Верный рыцарь - Нейл Долли - Страница 29

Элмер всегда ездил очень осторожно, и, свернув к дому, Глэдис знала, что оставила его позади. Она успеет скрыться — в доме преследования не получится. Но, не проехав и половины подъездной аллеи, она увидела машину Элмера, которая быстро догоняла ее. Не успела она открыть дверцу, как Элмер уже был рядом, он буквально выволок ее наружу.

— Сумасшедшая! — прорычал он, побелев от гнева. — Четыре раза — на грани смерти! Чудо, что ты еще жива!

— Не имею ни малейшего желания разговаривать с тобой, — отозвалась Глэдис слабым голоском. Разыгрывать гордую женщину было нелегко: дрожали ноги, и не только от близости Элмера. Безумная гонка страшно напугала Глэдис. Она, должно быть, и вправду сошла с ума. И самое обидное, что все напрасно!

— Для этого было бы достаточно не открывать рта, а не нестись сломя голову! — перебил он.

Я и без тебя это знаю! — раздраженно подумала Глэдис и, бросив сердитый взгляд, направилась к входной двери.

— До свидания, — холодно произнесла она, но Элмер схватил ее за руку и развернул лицом к себе.

— Нет, ты так легко не отделаешься! — с угрозой проговорил он. — Чуть не довела меня до сердечного приступа, а теперь собираешься ускользнуть? Мне нужно с тобой поговорить.

— Нам нечего сказать друг другу, — отозвалась Глэдис прерывающимся голосом. — Но я… я знаю, что должна просить прощения. Я так долго была несправедлива к тебе, вела себя, как глупая школьница. У меня даже не нашлось мужества, чтобы все выяснить. Прости меня, Элмер. И это все, что я могу тебе сказать.

— Неужели? — осведомился он. — Думаешь, нескольких формальных фраз достаточно, чтобы расставить все по местам? Значит, я мчался за тобой с риском для жизни, чтобы выслушать эту маленькую речь?

— Тогда для чего? — пробормотала Глэдис с несчастным видом. — Теперь ты здесь совсем не бываешь… Отца видишь на работе. Какое отношение ко всему этому имею я?

— Ты считаешь, что не имеешь ко мне никакого отношения? — Взгляд был таким пристальным, что Глэдис отвела глаза, не в силах его вынести.

— Теперь нет. У тебя своя жизнь, у меня своя. Рада, что с квартирой все вышло удачно. Я все-таки смогла хоть что-то для тебя сделать. Если твоя… твоя знакомая захочет поручить мне еще что-нибудь, пожалуйста, пусть позвонит.

Пальцы, стиснувшие ее руку, разжались, и Глэдис представилась еще одна попытка спастись бегством.

— Глэдис! — произнес он глухим голосом, но она не ответила. Просто не смогла произнести ни слова, но, когда он снова взял ее за руку и прижал к себе, стала вырываться. Ощущение тепла и силы, исходившее от его тела, было невыносимо. Неужели он способен даже теперь прикасаться к ней с такой нежностью. Его гнев она бы выдержала, но сочувствие — никогда.

— Пусти меня, — попросила она жалобно. — У тебя своя жизнь, и для меня в ней нет места. Так не старайся удержать…

Но он только крепче прижал ее к себе.

— Глэдис, — проговорил он, касаясь губами ее волос. — Глэдис, прости меня.

— Простить тебя? Мне нечего тебе прощать. Это ты должен простить меня. Ты всю жизнь заботился обо мне, а я…

— Заботился, потому что любил тебя, — отозвался он дрогнувшим голосом, повернул ее к себе и стоял неподвижно, погрузив лицо в пушистые волосы. — Хотел, чтобы ты сама поняла, каково мне было. Хотел, чтобы тебе тоже пришлось ждать. Но я и подумать не мог, что причиняю тебе такую боль, что ты готова рисковать жизнью, лишь бы не видеть меня!

— Если хочешь, я встречусь с этой женщиной… Она скажет, что еще нужно сделать, — с трудом проговорила Глэдис, изо всех сил борясь с желанием прижаться к нему.

— Пусть только кто-то посмеет к чему-нибудь там прикоснуться! — с яростью отозвался Элмер. — Живым ему не уйти! Ты сделала это только для меня, и я ничего не позволю там изменить!

— Но Клара сказала…

— У меня нет никакой другой женщины, мой ангел, — тихо проговорил Элмер. — Знаю, что тебе сказала Клара. Больше ей никогда не удастся причинить тебе боль.

Он погрузил пальцы в ее волосы.

— Ни одна женщина, кроме тебя, не переступала порог моей квартиры. И не переступит. — Он виновато улыбнулся. — Мне так и не удалось забыть тебя, — признался он. — Я пытался, но ты стала мне слишком родной.

Глэдис недоверчиво подняла глаза, и он беспомощно пожал плечами.

— Только не говори, что в моей жизни для тебя нет места, — прошептал он. — У меня нет другой жизни, и никогда не было. И мне не нужно никакой другой. Если я не с тобой, то где я?

— Элмер!

Слезы брызнули из ее глаз, он смахнул их и стал целовать ее веки.

— Любимая моя! — нежно прошептал он, и Глэдис крепко обняла его за шею, поддавшись наконец безумному желанию прильнуть к нему. Он тихо отстранился и смотрел улыбающимися серыми глазами.

— Не оставляй меня больше! — проговорила она прерывающимся голосом, и он снова прижал ее к себе.

— Я всегда был с тобой, — напомнил он ей. — Потому что не могу без тебя жить.

Он вздохнул и повел ее к двери.

— Придется войти. Что толку стоять здесь и смотреть друг на друга? Как жалко, что я уже не живу в сторожке. Там мы могли бы хоть немного побыть вдвоем.

Глэдис прекрасно понимала это. Как ей хотелось быть с ним вдвоем. Слишком о многом надо поговорить, слишком многое объяснить друг другу. Но как только они войдут в дом, отец начнет говорить с ним о делах.

Фрэнк как раз проходил через холл и на секунду остановился, удивленный их встрепанным видом.

— Что это с вами? — поинтересовался он.

Элмер расхохотался.

— Ничего особенного. Простое столкновение и небольшой разговор.

— А, понятно. Элмер, пойдем ко мне в кабинет. Относительно этой последней сделки я вдруг понял, что…

— Фрэнк, подожди, пожалуйста, — твердым голосом перебил Элмер, направляясь в гостиную и все еще держа Глэдис за руку. Отец последовал за ними. — Я должен тебе кое-что сказать.

Глэдис взглянула на отца, который подчинился без возражений, но с любопытством. Глэдис и сама была в замешательстве. Элмер крепко держал ее за запястье, как будто боясь, что она сбежит при первой же возможности. На самом деле никакая сила не заставила бы ее сейчас это сделать. Внутри все пело, никогда в жизни она не была так счастлива. Когда они вошли в гостиную, Элмер, плотно прикрыв дверь, повернулся к отцу.

— Фрэнк, — быстро произнес он, — я собираюсь жениться на Глэдис. Я не прошу у тебя ее руки, потому что, если ты скажешь «нет», просто сойду с ума. Я долго ждал, и больше ждать не намерен. Как только все устроится, ты поведешь дочь к алтарю, а я приму ее. И не спорь, потому что я ничего не хочу слышать!

Сердце Глэдис замерло от счастья, а отец посмотрел на нее и рассмеялся.

— Интересно, кто спорит? — осведомился он. — Мне достаточно и одного взгляда. Единственное, чего я не понимаю, почему ты не сделал ей предложение несколько лет назад.

— Я тоже этого не понимаю, — мрачно отозвался Элмер и с видом собственника обнял Глэдис. — Видимо, мудрость приходит с годами.

— Как-то долго она шла к тебе, — проговорил Фрэнк с иронией. — Ну что ж, у нас будет о чем поговорить за ужином.

— Скажу миссис… чтобы поставила еще один прибор, — проговорила Глэдис слабым голосом. Элмер усмехнулся, глядя сверху вниз и поглаживая ее ладонь большим пальцем. Глэдис просто изнемогала от сладостных ощущений. И он это прекрасно понимал!

— Миссис Джонс, — напомнил отец, когда она наконец вырвалась и побежала на кухню. — Разве трудно запомнить?

Глэдис кивнула, стараясь не смотреть на Элмера. Щеки ее пылали, а сердце колотилось сильно-сильно. За последние полчаса жизнь ее совершенно изменилась! Элмер любит ее! Он всегда любил ее, а теперь хочет жениться!

Она влетела в кухню, быстро дала указания новой экономке и побежала обратно. Было невыносимо расстаться с ним даже на минуту.

— Останешься переночевать? — спросил Фрэнк, когда миссис Джонс подала ужин, и Элмер взглянул на Глэдис. На ее лице появилось умоляющее выражение.

— Готов на все, чтобы подольше побыть рядом, — сказал он, пожирая глазами Глэдис. И Фрэнк распорядился, чтобы приготовили комнату, в которой всегда останавливался Элмер.