День Гнева (СИ) - Кирнос Стефан - Страница 62

— А ты? — ввязался с требовательным вопросом Аркус. — Ты за что сражаешься? За Империю? За будущее? Или просто из жажды мести?

Маритон с мрачным озадаченным ликом уставил взгляд в пол и спустя секунды вновь заговорил, только все поняли, что это скорее диалог с собой:

— За что я сражаюсь? Я сам спрашиваю себя с того момента, как покинул Тиз-141. И я понял одно — не за Рейх и не за месть, а за то, чтобы человек между двумя мог встать на сторону меньшего зла. Рейх это не сказка, это государство во главе с Канцлером идёт подчинять, но я знаю, что с ним миллионы людей не потеряют человечности, что наконец-то придёт конец тюрьме под названием Информократия. У меня нет сомнения, что за ним будущее.

Худые губы юноши разошлись в хитрой улыбке.

— Нет Маритон, — тихим голоском заговорил Изор. — Не за Рейх ты сражаешься и это точно. Но за ту, что любил и не пытайся это отрицать. Но главный вопрос в том, насколько далеко ты пойдёшь, чтобы доказать серьёзность намерений…. Не пытайся говорить, что тебя заботят судьбы будущего, прошу тебя.

— А вы?! — возмущённо прорычал Маритон. — Напарники, готовы ли вы пойти за мной, чтобы отомстить за неё? Столько всего она сделала ради вас, что бы жили, а вы сможете хоть раз в жизни ради неё сделать? Готовы ли вы вернуть долг и воздать убийцам по счетам? — на секунду Маритон притих и тихо, практически не слышимо проронил. — Да, Изор, я готов пойти до самого конца, а готовы ли вы?

Комнату наполнило молчание. Все погрузились в собственные размышления, раздумывая о том, что делать дальше. Аркус и Изор надеялись на приказ командира, а Виотин размышляет о командовании и о том, а правильно поступить. Сейчас от него зависят не только две жизни подчинённых, но и возможно само будущее, хотя… совесть и чувство долга взывают к единственно верному решению.

— Что же мне ещё сказать вам? — Тихо спало с губ Маритона.

Виотин поднялся со стула, выпрямившись по стойке смирно, и заглянув прямиком в душу бывшего напарника.

— Ты всё сказал Маритон из Варси… всё, что нужно было, — его ладонь сжимается на знаке отличия, слышится звук рвущейся ткани и Виотин отрывает символику, кидая её на стол, в свете затемнённого солнца на дереве блеснула буква «С» золотым сиянием, поднял взгляд тёмно-синих глазах, в которых Маритон уже не видит сомнений и во всеуслышание уверенно говорит. — Осталось лишь сражаться, мой друг.

Такое же движение повторяют и Аркус с Изором — они отрывают золотые буквы и швыряют их на стол. Никто не сомневается, никто не в своём решении примкнуть к Маритону и он находит это радостным — в его груди сердце ласкает некое тёплое ощущение, и он понимает, что людям нужен лишь повод, чтобы восстать, главное, чтобы повод был личным, и они отринут всякое сомнение перед выбором — сохранить существующий порядок или похоронить его.

— Как говоришь, они её убили? — ноты сдерживаемого бешенства невольно прорываются в речи Аркуса. — Обратили в прах? Что ж, настало время с ними сотворить такое же!

Виотин открывает свой шкаф и двумя звонкими поворотами ключа открывает сейф, выволакивая, всё, что есть и, кладя на стол. Через пару секунд один лишь стол заполнился горкой из бронежилетов, оружия и технических средств. Маритон тут видит и фонари, и гранаты разного рода, и ловушки для танков и даже лазерный резак.

— Какой у нас план? — спрашивает Виотин, кинув на стол большую противотанковую винтовку. — Надеюсь, ты предусмотрел пути отхода, как я тебя и учил.

— Попасть в логово и уничтожить зверя, — отчеканил Маритон и тут же перешёл на более спокойную речь. — Нам нужно попасть вовнутрь главного здания и ликвидировать Легата со всем его командованием.

— Как ты планируешь это сделать?

— Есть одна возможность пробиться туда без боя, — экипируясь в бронежилет, который сел на худощавого Изора, как большая куртка на ребёнка, заговорил парень. — Недавно в городе у самого Административного Шпиля в канализации проводились работы и там сейчас есть доступ к нижним этажам. Мы можем спуститься туда и на месте работ пробиться вовнутрь и ликвидировать Легата.

Как снег на голову — дверь распахивается и в неё входит непонятный боец, перебивший речь паренька. Он одет, так же как и солдаты Ауксилии, и шаркая алым балахоном, как хозяин прошёл через порог, тут же всем стало понятно, кто он и зачем явился. В его руках сжат автомат и ещё чуть-чуть и он разразится очередью по собравшимся. Маритон подхватывает свой дробовик и из дула с рёвом вырывается разгорячённая картечь, разрывающая грудь солдату, ещё один выстрел и металл крошит череп на куски, отбрасывая с порога и за дверь противника.

— Противник! — звучит крик за дверью. — Вон в том здании!

В ответ высовывается Виотин и даёт дуплет из энергетического ружья, заставляя заткнуться ещё одного солдата врагов. Слышится хлопок на весь сектор, многократным эхом возвестивший о ещё одном убийстве и противник превращается в обугленный кусок мяса, резины и металлов.

— Похоже, будем прорываться с боем! — выставив дуло белого автомата в окно, констатировал Аркус, наблюдая за перемещением врагов. — К нам подходят ещё раз… два… шестнадцать единиц вражеской пехоты. И не только, — на глаза мужчины попадается плоская башня танка, что издали медленно, будто бы крадучись подбирается к группе. — У нас большие проблемы. Лёгкий танк!

Маритон видит, что творится вокруг — их окружают и готовятся уничтожить, но никто не желает отступать или менять намерения. Изор подтаскивает к окну противотанковую винтовку и собирается дать залп по лёгкому танку. Никто не сомневается в своём выборе и Маритон не испытывает укора и сомнений, что сегодня вступил в великую игру политиков и мировых сил.

— Ну, командир, что будем делать? — обращается Виотин к Маритону.

— Командир? — переспрашивает с удивлением мужчина, хватаясь за противогаз.

— Да, ты нас в это втянул — те и нести ответственность за нас. Так что будем делать?

Маритон натягивает на лицо маску противогаза и секундой позже активирует устройство связи, обращая в передатчик чёткую речь:

— Господин Лефорт Аурон, нам нужна ваша помощь!

Часть вторая — война за будущее: Глава восемнадцатая. Слово против «Кода»

Глава восемнадцатая. Слово против «Кода»

Этим временем. Флоренция.

Несмотря на общую унылость и монохромность небес, отсутствие игры солнечного света, всё преобразуется ярким синением ядовито-синего цвета, в котором утопает величественный город, столица новой цивилизации, выстроенной на идеалах интеллектуально-кастовой системы и намеревающаяся привнести в мир прогресс и развитие. Сотни метровые шпили и целые кварталы из тридцати или сорокаэтажных строений ютятся вместе с древними постройками из былых эпох. Несмотря на изрядную любовь к прогрессу власть решила оставить памятники древних культур, и теперь Флоренция стала воплощением сочетания несочетаемого — объятые ярким светом всех оттенков ультрамарина высокотехнологичные здания, украшенные сотнями и тысячами голографических изображений стоят практически рядом со старыми кварталами, где своё место нашли обычные каменные и кирпичные строения времён феодальной Италии и Итальянской Республики двадцать первого века.

Вся Флоренция, имя которой теперь на карте Информократии Флоренц-1, разделена на четыре огромных квартала, которые достойны названия отдельно взятого мегаполиса. «Старая Флоренция» — всё, что было дол Информократии и именно там, по большей части стоят древние и старые дома, живые памятники мёртвых культур и стран. Там селятся люди бедные, нищие, не способные выдержать требования жизни в столице и выкинутые бесконечными инфо-нормами за пределы жизни. Так же сюда стекаются програманне, чтобы оказаться в шкуре туристов, исследующих руины ушедших в небытие стран и держав. «Старая Флоренция» примыкает к первому кольцу нового города, выстроенного Апостолами для доказательства могущества и силы их режима. Первое кольцо или «Система Жизни» стала ни чем иным, как зоной для проживания большинства програманн, и их работы в культурных и промышленных заведениях, наряду с продуктовым обеспечением. Тут они живут и трудятся всю жизнь, выполняя работу, не административного, духовного или военного назначения. Шесть миллионов жителей приходится на этот огромнейший участок земли, что взял в толстое кольцо, имя которому «Храм Просвещения и Духовности». Тут собрали всех клерков государственно-административного управления, религиозных клириков и высшее командование. Самые роскошные храмы, в сине-золотом свечении доказывают праведность веры в Макшину, усеянные неоновыми украшениями. Но «праведное» слово инфо-жрецов подтверждается силой оружия, которое хранят огромные исполины — казармы и дворцы военного искусства, чьи габариты высотой могут поспорить с полусотней этажей, а их ширина, как отдельный небольшой городок. Всё это приправляется «Системами Информатизации и Администрации», где сидят сотни тысячи и миллионы людей, поддерживающих в порядке всю государственную систему. Ну а в центре фантасмагории городской гиперболизации поставлен Дворец «Неоспоримой Воли», ставший местом единого правления Апостолов, чьему слову повинуется каждая структура, каждый програманнин и раб. От их взора ничего не укрывается, ничего не прячется, а слово так мудро, что его пытаются показать, как аксиому, которая единственно истина в жизни. Сам дворец выглядит необычайно, представляя комплекс строений — пирамид и полусфер, кубов и жутких построек, устремляющих на пятьсот метров в поднебесье. Именно он и есть оплот всей власти в Информократии, которая сегодня испытала ужас вторжения.