Волшебство с ведьминым настроением (СИ) - Алексина Наталья - Страница 62

Следующие несколько дней прошли в тишине, а затем Эскель для поддержания интереса опять пригласил меня в кофейню. Но я решила сделать всё по-своему. Прогуляться, а заодно купить то, что мне было необходимо для приготовления хлеба и пирогов с пряным мясом. Бездельничать, только ради правильных слухов не было никакого желания. Тем более, мне совершенно не нравилось, что нам приходилось держаться за руки. Да и каждый раз, когда Эскель целовал пальцы, приходилось прилагать усилия, чтобы не вырвать из его хватки. Правда, когда он увлёкся и слишком рьяно меня приобнял, облобызав руку, его чем-то как будто ударило. Камень, подаренный Джеймсом, потеплел на моём запястье, а Эскель, наконец, очнулся и опять предложил локоть.

И вечером мы степенно шли под руку от лавки к лавке и мирно разговаривали о погоде. Наше шествие напоминало прогулки влюбленных времён молодости моей матушки и заставляло скрежетать зубами. Про себя я решила, что это будет последний раз. Хватит. Невозможно так медленно передвигаться. Да и разговор откровенно не клеился. Пристал, почему, да почему меня все зовут Маришей, якобы какое же это сокращение от имени. Вот Мари, понимаешь ли, подходит больше, а уж полное имя у меня, как оказалось, вообще, сказочной красоты. Я ему честно сказала, что чем безобиднее имя у ведьмы, тем она опаснее, но мне не поверили. Признаваться, что меня так звали сестрички, не собиралась, это было очень личное. Когда я от них уехала то очень скучала, вот и представлялась всем Маришей. И, вообще, мне-то нравится!

Лавки постепенно закрывались на ночь, а мы ещё не дошли до специй. Мучительно шагая в ногу с Эскелем, думала о, своей глупости. Зачем было соглашаться? Билл, всё-таки был прав, я слишком добрая для ведьмы.

В лавке, к которой мы шли, начали закрывать ставни. И больше не думая о приличиях, я потащила Эскеля к ней. Эта лавка стояла ближе всех к нашему дому и, при желании сюда можно было наведаться утром. Но медлительность спутника, и, можно сказать, впустую потраченный вечер подгоняли меня вперёд. Раздражение скрывать уже не было смысла, и я выдернула руку, которую успокаивающе накрыл ладонью на своем локте Эскель. Не добавило настроение и то, что в конце улицы к нашей калитке свернули двое.

Замечательно. Госпожа Блакли ушла к целителю, меня уже увидел продавец специй и ждал, а в нашу ведьминскую лавку пришли покупатели. Но не побежишь же к ним, когда тебя с такой улыбкой ждут.

— Мариам, всё в порядке? — учтиво блеклый тон Эскеля окончательно вывел из себя.

— Нет, мы движемся, как черепахи. Из-за чего чуть не опоздали со специями, а покупатели, которые свернули к нашей лавке сейчас уйдут.

— Простите. Я могу попросить, чтобы они вас дождались, — немного обиженно проговорил Эскель.

— Да, так и сделаем. Сейчас, — на ходу сняла перчатку со своей руки, потом с его, чем вызвала такую смесь удивления и смущения, что закрадывалось подозрение, будто рука у него особо чувствительное место. — Теперь вы можете открыть дверь в лавку. Прикладываете руку, говорите от Мариши и заходите. И не забудьте пригласить покупателей, чтоб не мерзли.

Последние слова я говорила, забегая в лавку специй. Лавочник уже успел накрыть витрины и завязать мешочки. При этом горела у него лишь одна совершенно обычная свеча. С таким тусклым светом просто развязать холщевые мешки стало проблемой. В итоге, как я не спешила, всё равно, сильно задержалась.

К своей лавке почти бежала, хотя и понимала, что покупатели, скорее всего, ушли. Зато остался Эскель. Конечно, посетители меня мало волновали, двумя больше, двумя меньше. Но видя, что к нам заходят, пока я занимаюсь неизвестно чем, закипела. Так что теперь была отчаянно злой и запыхавшейся.

— Эскель, сегодня был последний раз, когда мы это разыгрываем, — громко проговорила и замерла на пороге под прицелом поблескивающих глаз.

— Твой кавалер, любезно пригласил нас внутрь. Добрый вечер, Мариша, — Джеймс стоял, облокотившись на прилавок, небритый, с ввалившимися щеками и выражением смертельной скуки на лице.

— Джеймс, — я шагнула вперёд.

— Мариша, я вообще не понял. Кто он такой? И почему какой-то мужчина распоряжается в твоей лавке, объясни!

— Билл?

— Сбавьте тон, молодой человек, — подал голос Эскель. — Вы заявляетесь, оскорбляете своим тоном меня, Мариам, и требуете объяснений, хотя не изволили даже представиться. Потрудитесь извиниться.

— Мариша? — Билл в недоумении смотрел на меня. — Кто он тебе?

— Если вам интересно, я её друг и не позволю так разговаривать с девушкой в моём присутствии.

— И что же ты сделаешь? — я в недоумении посмотрела на спорящих мужчин, хотя с радостью бы смотрела только в поблескивающие глаза. — Бой на мечах? Пожалуйста, идём.

— Билл, остынь, — маг устало выпрямился и обратился к Эскелю. — Джеймс Скэнмор, боевой маг, а это Билл Стечер, с кем имеем честь?

— Это Эскель, новый градоначальник, Эскель Донохи, — за него ответила я и, больше не обращая ни на кого внимания, подбежала и обняла своего мага.

Его руки сразу притянули меня к себе.

— Я скучал, — по голосу было понятно, что он улыбается.

— Мариша? — я обернулась к заговорившему Биллу. — Всё-таки он? Вот он, который старше почти вдвое? Маг и аристократ с непонятными намерениями? Ты хоть понимаешь, что делаешь? Кому ты будешь нужна после него?

Руки Джеймса напряглись, но его голос прозвучал очень спокойно.

— После меня никого не будет, потому что этого после тоже не будет. А тебе лучше уйти, пока я не предложил тот самый бой на мечах, о котором ты, видимо, мечтаешь.

— Мариша? Ты, правда…с ним?

С улыбкой пожала плечами и крепче обняла Джеймса. Столько злости было во взгляде Билла, что стало страшно. Он стоял и бессильно сжимал кулаки тоже уставший и пыльный с дороги. Смотрел, как будто хотел сделать во мне дырку, потом перевёл взгляд на Джеймса и сжал губы в тонкую линию. Казалось, сейчас он бросится на нас с кулаками, но прошло несколько долгих секунд, и он выдохся. Вылетел, громко хлопнув дверью.

— Не знаю, почему он рассчитывал на другой ответ, — сказала Джеймсу, который погладил по щеке и легко поцеловал. — Я ему говорила, чтобы не приезжал.

Меня опять поцеловали.

— Почему ты так смотришь? Как на редкую и забавную зверушку? — спросила с подозрением, а Джеймс усмехнулся.

— Я любуюсь, глупая, — и опять поцелуй. — Безумно скучал.

И снова поцелуй. Сзади послышался шорох.

— Пожалуй, я пойду, — у порога переминался Эскель, он бросил на меня полной тоски взгляд и, немного склонив голову, вышел.

— И когда только ты успела?

— Что?

— Разбить сердце новому градоначальнику. Тебя опасно оставлять одну, — он опять легко поцеловал и замер, крепко притянув к себе.

— Ты преувеличиваешь, он всего лишь притворялся, чтобы от него отстали наши девушки, — маг хмыкнул, но промолчал. — Давай, я тебе восстанавливающий чай заварю, ты выглядишь жутко, как будто сутки не спал.

— Чуть больше.

— Так что же ты молчал, пошли на кухню, — я постаралась отойти от него, но меня не пустили.

— Постой так ещё немного, — он начал медленно гладить мои волосы.

Мы стояли и почти не шевелились, он мерно дышал, а я украдкой ощупывала его — не ранен, и настоящий. Улыбка бессовестно не уходила с моего лица.

— А ты знал, что тебя одобрила моя старуха?

— Не может быть. Не Билла, такого милого мальчика, а меня старого и злого?

— Она назвала тебя «наш маг»… И ничего ты не старый. А Билла, она и не знала почти. Да и что Билл, я вообще не понимаю, как и когда он умудрился так влюбиться. И сдаётся мне это просто блажь и юношеский максимализм. Вот эту девушку мне надо, и всё тут, а почему так и что там за человек его мало волнует, он даже за ведьму меня не принимал, — в голосе невольно проскользнула обида.

— Какие взрослые речи, — с еле заметной улыбкой произнёс Джеймс и опять погладил по щеке. — Мариша, очень просто влюбиться в красивую и смелую девушку. Не нужно искать в этом скрытые смыслы.