Ловушка для творца (СИ) - Вичурин Андрей Викторович - Страница 9

— Но, почему?! — не выдержал я потока загадок.

Он достал из-под прилавка солидных размеров фолиант в переплете зеленого сафьяна, раскрыл его на заранее заложенной странице, и стал декламировать. С чувством, с толком, с расстановкой:

«Не нам противиться судьбы предначертаньям,

и предназначенному сбыться суждено.

Но Сын с Отцом отменят предсказанье,

из двух — один создать им, новый Мир дано!

Ударит их предательство из завтра,

спасет любовь, вернув их во вчера!»

Он закрыл книгу, положил ее на место и, вынырнув из-под прилавка, плеснул в меня янтарем своего взгляда.

Я протестующее замахал руками:

— Ничего не понял! Какое я, имею отношение ко всем этим предсказаниям? Какая любовь вчера? У меня и сегодня с ней, ничего хорошего не наблюдается! Ну, предательство, оно всегда может приключиться — и завтра и через год, но я-то тут причем?

— Тот, кто создает миры, может позволить себе быть иногда великодушным, — не стал отвечать на мои вопросы странный Валькин папан, — вот, возьмите эту шкатулку, она понравится Вашей избраннице, я уверен.

Он поставил на прилавок утонченно — изящную, резанную из кости шкатулку, с округлыми пластинчатыми вставками, напоминающими змеиную кожу. На крышке дымчато переливались три особенно больших чешуйки, только таких огромных змей на Земле не бывает. Наверное.

— Из чего она? — спросил я, заворожено разглядывая диковинку, — Если из кости то, сколько же она стоит? У меня, наверное, не наберется столько денег. Какая красота! Или она пластиковая?

— Натуральная кость. Из Поднебесной… Не дороже денег, Вам точно по карману.

— Молодцы китайцы! Фабричная?

— Кость? М-м. К-х! Можно сказать и так. Инкубатор — тоже фабрика.

Последних слов я не расслышал, и собственнолично ляпнутую глупость мгновенно забыл, любуясь чудом азиатского дизайна. Какой-то незаметный магнетизм исходил от теплой на ощупь поверхности, порождая прилив оголтелого фетишизма.

Действительно, золото — банальщина, его-то уж точно ей надарят и без меня. Поделки из серии «сделай сам» нынче не в моде. Гаджеты… Слишком интимно. А вот такая, изящная безделушка — в самый раз.

— Сколько денег, Вы сказали? — я прятал шкатулку в рюкзак, осознав, что расстаться с ней уже не смогу. Ни за какие коврижки. О My Precious! Если только, Диане подарю, — она тоже прелесть.

— Все, сколько у тебя есть.

Я разочарованно потянул обратно из рюкзака несостоявшуюся покупку.

— Ты не понял, — успокоил продавец, — все, сколько у тебя есть, в данный момент с собой.

— А-а, — процесс снова перешел в противофазу, в смысле — шкатулка все-таки попала в рюкзак.

— Хорошо, — я достал из кармана деньги, внутренне ликуя, что вожделенная безделица обошлась фантастически дешево, — вот, триста долларов, все, что у меня есть с собой!

На прощание, странный папан осенил меня каким-то знаком, так, как благословляют священники, только не крестом, а прямым коротким взмахом, с присоединенной справа скобкой или галочкой. В общем, я не особо обратил внимание, радостно на прощание помахав рукой, высунувшемуся со странной улыбочкой из подсобки, Вальке.

Узор 9:

ОББ, в своем особняке показывает оригиналы работ:

«Сентиментальное решение», Фелисьена Ропса.

Ну, не понимаю я символизма, хоть ты меня покусай! Да и как можно узнать, что у художника в голове происходило, в какую вселенную, его та дрянь, которой он накурился перед актом творения, забросила? Вот как понимать это существо, с туловищем женщины, голым черепом, и мужской головой в руке?

«Саломея», Франца Штука.

Да что ж такое! Снова та же тема. Как женщина красивая, — так сразу голова отдельно от мужика. Закономерность, однако! Не нужна нам, получается, голова, коль мы ее так бездарно теряем. Тьфу, три раза! Не накликать бы!

«Звезды», Альфонса Мухи. «Славянство».

Не-е! Тут я пас. Вообще. Это, наверное, впитать надо с молоком матери, или взрастая над собой вникать и прочувствывать. Прочувствовывать… Черт, как правильно? Один раз — прочувствовать. А постоянно это делать, как будет-то?

Нет, — Муха не сегодня. Не понимаю. Может даже и не завтра…

А вот это — класс! А вот это — как раз те, так необходимые мне экстерьеры разумных, которые замечательно подойдут для матриц персонажей, развивающих не человеческую расу игроков! Через некоторое время в игре, они начнут меняться внешне, приходя в визуальное соответствие со своими внутренними устремлениями. Тут-то, мне и пригодятся эти куклы.

Луиджи Кройо. «Взор предводительницы амазонок».

У Дианы, когда та злится, глаза такие же, — два вороненых ствола.

— Фэнтези Артс? — я указал ОББ на «Перед Армагеддоном». Тот молча кивнул, изучая соседнее полотно.

Чем больше смотрел я на эти работы, тем неспокойнее мне становилось, и росла у меня внутри, медленно подбираясь все ближе к сердцу, безликая и серая тянущая пустота. От некоей фатальной предопределенности и монументальной безысходности, что ли, излучаемой героями? От болезненного притяжения, почти вожделения, до полного отторжения, и даже иррационального страха. И зарождающейся неясной надежды… На что?

Все эти фэнтезийные разумные, даже если вдруг оживут, окажутся настолько далеки от восприятия и понимания нас, как и мы, от приятия и понимания их. Но, все же теплится надежда — а вдруг!? А что — вдруг? Ты и я — одной крови?! Новые возможности генетически обновленного человечества? Не будет такого!

В какие евгенические дебри меня занесло мыслями, однако!

Вслух же сказал:

— Модно, дорого.

— Да, Кройо — дорогой художник, — улыбаясь, пожал плечами ОББ. — Но, мы можем его себе позволить, если надо.

— Если можно, — то надо.

— Ты уверен? Есть еще Кирэлло Коубрал, к примеру, или Джон Барнст.

— А посмотреть?

— Да без проблем! — мы поднялись на этаж выше, весь коридор пестрел картинами. — Смотри!

— Не-е, у них персы не живые! Я их не чувствую! — резюмировал я, закончив просмотр. — Я, этого, Луиджи хочу!

Узор 10:

На торжество меня доставил Игорь. Мероприятие проходило в загородной резиденции ОББ, и я думаю, у него таких вилл несколько. Гектаров сто, почти реликтового леса, огороженные каменным забором с колючкой по верху. Только на фасадной части, у въезда, она отсутствовала, что компенсировалось утроенным количеством охраны.

Обычные княжеские палаты VIP класса, тут и описывать нечего, все стандартно, как в кино про коронованных особ.

На дне рождения Дианы собралась, наверное, вся «золотая молодежь» города. И их родители. Толпа, по количеству людей, и их скученности на поляне перед крыльцом трехэтажного дома из красного камня, больше напоминала стихийный митинг, очень гламурный стихийный митинг хозяев жизни. От обилия вечерних платьев рябило в глазах, а мужчины в смокингах, напоминали сборище императорских пингвинов, сходство показалось особенно близким, когда я заскочил по ошибке, вместо туалета, в специально выделенную курительную комнату, где толстые сигары, заменяли джентльменам мощные клювы. Непроизвольно, все присутствующие там особи, повернули эти клювы ко мне. Чуть не оконфузился, и не рассмеялся, даже хорошо, что неожиданно закашлялся от вырывающихся в приоткрытую дверь клубов ароматного, и одновременно удушливого, дыма. Чем они там дышат болезные, кроме никотина?

Молодежь оделась более демократично. Конечно, никаких джинсов — свитеров, но девушкам, тем которые изъявили такое желание, позволили присутствовать в брючных костюмах, а цвет костюмов парней, не ввергал в депрессию непременной чернотой. И галстук оказался необязателен. Я с удовольствием положил его во внутренний карман.

Именинница встречала каждого на входе в дом, там, где останавливались доставившие гостей автомобили. После традиционных рукопожатий и обнимашек — поцелуйчиков, гости плавно просачивались, кто на поляну, кто в дом, в зависимости от того, где ожидали встретить друзей — знакомых. Подарков никто пока не дарил.