего ты бежишь, находится в твоей голове

Несмотря на попутный ветер в виде удачно подвернувшегося транспорта, я опоздала. Коря себя за то, что засиделась в лаборатории, я вышла на остановке «Лоскано». Огромный развлекательный центр представлял собой эклектику в высшей степени снаружи и внутри. Внешне можно заметить зеленые террасы, разноцветные объемные кубы, белые шары, маленькие и большие объемные трапеции. Все это соединялось сетью переходов, напоминавшими трубочки в стакане с коктейлем. Может, он вообще не приедет? Я набрала на мироне номер Леора. У него был выставлен режим ожидания. Ну и что мне теперь делать? Не успела я положить устройство в карман, как раздался звонок.

— Акор, Агния! — от того как мужчина это сказал, у меня мурашки побежали по телу.

— Акор! — выдавила из себя я.

— Я только подъехал. Подходи к зеленому входу.

— Хорошо. — я подняла голову и посмотрела на уровни торгового центра. «Лоскано» казался веселым и необычным. Но в природе никогда не возникало и не возникнет такой дисгармонии. Только совершенное может создать совершенство. А мы, хотя и считаем себя вершиной развития, далеки даже от гармонии красок, чувств, форм. Моменты созидания чего-то стоящего возносят нас на вершину экстаза, и мы получаем место в ряду гениев. А для вселенной — это норма быть, творить, дышать совершенством. Что я тут делаю? Я просто хочу в свою лабораторию. Ладно, надо все-таки попробовать быть нормальной и не бегать от жизни, в чем регулярно обвиняла меня подруга. Я сделала шаг к входу с трудом как-будто в новую жизнь. Как всегда повторяет Клара: «Если вы что-то боитесь сделать, то это как раз и есть то, что вам необходимо сделать в первую очередь.»

Красивый высокий приорец стоял уже там. Леор ждал именно меня. Было в этом что-то волнительное и приятное. Я улыбнулась. Мою улыбку поймали и вернули. Первый шаг навстречу сделал мужчина.

— Акор! — еще раз поприветствовала я.

— Акор! Куда ты хочешь?

Меня взяли за руку, как будто это так и должно быть, и мы направились внутрь. У него холодные руки, жёсткая хватка и нежная кожа.

— Я бы хотела на зеленую террасу.

— Хм, оригинальный выбор. — приорец уверенно повел к карте. Мгновение на поиск маршрута, и мы уже идем к нужному лифту. Большая кабинка открылась, навстречу хлынула волна пассажиров. Мы вошли внутрь, и я оказалась лицом к зеркальной стене. Леор отпустил мою руку и встал за спиной. Близко, но соблюдая приличия. Я смотрела на нас в зеркало. Высокий брюнет и хрупкая блондинка с пепельными волосами. Наверное, это чисто по-женски оценивать как мы смотримся вместе. А вот взгляд мужчины был совершенно иным: пристальным, изучающим. Я почувствовала себя эйркрузом, у которого провели поверхностный осмотр, отнесли к категории и назначали цену. Решение еще не приняли. И было что-то еще в его взгляде. Глухая тоска, спрятавшаяся за стальным одиночеством. Отрицание, одевшееся в броню цинизма.