Мадам Лекринова (СИ) - Браус Иса - Страница 45

За столом сидели Драган и, незнакомый журналисту, мужчина, который плакал, уткнувшись в стол и держа в руке фотокарточку.

— Ну полно тебе, Арсений. — на лице Драгана можно было увидеть что-то вроде брезгливости.

— Что полно? Я свою дочь не видел три года. Моя Василиса была такой крохой… Удивительно, что Алёна смогла наскрести денег, чтобы сделать эту фотокарточку. — оторвав лицо от стола, Арсений, в чьих глазах читалось отвращение, взглянул на Драгана, — А знаешь, я до сих пор не могу понять, как ты можешь работать на эту шлюху, когда тебя на Большой земле ждёт невеста?

— Что поделаешь? Чтобы уехать к Стане и создать с ней семью нужны очень большие деньги. Ты и сам это понимаешь. Знаешь, завидую я тебе, Сеня. У тебя хватило духу уволиться сразу, как только Алиса начала до тебя домогаться.

— Да, только теперь я не смогу никуда устроиться на острове. Спасибо этой шлюхе!

— А мне думаешь легко? — Драган подошёл к патефону, — Я каждый феодоровский рубль должен у неё "заслужить".

Выключив музыку, Драган окинул взглядом дверь. И тут журналист понял, что его заметили. Когда Драган поздоровался с Алексеем, он открыл дверь комнаты. В комнате повисло напряжение. Лицо Арсения не подавало признаков враждебности, однако его сжатые кулаки говорили об обратном. Алексей нервно взглотнул. И тут Драган, на лице которого появилась улыбка, нарушил тишину одним хлопком.

— А знаете, что у меня есть? — мужчина достал из-под кровати бутылку и поставил её на стол, — Берёг её для особого случаю, но думаю будет не грех распить сейчас хотя бы половину.

— Водка? — удивился Алексей, сев за стол.

— Нет, это Ракия. — ответил Драган, поставив на стол три стакана.

— И чем же она от водки отличается? — спросил Арсений.

— Водка — это чистая химия — а Ракия выведена на фруктах. — объяснил балканец.

Ракия пришлась Алексею по вкусу. Это напиток ему казался вкуснее, чем водка. И тогда его не смутило то, что Драган и Арсений практический не пили. На втором стакане, журналист обратил внимание на фотокарточку, над которой плакал Арсений. На ней была изображена маленькая девочка, сидящая на лавочке вместе с кошкой.

— И сколько ей лет? — спросил Алексей.

— Скоро будет семь. — ответил Арсений, спрятав снимок в кармане пиджака.

— Тяжело, наверное, вдали от семьи. — допив ещё один стакан с Ракией, язык журналиста начал потихоньку заплетаться.

— А сами как думаете? — ответил Драган за друга, подлив Алексею ещё алкоголя.

— Тяжело, но что поделаешь. В Новокиевске работы нет, поэтому приходится искать деньги тут. Пускай я сам буду голодать, но один рублик я им точно пришлю. — Арсений хотел уже и себе налить, но затем передумал.

— Забавно…Ик… Что-то подобное…Ик… Ой… Что-то подобное сегодня я уже слышал. — и вот тут алкоголь окончательно развязал язык Алексею, — Точно! Э-э-этот жид рассказывал следователю, а потом мне… Ик… Про какого-то Герасима. Ха-ха, забавно, но у этого Герасима похожая история. Ха-ха.

— И что ещё вам этот еврей рассказал? — спросил Драган, и этот вопрос ни капельки не смутил пьяного журналиста.

— Да-а тол-лько про этого каторжника. Но во-от, что ме-еня удивило… Ик… Следователя ещё почему-то заинтересовала информация о том, что Герасим искал какого-то доктора. Он даже адрес попросил. Ик… Я не по-онял, что… — вдруг голова Алексея от выпитого закружилась настолько сильно, что он упал со стула на пол, а затем провалился в сон.

***

Какие странные сны иногда могут присниться человеку, особенно когда он пьяный. Алексею приснилось, что он идёт по кирпичной дорожке сквозь мертвые деревья. Погода в этом мёртвом лесу напомнила ему родной Романобург: темное небо с жутким ливнем и гроза, которая освещала всё вокруг. Когда же он дошёл до конца дорожки, то увидел две гигантские куклы с горящими глазами, которые вылезли из шарманки. На шеи одной куклы был завязан красный бант, а у другой было расколото лицо.

— А ты говорил, что я зря его взял. — кукла с красным бантом заговорила голосом Драгана, — И кстати, не ты ли мене убеждал, что эта девчонка не посмеет донести?

— Я сам удивлён. — заговорила голосом Арсения кукла с расколотым лицом, — Видимо, она глупее, чем казалось.

— В любом случаи, это уже не важно. Ты знаешь, что надо делать… Эх, только зря на её паршивку часть бароновских денег потратили.

— Да, но…

— Что но? С предателями разговор короткий… А-а… Всё-таки она тебе понравилась. — и тут голос Драгана повысил тон, — Друг мой, позволь я тебе напомню про семью в Новокиевске.

— Не горячись! Я… Я всё сделаю. — послышался усталый вздох, — Ситуация уже выходит из-под контроля.

— А вот это ты верно заметил. К счастью, я уже получил ответ от барона. В ближайшие дни в порт прибудет корабль с его людьми, они помогут нам собрать его заказ и уплыть на Большую землю, а тебе уехать в Новокиевск. Так что не страшно, что мы не всё по списку собрали. И вот ещё что… — послышался странный неразборчивый звук, — Прежде чем разберешься с Асей, навести Печорина. На всякий случай выпьешь вместе с ним. Противоядие я тебе дам.

— Хорошо.

— И, Сеня… — голос Драган стал более спокойным, даже ласковым, — Я хочу, чтобы ты знал: такого хорошо преданного друга как ты на всём белом свете не найти. И если с тобой что-то случится, не важно что, обещаю… Нет, я клянусь, что позабочусь о твоей семье.

И в этот момент куклы вместе с мёртвым лесом стали превращаться в пятна, которые потом слились в один водоворот, а затем наступила темнота…

Алексей проснулся на своем спальном месте. Не успев ещё открыть глаза, его начала мучить жуткая головная боль. "Всё-таки последний стакан Ракии был лишним", — подумал журналист, открыв глаза. Первого, кого он увидел был Драган, сидящего за столом. Мужчина снял с шеи деревянный медальон. Смотря на него, глаза балканца были наполнены грустью. Затем, поцеловав его, он заменил шнурок на цепочку и снова одел на шею.

— О, с добрым утром, Алексей. — налив из кувшина стакан воды, Драган протянул его Бурятину, — Похоже вы сильно перебрали.

— Это да. Мне так неловко. — смутился журналист

— Ничего страшно. — улыбнулся балканец.

— Мне такой идиотский сон приснился…

Алексей рассказал Драгану во всех деталях свой сон. Балканец его внимательно слушал, а когда журналист закончил, рассмеялся.

— Да, забавный сон. А знаете, Алексей, когда я в первый раз перебрал с Ракией, мне приснилось, что я в костюме клоуна убегаю от кроликов-людоедов. Вы можете себе это представить?

Алексей и Драган не смогли сдержать смех. С таким веселым началом дня у журналиста быстро прошла головная боль.

***

Проанализировав в своей голове все дни, которые проведены с Драганом, и этот странный сон, Алексей пришёл к неутешительному выводу.

— Так мне этот разговор не приснился. — осознал журналист, — Какой же я дурак!

— А ты в этом сомневался? — не удержался от язвительно комментария Вахлаков.

— Папа! — возмутилась Александра.

— Ладно, опущу это. — отмахнулся Пётр, — Теперь объясни, чудо-юдо, кому ты всё это разболтал.

Только Алексей собрался объяснить ситуацию, как вдруг он от испуга распахнул глаза. Вахлаковы заметили, что журналист смотрит на улицу. Из уст Бурятина вырвалось: "Драган".

***

Алиса проснулась в прекрасном расположение духа. Потянувшись в кровати, женщина рукой обнаружила рядом с собой Драгана, который спал на животе, убрав одну руку под подушку. Алиса, вспомнив прошедшую ночь, пришла к выводу, что она сильно его измотала во время любовных игр. Женщина улыбнулась и убрала пару прядей с его лица, а затем, встав с кровати, взяла халат, который висел на ширме и накинула его на голое тело. Она, полная энергией, захотела немного поработать в кабинете до открытия лавки.

Зайдя в кабинет, первое, на что Алиса обратила внимание, была сумка Драгана, которая в раскрытом виде лежала на полу. Женщина вспомнила, как прошлым вечером Драган собирался поработать с переводом некоторых бумаг, ибо русский он знал лучше неё, но Алиса тогда решила, что помощник нужен для "более важного дела", и наверное, сумка тогда выпала из его рук. Улыбнувшись, Алиса нагнулась к ней, чтобы взять и положить на стол. Вдруг она заметила, торчащие из сумки, телеграммы от старого друга барона фон Армгард. Решив, что это ей, женщина достала их из сумки.