Навеки желанная (ЛП) - Лорейн Ким - Страница 1

Ким Лорейн

Навеки желанная

(Невесты вампиров — 1)

ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ ГРУППЫ И ПЕРЕВОДЧИКОВ — ЗАПРЕЩЕНЫ!

Книга не несёт в себе никакой материальной выгоды и предоставлена исключительно в ознакомительных целях. Просьба удалить после прочтения. Спасибо!

Переведено для группы WonderlandBooK

Переводчик, редактор и оформитель: inventia

Глава 1

Маттиас

Сегодня я убью этого человека. Я пообещал своему клану, что отомщу за увечье Акселя и убийство его пары, и вот я приехал сюда на Тихоокеанское побережье, хотя предпочёл бы быть дома в Стокгольме, наслаждаясь жизнью, а не скрывать вампирскую природу. Но мой долг — отомстить за пару Акселя, Луну. Я его не подведу.

Ветер шелестит листьями, и на каждом шагу под ногами хрустят сухие, ломкие ветки. На мгновение чувства накрывает зловоние разложения от стоячего пруда, смешиваясь с запахом древесного дыма в воздухе. Я заставляю себя контролировать и концентрировать внимание. Не могу позволить окружающей обстановке затмить намеченную цель.

К моей жертве присоединяются ещё два человека, и теперь я слышу три сердцебиения. Судя по запаху пива, мои догадки подтвердились. Тот, кого я ищу уже вышел из игры. Охотники должны быть быстрыми, с отличной реакцией и опасными. Эти двое небрежны, а моя цель уже подшофе. Всё упростилось до состояния прогулки в парке.

— Принёс? — спрашивает один тонким голосом. У него начинается ломка, я чувствую её приближение по биению его сердца.

— Я же говорил, что больше не употребляю. Только выпивка и сигареты. Наркота сильно мозг туманит, а у меня есть работа.

Третий парень смеётся, затем, судя по тому, что мне видно сквозь кусты, садится на упавшее бревно и затягивается сигаретой.

— Держу пари, ты продолжаешь думать, что вампиры реальны. У тебя крыша поехала. Может нам стоит запереть тебя в психушке.

Охотник рычит, его злость витает в воздухе.

— Верь, во что хочешь. Я не стану опять объяснять принципы своей работы.

— Блин, чувак, ты грузишь.

Я чуть сдвигаюсь, и грёбаный сурок выскакивает из куста передо мной. Он бежит и громко шуршит листьями, привлекая внимание к моему местоположению, и я делаю всё возможное, чтобы слиться с темнотой.

Охотник оглядывается через плечо, и я прячусь в тени деревьев. Люди не могут меня увидеть, тем более знать, что я здесь. Может, охотник и пьян, но всё же он — охотник. Если я недооценю его, подвергну себя риску.

— Пошли, — говорит он. — Уйдём из этого чёртового леса и посмотрим, какие неприятности можем устроить, прежде чем мне выйти на другую работу.

— О, я знаю. Я уже несколько недель смотрю на одну красотку. Выясним, может ли она веселиться.

Мне всё равно, кто это сказал, потому что они выйдут на публику. А убить охотника в центре города я не смогу. Я мог бы уничтожить их всех, но гарантий, что охотник не станет отбиваться, нет. Уверен, по крайней мере, один кол один держит при себе, а, возможно, и серебряный клинок. Нужно застать его врасплох, а сейчас моё прикрытие, вероятно, раскрыто. Он слишком торопится уйти. Чёрт.

Я позволяю им добраться до опушки леса — отвратительный запах их немытых тел становится всё слабее — затем следую за ними.

Сегодня он умрёт.

Лейни

— Большой карамельный мокко с взбитыми сливками и черничной булочкой. Что-нибудь ещё? — спрашиваю я, протягивая заказ через стойку. Запахи тёплой карамели и черники наполняют воздух, и я позволяю им успокоить напряжение… Хотя бы на мгновение.

— Я же просила без сливок, — возражает женщина, корча мину. — Вы, баристы, хоть что-то можете сделать правильно?

Я внутренне съёживаюсь. Очередь уже тянется за дверью, а я совсем одна, потому что мой единственный сотрудник снова больна. Ропот людей в очереди заставляет меня произнести:

— Простите, я уберу сливки.

Она фыркает и качает головой.

— Я и так уже опаздываю.

Затем разворачивается на каблуках и уходит.

Никаких чаевых.

И так весь день. С самого рассвета я ношусь колбасой, и к шести часам вечера вымотана. Я пересчитываю кассу, кладу депозит в сейф и мою кофейню, пока она не заблестит. Когда я выхожу на улицу, уже стемнело, и холодный воздух Тихоокеанского Северо-Западного вечера навевает холод. С каждым выдохом изо рта вырываются облачка пара, и я засовываю руки в карманы шерстяного пальто, пытаясь согреться. Городок в стиле Скандинавии, где я живу, уже затихает. Сейчас слишком рано для завсегдатаев пивоварни и слишком поздно, чтобы небольшие кафе оставались открытыми. Но в эти выходные? Городок будет забит туристами, которые приедут посмотреть на знаменитые исторические достопримечательности.

— Парни, глядите-ка, кто тут у нас, — раздаётся скрипучий голос из проулка, мимо которого я иду. Чёрт. Я роюсь в сумочке в поисках перцового баллончика, когда от нехорошего предчувствия волосы на затылке встают дыбом. — Вот она, наш лакомый кусочек. Спорим, она несёт целую сумку чаевых из кофейни. — Слова парня пронизаны смесью насмешки и отчаяния.

Бросив взгляд через плечо, я вижу двух мужчин — грязных и, вероятно, ещё под кайфом.

— Оставьте меня, — говорю я, продолжая искать баллончик. Но в голове всплывает картинка вещей на кровати, которые я перекладывала из старой сумки в новую, и ужас скручивает кишки. Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

— Думаю, мы не пойдём по этому плану, дорогая. Считаю, тебе стоит подойти к нам и повеселиться.

Я иду дальше, громко стуча каблуками по тихой улице, но чувствую их спиной. Затем из-за угла передо мной появляется третий парень в низко надвинутой на лицо кепке. Я оказываюсь зажатой. От запаха пива и сигарет меня начинает тошнить.

— Прошу, заберите деньги, а меня оставьте в покое.

Я отлично помню слова моего самого первого босса о магазинных ворах и кражах с взломом. «Дай им то, что они хотят, и уходи. У нас есть страховка, а тебя вернуть мы не сможем». Я достаю коричневый бумажный пакет со скудными чаевыми и протягиваю его парню передо мной, но двое других уже слишком близко и мне страшно.

— Думаю, мы возьмём не только деньги. Каждый день ты дразнишь нас этими вырезами на кофтах.

У меня сводит желудок, когда я понимаю, что это парни, которые каждый вечер тёрлись на углу кофейни. Они следили за мной, ждали вечера, когда я окажусь одна.

— Мне это не интересно, — говорю я, пытаясь протиснуться мимо, и все трое сразу меня хватают. Я кричу, но мне закрывают рот руками, пахнущими табаком, и тащат в переулок. Я скольжу подошвами по грязи, пытаясь сопротивляться, но лишь падаю на колени, ударяясь о холодный и мокрый асфальт.

— Встань, сука. Нам нужно развлечься.

Я вскакиваю, а боль пронзает плечо. Когда один из них лижет мне шею, я не могу сдержать крика. Меня трясёт от отвращения, а по щеке катится слеза.

— Если хочешь, чтобы руки остались при тебе, лучше отпусти леди, — доносится глубокий мужской голос, но я не вижу обладателя этого голоса из-за мужчин, держащих меня. Надежда расцветает в груди, мысль о том, что кто-то пришёл на помощь схватывает сердце и не отпускает. Один из парней отпускает меня и идёт к незнакомцу. Я вижу своего спасителя — высокий и широкоплечий, похожий на ангела мщения с золотыми волосами, сияющими как нимб в свете уличного фонаря. Этот мужчина спасёт меня.

— Ты кем себя на хрен возомнил? — спрашивает напавший на меня, подходя ближе к спасителю.

— Тем, кто здесь и сейчас с тобой покончит.

Мужчина бросается на моего спасителя, но его отшвыривают к стене с такой силой, что окно над ним трескается. Мой противник падает без сознания, возможно он даже умер, а двое тех, кто держит меня, испускают проклятия. Я извиваюсь, отчаянно пытаясь вырваться. Всем своим весом я наступаю одному на ногу, а как только он разжимает хватку, поворачиваюсь и ударяю основанием ладони по носу второму. Нападающие стонут от боли, но отпускают меня и сбегают. Мой спаситель не бежит за ними, а останавливается рядом со мной. У меня дух перехватывает от красоты его лица. Идеально точёные черты, голубые глаза — именно так я представляла себе нордического принца.