Волшебство с ведьминым настроением (СИ) - Алексина Наталья - Страница 28

— Синяки на плече не прошли, — он приостановился, но не обернулся. — Озеро все же оказалось не целебным? Зря к нему бежали вперёд ведьмы?

— Это Голубое озеро, оно восполняет силы и помогает путникам быстрее восстановиться, но не лечит, — через плечо вполне дружелюбно сообщил маг. — Обычно его очень сложно найти, хотя многие пытаются. И для ведьмы ты на удивление мало знаешь о месте, куда сама меня привела. Тот, кто первый из путников погружается в воду, получает разряд магического тока. Из-за силовых линий заряды собираются в глубине, и при первом контакте происходит разрядка. Мне, как магу и мужчине, это нестрашно, а для восполнения сил даже полезно, хоть и неприятно. Тебе — нет. Но теперь и ты можешь окунуться, и лучше поторопись. Тебе ещё вести нас к камню.

Вот так голый маг ткнул меня носом, причём, вполне заслуженно, в мою ведьминскую несостоятельность. Кто мешал погрузиться в лес и узнать больше, кто гнал вперёд, не разбирая дороги? Правильно, сама. Но магу на это не стоило обращать внимания, его заносчивость только разозлила. Перемирие у нас оказалось недолгим, вот о чём я думала, собирая ягоды.

Когда вернулась к озеру, главарь уже стоял в штанах и полурасстёгнутой куртке, пытаясь одной рукой завязать волосы в хвост. Больная, судя по всему, пока ещё не поднималась на нужную высоту.

— И зачем вам магия, если никакой от неё помощи? — я подошла и протянула руку, предлагая помощь. С заминкой, но маг всё же отдал мне шнурок и наклонил голову.

— Для многих вещей. Но в основном боевая магия служит для защиты или нападения.

— Угу, для защиты, нападения, — и уже тихо в сторону. — И чтобы нос задирать.

— Мариша, ты опять чем-то недовольна? — на удивление маг оказался в благодушном настроении и смотрел на меня никак на пустое место.

— Я-то? Всё тем же, идти никуда не хочу. А вот смена вашего настроения от минуты к минуте мне уже надоела.

Удивленно вскинутые брови и всё, никаких больше разговоров, лишь короткое «поторопись». И потом маг скрылся из виду за деревьями.

Наконец, подошла к чудесному и такому манящему озеру. Сначала решила поздороваться и опустила лишь кончики пальцев. Тёплая вода напомнила, как я за эти несколько дней похода замёрзла. По телу забегали мурашки, дрожь усилилась, и я поспешно начала стягивать с себя одежду. Залезла в воду по самые уши и выдохнула. Какое же это блаженство вот так сидеть в тёплой воде.

Понежилась несколько минут и опять решила поздороваться с этим чудом. Только ответа не было, озеро, как будто спало и не желало просыпаться. Такое встречалось мне впервые, вода же очень подвижна и наоборот всегда занята чем-то. Но озеро не отвечало и даже никак не показывало, что живо, как будто это была не часть леса, а что-то сотворённое человеком. Я осторожно нырнула и открыла глаза, дно в одном месте уходило в темноту и достать до него при всём желании не получилось бы. Но вот там, где я стояла на выступе, виднелись знаки. Почти такие же, что и на том белом камне. Осторожно коснулась рукой дна и замерла. Меня тянуло в какой-то водоворот эмоций. Кто-то панически кричал, природа буйствовала и бросала в меня сырые ощущения: радость, боль, просьбы о помощи, страх и что-то ещё сложно различимое на грани между предсмертными судорогами и эйфорией оттого, что скоро это закончится. Наконец я смогла сделать картинки чётче, увидела камень, опять Эстель, потом светящиеся тропинки, что вели в это место. На заднем плане маячили ещё фигуры, но воздуха стало не хватать, и я решила на время вынырнуть. Только рука что прикасалась ко дну, как будто намертво приросла. Дернулась один раз, другой, лёгкие опалило огнём, а к горлу подкатил ужас. Я билась в воде, пытаясь отодрать руку, как заводная, но в глазах начало быстро темнеть. Очень глупая смерть для ведьмы в лесу, да ещё и в озере. Не бывает же такого.

Тихо, спокойно и не больно. Обманывают те, кто рассказывает о смерти. Последняя мысль повисла и наступила тишина.

…

Мигнуло. Легкие разорвало болью, по горлу пробежал огонь и я начала кашлять. Руки сами стали молотить по воде независимо от моего желания. Я на поверхности? Глаза заливало, а голова не желала держаться. Мгновение и меня подняло из воды, как пушинку. А в следующую секунду я уже отплевывалась на берегу. Меня нещадно выворачивало, а тело сотрясала дрожь. Даже не сразу поняла, что придерживает меня маг. По локоть мокрые рукава его куртки липли к моей коже.

Все ещё откашливаясь, я бросила взгляд на озеро. Его воды были всё также спокойны, а гладь манила голубизной. Неосознанно я немного отползла от берега и уткнулась спиной в грудь мага. С новой силой начала бить дрожь.

— В озере… в озере, — пыталась объяснить магу.

— Тихо, тихо, всё хорошо.

— Там руны, — из глаз предательски потекли слёзы.

— Руны?

— Да, как и на камне, — голос сорвался и меня сильнее начало трясти. Закрыла лицо руками и тихо заплакала. Никогда не думала, что в лесу сама природа может так поступить с ведьмой. Чувствовала себя абсолютно беззащитной и слишком слабой. Раньше тоже понимала, что сил у меня нет, но была хоть какая-то отрада. С природой я была очень близка, а теперь и это оказалось неважным. Слёзы лились сквозь пальцы, лишний раз напоминая, что и сейчас я веду себя не как ведьма.

По коже прошел тёплый ветерок и меня укутали в плащ. Трясти стало меньше, но вот слёзы так и продолжали бежать. Маг крепко обнимал и гладил, говорил, про то, что всё закончилось и теперь всё хорошо. Но он ничего не понял, совсем. Что же может быть хорошего, если, как оказалось, твой единственный ведьминский талант — печь булочки?

— Мариша, а ты знаешь, у эльфов для каждого озера есть своя легенда, — вдруг сказал маг. — И, по их мнению, все озёра, это слёзы магов-творцов, или в нашем понимании, созидателей. Якобы их слёзы могут преобразоваться в волшебный источник.

— Это сколько нужно плакать, чтобы получилось озеро? — всхлипнула я.

— В Западном королевстве эльфов есть озеро «Скорби и любви», не спрашивай, почему такое название. Эльфы любят противоречия и драмы, точнее делают вид, что любят. Так вот, оно немногим больше этого и по легенде бородатый маг-творец плакал десять дней и ночей по своей возлюбленной, после чего и появилось озеро.

Я фыркнула, смешно же.

— А почему бородатый?

— По легенде он прожил двести три зимы, прежде чем узрел свою любовь, и всё это время не стриг бороду. Кстати, учитывая его возраст, видимо, он тронулся умом, так как увидел возлюбленную в образе лани, которую сам же подстрелил на охоте. Один мой знакомый эльф из дипломатов, говорит, что этот маг был очень рациональным и прежде, чем оплакивать любовь, устроил себе пир, а на каменном берегу высек «Не пропадать же целой туше». Только древнеэльфийский знают единицы и потому все считают, что там начертаны слова о любви.

— Вы знакомы с эльфом? Я думала, что оставшиеся эльфы не покидают своих земель, а сидят у себя и ходят в гости к своим собратьям, которые ещё не вымерли, — маг усмехнулся.

— В мире три эльфийских королевства, а люди всё думают, что этот народ почти вымер. Поверь, они живы, здоровы и при ближайшем рассмотрении не такие интересные, как кажется.

— Придётся верить на слово, вряд ли в наш Эстекс забредёт эльф, — я даже улыбнулась, особенно когда представила, что случится с нашими матронами, если на улицах города появится эльф. Точнее, что случится с эльфом, когда его увидят.

— Теперь забредёт, — неожиданно более серьёзно сказал маг. — С камнем и озером мы сами не разберёмся. Уверен, Эдварт обратится к дипломатической миссии Западного королевства. Как раз познакомишься с тем самым эльфом, что знает озёрные легенды.

— Вы, правда, познакомите меня с ним? — я обернулась к обнимающему меня магу и заглянула в глаза.

— Правда, — немного грустно ответил он. — Только сначала нам всё равно нужно к камню.

Я собиралась вскочить, кричать и топать ногами. Твердолобый маг совсем ничего не понимает! Только меня удержали на месте и, как бы я не трепыхалась, не отпустили. А потом, глядя в глаза, очень тихо маг сказал.