Заключенный на воле (СИ) - Маккуин Дональд - Страница 101

Лэннет почувствовал, что ответить принцу тем же самым было бы наглостью с его стороны. Потому он просто повернулся и быстрым шагом пошел прочь. Дойдя до того места, где он оставил свой меч и пояс, Лэннет оглянулся. Этасалоу стоял, прислонившись к электромобилю, а Дафанил находился в нескольких футах левее. Водитель навел на них камеру. Лэннет нагнулся за своим оружием.

Он скорее почувствовал, нежели услышал, как над ним пролетел снаряд из пушки. Потом со стороны форта донесся гулкий раскат, а позади, совсем близко, раздался оглушительный грохот. Лэннет резко развернулся, выхватывая меч. Электромобиль превратился в огненный шар. Этасалоу нигде не было видно, однако повсюду валялись какие-то отвратительные лохмотья, похожие на куски горелого мяса. Охранников разбросало по земле. Дафанил пытался встать. Лэннет подбежал к нему и поднял принца на ноги. И тут они услышали крики. Мард мчался к ним, во всю глотку выкрикивая имя Этасалоу. Когда Мард осознал, что двое, смотрящие прямо на него, — это Лэннет и Дафанил, ноги по инерции пронесли его еще на несколько шагов. Когда наконец Марду удалось остановиться, на лице его появилось душераздирающее выражение. Он рухнул на колени, испустив дикий вой. Позади него вниз по склону холма бежали разъяренные Свободные.

Лэннет подбежал к всхлипывающему, скорчившемуся Марду и встал между ним и Свободными. Успокоить их оказалось не очень трудно. Мард напугал их до икоты, однако убил он только своего предполагаемого благодетеля. Повстанцы охотно согласились оставить его в живых.

Дафанил, отряхиваясь, присоединился к ним. К этому времени спор завершился и настала относительная тишина. Принц склонил голову набок и прислушался:

— Это у меня гудит в ушах или действительно что-то шумит?

Отряд навострил уши. Эта пауза дала Лэннету возможность осознать, как мало их осталось. Трей и Реталла были живы. В течение нескольких секунд Лэннет не мог найти ни Джарки, ни Сула, но затем они тоже спустились с холма, настолько измотанные, что им пришлось опираться друг на друга. Не было здесь только санитарки, занимавшейся своими обязанностями.

— Вероятно, это опять грузовики, — сказал Лэннет. — Нам лучше вернуться в форт.

Он передал Марда под охрану двух бойцов.

Неохотно повернувшись, все направились вверх по склону. Странный звук стал громче. Он задевал какие-то струнки в памяти Лэннета. Лэннет тревожно обернулся назад, чтобы посмотреть, что поделывают Легионеры. Те, казалось, впали в летаргию, не имея ни сил, ни воли, чтобы двигаться. Усилившийся шум оборвал все предположения Лэннета относительно дальнейшего поведения противника. Лэннет закричал:

— Посадочные катера! Катера! Это катера! Где они? Смотрите все! Где они?

Дафанил с тревогой уставился на него. Лэннет громко рассмеялся и подбросил меч в воздух:

— Посадочные катера! Посадочные катера Стрелков, для высадки войск на планету. Слушайте!

Однако необходимость прислушиваться уже исчезла. Тускло-зеленые бронированные машины клиновидной формы летели над долиной плотным строем. Большинство из них приземлилось внизу, под горой. Три катера с ревом остановились в пятидесяти метрах от форта Свободных. Стрелки, выпрыгнувшие из машин, окружили группу. Неизвестно, чего они ожидали, однако приняли их с распростертыми объятиями. Посреди всеобщего полуистерического ликования к Лэннету и Дафанилу подошел коренастый широкоплечий мужчина средних лет. Отсалютовав принцу, он сказал:

— Кажется, мы слегка опоздали, ваше высочество. Я Вонта, полковник Имперских Стрелков. Помощники командора Этасалоу сказали нам, что вы здесь.

— Когда? Как?

— Император Халиб послал нас на Хайре вместо Культурной Братской Группы. Еще несколько подразделений прибыли на грузовых кораблях. Часть осталась в резерве, остальные отправились на два прочих континента планеты. Я сожалею, что нам не удалось появиться здесь раньше.

Взгляд полковника упал на форт.

Лэннет схватил его за плечо.

— Полковник, нам нужны врачи. У нас есть раненые, там, в форте.

Вонта пролаял в комм несколько приказов. Часть новоприбывших побежала к форту. Лэннет последовал за ними.

Когда появились полковник и Дафанил, Лэннет сидел у ложа Нэн. Молодой, безукоризненно подтянутый врач только что закончил осмотр и приготовил инъектор.

— Полагаю, с ней все будет в порядке. Полковник, могу ли я использовать катер для транспортировки раненых?

Вонта вновь отдал приказ. Когда он закончил, оказалось, что его, в свою очередь, вызывают по комму. Выслушав сообщение, полковник произнес: «Повторите» — и включил звук на полную мощность, подняв комм над головой. Металлический голос из динамиков сказал:

— Несколько этих типов — Легионеров — просто упали и умерли. Другие разговаривают сами с собой. Большинство ведет себя так, как будто их хорошенько приложили по голове. Если им сказать, что нужно делать, они это делают. Все это как-то жутковато, сэр. Как нам поступить с ними?

— Обезоружьте их и соберите всех в одно место, — скомандовал Вонта. — Я прикажу подать транспорт.

Когда Вонта закончил отдавать распоряжения, принц Дафанил беседовал с доктором, так что полковник обратился к Лэннету:

— У меня есть указания найти Вэла Борди. Он среди вас?

— Меня называют так, но…

Вернувшийся Дафанил обнял Лэннета за плечи и прервал его:

— Это именно тот человек, полковник.

Взмахом руки Вонта остановил Лэннета, собравшегося было отсалютовать ему.

— Я хотел бы задать вам несколько вопросов. Нельзя ли нам пройти в мой катер? Некоторые вопросы весьма конфиденциальны.

Лэннет вскрикнул, дернулся и хлопнул себя по плечу. Потом сконфуженно сказал:

— Что-то только что ужалило меня. Я не…

Черты лица полковника расплылись и медленно оплыли, словно тесто. Колени у Лэннета подогнулись. Чтобы удержаться на ногах, ему пришлось схватиться за Дафанила. Лэннет взглянул принцу в лицо, пытаясь найти объяснение происходящему. Ему удалось выдавить: «Что…» — но тут Дафанил разжал его руки и уложил его навзничь. В другой руке Дафанила поблескивал инъектор. Лэннету было все равно. Он никогда прежде не испытывал такого ощущения — он был один на один со всей вселенной, и ему было тепло и безопасно. Откуда-то издалека, из невероятной дали, до него донеслись несколько музыкальных нот. Они пели голосом Дафанила:

— …послан сюда моим отцом с особым заданием. Он полностью провалил его. Более того, я полагаю, что он предатель. Теперь он мой личный пленник, и я желаю, чтобы при нем постоянно находилась охрана из трех Стрелков. А ваш настоящий герой сидит вон там. Бедняга вне себя от нервного и физического истощения. Это тот человек, который убил командора Этасалоу.

Слабый, едва слышимый голос сказал Лэннету, что все это ужасная ложь. Однако огромное мягкое одеяло безмятежности окутало и заглушило это отвратительное нытье и унесло весь мир куда-то вдаль.

Эпилог

Император Халиб откинулся на спинку библиотечного кресла и хихикнул:

— Он сделал ему укол, да? Должно быть, у Лэннета вспыхнули в глазах звезды. А эта фразочка насчет Марда — отличный ход. Мальчик изменился так, что трудно поверить.

У управляющего Веда настроение было таким же хорошим. И все же он позволил себе не согласиться с императором:

— Вы считаете, что действительно стоит делать из Марда великого героя? Он же совершенно лишен моральных устоев. Это вообще не личность!

— В том-то и дело. Он видел запись допроса в доме той женщины? Убийство на Хайре и допрос у Улласа?

— Как вы приказали, сэр.

Халиб развел руками.

— Тогда он понимает. Если Солнцедарительница когда-нибудь увидит эти кадры, то он, считай, уже покойник. Она не может позволить себе быть связанной с убийством или убийцей. Неважно, что вся империя считает, будто Мард убил Этасалоу из нравственных побуждений. Нам известны все мотивы его поведения и вся его ложь. А ему известно, что кое-кто в курсе всех этих делишек. Это ничуть не хуже ножа, приставленного к горлу.