Праведники - Борн Сэм - Страница 93

Он сам не помнил, как взлетел по лестнице ей навстречу и схватил ее в охапку. Не помнил, как плакал… Как отчаянно прижимал к себе жену… И та вздрагивала всем телом в его объятиях… Они молчали и только всхлипывали, как дети… И это длилось, казалось, целую вечность.

Наконец Уилл заставил себя чуть отстраниться, чтобы заглянуть в ее лицо. Оно тоже было все в слезах, подбородок подрагивал, глаза смотрели на Уилла так, словно он мог в любую секунду просто растаять в воздухе.

— Видишь… — наконец проговорила жена. — Я говорила тебе… Я говорила тебе, что верю в тебя… В нас с тобой… Помнишь ту песню, Уилл? Я знала, с первой минуты знала, что ты разыщешь меня… И вот ты разыскал…

Он вновь прижал ее к себе, гладя по волосам.

— Мистер Монро, — наконец раздался у него за спиной голос рабби, — мне неловко мешать вам, но мы договорились…

— Да, — тут же ответил Уилл. Он вновь заставил себя отстраниться от жены и утер рукавом рубашки мокрое от слез лицо. — Да, мы договорились… Кстати, рабби, Бет в курсе?

— Она ничего не знает, — быстро ответил Фрейлих. — У нас мало времени, мистер Монро.

Уилл не сразу собрался с мыслями. А потом выложил все, что знал, за одну минуту. Как он наткнулся на христианскую секту, которая считала, что унаследовала учение иудаизма во всей его совокупности. Сектанты уверовали в легенду об избранных точно так же, как в нее верили хасиды. Им удалось взломать компьютерную сеть в Краун-Хайтсе и раскрыть тайну личности праведников. После этого они устроили резню среди них, рассылая своих эмиссаров по всем полученным адресам. Специально подгадав так, что все убийства должны были закончиться в День всепрощения.

— То есть, — заключил Уилл, вновь сверяясь с часами, — через десять минут.

— Зачем им было убивать всех этих людей?

— Я не могу сказать это со всей определенностью. У меня есть лишь догадки. Апостол и другие… они творили о наступлении Божьего суда, и о спасении тех, кто способствует его приближению.

Уилл по-прежнему обнимал Бет одной рукой, стоя на лестнице.

— Что здесь происходит? — слабым голосом пролепетала она.

Рабби Фрейлих опустился на диванчик и задумчиво поглаживал бороду.

— Вы говорите, что видели этих людей своими глазами?

— Всего час назад. Они здесь, в Нью-Йорке. Только не вздумайте усомниться, что это все их работа. Я точно знаю — это они! И, как выразился Апостол, им нужно сделать последний шаг. Они не знают имени тридцать шестого. Пока не знают. Но они намерены отыскать его и предать смерти, точно так же как отыскали и предали смерти уже тридцать пять человек. Рабби, вы ведь знаете, кого они ищут. Где он, этот тридцать шестой? Надеюсь, вы позаботились о том, чтобы спрятать его в надежном месте?

— О… уверяю вас, мистер Монро, трудно отыскать убежище, которое было бы для него более естественным и безопасным.

— Расскажите мне! Где он?

Фрейлих вновь посмотрел на часы, а потом буднично произнес:

— Он здесь.

ГЛАВА 63

Понедельник, 19:28, Краун-Хайтс, Бруклин

Разноголосый шум из синагоги долетал даже сюда. Причем он стал еще сильнее. Все говорило за то, что Йом Кипур вступил в свою финальную фазу.

— Здесь? — Уилл растерялся. — Вы хотите сказать, что…

— Нет, Уилл, это не я.

В комнате не было других мужчин, кроме него и рабби. Уилл ощутил подступивший к горлу комок. Ему стало дурно.

— Не может быть… Вы полагаете…

Рабби Фрейлих чуть усмехнулся:

— Нет, Уилл, это и не вы.

Он на мгновение скосил глаза в сторону Бет. Или это Уиллу только показалось?..

— Бет?! Но вы же сами говорили, что среди избранных не может быть женщин!

— Да, я так говорил. Ваша супруга не является избранной, но она носит избранного под своим сердцем. Она беременна, Уилл.

— Это какая-то ошибка. Мы даже к врачам обращались…

Уилл замолчал на полуслове, уставившись на Бет, по лицу которой вновь покатились слезы.

— Это правда, Уилл. Тест, который я так долго носила в сумочке, наконец-то пригодился. У нас будет ребенок.

— Ваша жена до последнего времени не подозревала о своей беременности, — проговорил Фрейлих. — Но я знал о ней, потому что мне это открыла Тора. Великий ребе успел передать это Юзефу Ицхаку незадолго до своей кончины. Последнего избранного мы отыскали в той же священной книге, в какой и всех остальных. Но этот стих — десятый в восемнадцатой главе Бытия — не содержался ни в одной из проповедей великого ребе. Он нигде не был записан Юзефом и никогда не вводился в компьютер. Но мы расшифровали его точно таким же способом, как и все остальные. И получили адрес — ваш адрес, Уилл. Не скрою, поначалу мы решили, что речь идет о вас. Но затем Юзеф обратил внимание на смысл того, что говорилось в этом стихе, Господь сообщил Аврааму: «Я опять буду у тебя в это же время, и будет сын у Сары, жены твоей». Сара долго не могла зачать, но в итоге Господь распорядился иначе. И тогда Юзеф понял намек великого ребе, и мы обратили свои взоры на вашу супругу… И нашли тридцать шестого избранного… Самого тайного из всех тайных. Это ваш сын, Уилл.

Уиллу вдруг вспомнились первые слова человека, который допрашивал его в Церкви Воскрешенного Христа и сказал, что его люди нанесли Уиллу раны, но они же и позаботились о них. Уилл рванул на груди рубашку, сорвал повязку и застонал… Под бинтом по телу его вился провод простейшего прослушивающего устройства, снабженного микрофоном и передатчиком.

Он медленно поднял глаза на рабби, потом перевел их на оцепеневшую в изумлении Бет, а потом…

Дверь с грохотом распахнулась и ударилась о стену. На пороге возник человек. В руках у него был пистолет с глушителем. Небесно-голубые глаза горели адским огнем.

До окончания Йом Кипур оставалось девять минут.

— Благодарю тебя, Уильям, ты нам здорово помог.

Голос принадлежал не человеку с пистолетом, а тому, кто стоял позади него и теперь вошел в комнату. При взгляде на этого человека Уилла словно парализовало. В комнату вошел глава Церкви Воскрешенного Христа, на руках которого была кровь тридцати пяти невинных и который посвятил себя приближению конца света…

ГЛАВА 64

Понедельник, 19:33, Краун-Хайтс, Бруклин

— Здравствуй, Уильям.

Уилл по-прежнему не имел сил пошевелиться. Рядом с ним стояла Бет, и он держал ее за руку, не в состоянии ни отойти от жены, ни прижать ее к себе. Фрейлих неподвижно замер на диване. Женщина, которая открыла им дверь, прижалась к стене, стоя на лестнице.

— Боже… что ты здесь… Я не понимаю…

— Это не твоя вина, Уилл, что ты не понимаешь. До сих пор я не дал тебе на это ни единого шанса, ибо не рассказывал всего того, что, видимо, расскажу сейчас. Кстати, твоя мать также ничего не знает, но ей я не рассказал бы никогда, ибо она будет не способна понять.

— Подожди, подожди… — Уилл никак не мог оправиться от шока. Он вдруг взглянул на этого человека так, словно увидел его впервые в жизни. — Но как же… ты же мой отец!

— Да, Уилл, я твой отец. Но я также отец всем тем, кто идет за мной, и кто однажды назвал меня Апостолом. Я хочу поблагодарить тебя, сын. Ты оказал всем нам величайшую услугу. И я, как отец, горжусь тобой сейчас.

— Какую услугу?..

— Ты привел нас к последнему избранному. Уже благодаря одному этому ты заслужил право жить в новом мире.

Уилл ощущал себя кротом, внезапно застигнутым на ночной дороге проезжавшей машиной и ослепленным светом ее фар. Он слушал и не слышал, смотрел и не видел…

Его отец… Его родной отец… Человек, который много лет верой и правдой служил закону… оказался организатором всех этих убийств?.. Неужели он, циник и рационалист, действительно верит в торжество этой так называемой заместительной теологии? Неужели он всерьез верит в то, что одарил христиан мифическим титулом богоизбранного народа?