Праведники - Борн Сэм - Страница 95

В конце концов, он ничем не сможет помочь тридцати пяти избранным. Их уже нет в живых. И отыскали их хасиды и отцовские сектанты по священным книгам, написанным тысячи лет назад. Не является ли это доказательством того, что все легенды о праведниках, их предназначении и конце света — святая истина?

Другими словами — а если отец прав?

Уилл увидел, как человек с пистолетом торопливо взглянул на часы и выразительно посмотрел на отца.

— Да, да… Мой друг прав, Уилл. У нас мало времени. Очень мало. Мы должны успеть. Но прежде я хотел бы еще кое-что открыть тебе. Все, что я сказал раньше, — это важно, но абстрактно. А теперь я скажу то, что касается непосредственно нас. Тебя, меня, Бет…

— Говори…

— Господь не случайно так устроил, что все мы оказались причастны к его планам. Ты расследовал гибель Макрея и Бакстера, писал свои статьи… Думаешь, это простое совпадение? А то, что я сейчас здесь? А то, что именно Бет оказалась беременной последним из праведников? Нет, Уилл, у Бога не бывает ничего случайного. Это, как бы сказали иудеи, бешерт — то, чему суждено быть. Это судьба, Уилл.

— О чем ты?

— О тебе, сын. Господь избрал тебя для исполнения финальной миссии. Ты до сих пор не понимаешь? Господь хочет, чтобы все закончилось тем же, с чего когда-то начиналось. Ты помнишь, конечно, чего потребовал Господь от Авраама?

Уилл похолодел. Он вспомнил.

— Принести в жертву сына… — прошептал он.

— Именно. Принести в жертву сына, о котором они с женой так долго мечтали.

Монро-старший взглянул на своего подручного, и тот вдруг достал из-под полы длинный сверкающий клинок. Отец взял его обеими руками, как реликвию.

— И это твой долг, Уильям. Авраам готов был пожертвовать сыном лишь ради того, чтобы доказать Господу свою веру в пего. А ты должен пожертвовать сыном ради того, чтобы подарить новую жизнь всему человечеству. И тем, кто сейчас живет. И тем, кто не дожил до этого дня, но может возродиться к жизни. Сделай это, Уильям!

— А ты… — хрипло проговорил Уилл. — Ты бы сделал то же самое со своим собственным сыном? Ты убил бы меня во имя своей веры?

— Да, Уильям. И рука моя не дрогнула бы.

Уиллу хотелось куда-нибудь сесть и закрыть глаза. И еще ему хотелось, чтобы голова болела не так сильно… И чтобы глаза не застилал туман… И ужас…

Возникшая тяжелая пауза прервалась неожиданным образом. Женщина, которая впустила их в этот дом и до сих пор молча стояла на лестнице, вдруг с криком бросилась на человека с голубыми глазами и попыталась схватить его за руку. Тот лишь повел плечом, и женщина отлетела от него по меньшей мере на два метра. В следующее мгновение в комнате грянуло подряд два выстрела. Лицо несчастной залила кровь. Крупная дрожь прошла по всему ее телу, и она затихла. Бет, стоявшая у Уилла за спиной, зарыдала. С трудом оторвав взгляд от убитой, Уилл почему-то посмотрел на свои руки. Они дрожали.

— У нас больше нет времени на разговоры, Уильям. Нельзя медлить! Воля Всевышнего на то, чтобы все свершилось сейчас. Сделай это, Уильям. Не я тебя прошу, Господь тебе повелевает.

Снаружи по-прежнему доносился разноголосый шум, долетавший от синагоги. Наступал решающий момент. Уилл не знал иврита, но прекрасно понимал, о чем просят хасиды Бога в эту минуту.

Лезвие клинка блеснуло в руках отца. Он протянул его сыну:

— Возьми, Уилл, и сделай то, чему суждено случиться.

Уилл беспомощно оглянулся на рабби Фрейлиха. Тот по-прежнему сидел на диване. На одежде и даже на лице его была кровь убитой женщины. Встретившись с ним глазами, рабби чуть кивнул и проговорил:

— Ваш отец прав, мистер Монро. Времени на разговоры больше не осталось. Господь всем нам даровал право выбора. Во всех ситуациях. И выбор должен быть сделан. Сейчас он должен быть сделан вами.

Уилл украдкой взглянул на часы. Еще минутку… Еще бы минутку отсрочки…

Выбор был сделан за него. С криком «Хватит болтать!» человек с голубыми глазами сделал шаг в их сторону и вытянул вперед руку с пистолетом. В первую секунду Уиллу показалось, что жертвой выбрали его, но потом понял, что ствол был направлен на Бет. Взревев, он попытался было броситься на убийцу, но вдруг кто-то резко дернул его за руку и Уилл упал на пол. Через секунду в комнате раздался выстрел. Уилл поднял голову и увидел, как на Бет мешком свалился рабби Фрейлих.

Воспользовавшись всеобщим секундным замешательством, Уилл вскочил на ноги и резко ударил по руке, державшей пистолет. Человек с голубыми глазами вновь выстрелил, но промахнулся — пуля разбила окно, и в комнату ворвался холодный воздух. Уилл крепко схватил его за руку и стал выворачивать ее ему за спину. Одновременно боковым зрением он видел, как отец с ножом в руках приближается к Бет, которая безуспешно пытается выбраться из-под грузного тела убитого рабби.

В какой-то момент Уилл решил было броситься между ними, но вовремя удержался. Он не пробежал бы и трех шагов, как получил бы пулю в спину. Ему нужен был пистолет. И срочно!

Он изо всех сил дернул пистолет из ослабевшей, заломленной руки убийцы, и в это мгновение раздался еще один выстрел. В первую секунду Уилл подумал, что ранен. Но оказалось, что убийца собственноручно застрелил себя, случайно нажав на спусковой крючок.

Тем временем отцу удалось перевернуть труп Фрейлиха и склониться над плачущей Бет. Издав нечеловеческий крик, Уилл бросился на Монро-старшего, сбил его с ног и уселся на нем верхом, прижав локти к полу.

— Прочь! Прочь с дороги! — хрипел отец, изо всех сил пытаясь скинуть с себя сына.

В какой-то момент ему удалось извернуться и высвободить одну руку. В следующее мгновение Уилл получил сильнейший удар кулаком в челюсть. В голове у него потемнело, и он ослабил хватку. Отец свалил его с себя, пнул ногой и вновь бросился к Бет. Все это время он не выпускал из руки нож.

Уилл тряхнул головой, и сознание его прояснилось. Он вновь увидел страшную сцену — отца, склонившегося с огромным клинком над беззащитной Бет.

— Бет, я сейчас! — хрипло крикнул он.

Услыхав голос мужа, Бет вдруг оказала Монро-старшему сопротивление. Она перехватила его руку с ножом, и на несколько мгновений ее сила, сила матери, спасающей жизнь своему ребенку, уравнялась с силой фанатика, верящего в пришествие мессии после убийства последнего праведника.

Уилл попытался подняться на ноги и вдруг увидел пистолет, выпавший из рук голубоглазого убийцы. Схватив его, он поднялся и направил ствол в голову отца.

— Остановись, или я застрелю тебя!

Монро-старший лишь скользнул по сыну бешеным взглядом. Он уже побеждал, а Бет сдавалась. Все-таки силы оказались неравны.

И в тот момент, когда Монро-старший сумел-таки высвободить руку с ножом и занес ее для удара, Уилл выстрелил.

ЭПИЛОГ

Спустя полгода…

Уилл любил корпоративные вечеринки, которые устраивались в редакции с завидной регулярностью. Кто-то праздновал день рождения, кого-то повышали по службе, но чаще таким образом прощались с коллегами, решившими покинуть газету.

Маленькие церемонии всегда проходили по единому сценарию. Сначала слово для краткой речи, предоставлялось редактору отдела, затем выступал виновник торжества, а потом начиналась неофициальная часть. На таких вечеринках Уилл остро ощущал свою причастность к корпоративной истории и традициям «Нью-Йорк таймс» и, будучи, в сущности, еще новичком, очень ценил эти минуты.

«Проводы Терри Уолтона состоятся в 16:45 в редакции отдела городских новостей», — гласило короткое послание, разосланное с утра по офису.

Уилл, мягко говоря, не причислял себя к категории приятелей Уолтона. Да и виделись они в последние полгода всего раза два — случайно это получалось или нет, но Терри Уиллу старался лишний раз не попадаться на глаза. Уилл даже не знал, куда Уолтон решил податься — то ли на пенсию, то ли редактором в какую-нибудь региональную газету, то ли за границу. Впрочем, перспективе принять участие в очередной вечеринке Уилл привычно обрадовался.