День Гнева (СИ) - Кирнос Стефан - Страница 4

— Мы приехали. — Мягкий голос водителя вырывает из размышлений Маритона, возвращая к действительности.

— Благодарю вас.

Парень открывает дверь и спешит выйти из такси. На губах мужчины проскальзывает тень лёгкой улыбки от уроков истории, где им говорили, что таксистам раньше за развозку платили деньги. Теперь, когда все сферы общества контролирует Информократичное государство, по сути, слившись с обществом, и определив таксистов и развозчиков в «А-8», они теперь работают за еду и обеспечение коммунальными благами. Ничего лишнего, ибо как гласит Информационно-устанавливающая Проповедь № 12 «Физическо-рабочим людям, не обременённым разумением и способностями использования информации без надобности интеллектуальные блага, ибо понять их, как понимают их информационно-одарённые, они не способны».

Такси спешно уходит, оставляя Маритона одного. Перед ним стелется огромная площадка из зелёной стекло-плитки, на которой громоздится высокое огромное здание, бесконечно устремляющееся вверх, как бы стараясь достать небесную твердь. Семьдесят этажей монументальности из камня, бетона и стекла в ввысь и десять под землю и по сорок окон на этаж. И где-то после тридцатого этажа строение начинает сужаться, превращаясь в шпиль, накрытый сверху серым полушарием. Вся постройка светится ядовитой синей пульсирующей подсветкой, вновь утверждая силу электричества, значит и прогресса.

Ступени исполнены из гранита, что является исключением для стилей зданий и их отделки на улице. Поднимаясь по ним, каждый шаг Маритона чеканит звонкий стук сапожного каблука, от которого содрогаются два рабочих, начищающих здесь до блеска ступени. «А-8», побритые под ноль, женщина и мужчина старательно моют гранитную поверхность, посматривая на неживой алый глаз мужчины. Служивый глядит на них с явной горестью, так знает, что им всю жизнь придётся быть на положении рабов, которые загнаны под пяту молотом идей меритократии[3].

— Предъявите ваши информационно устанавливающие документы. — Послышался голос, как только мужчина приблизился к серой двери.

В руках неожиданно сверкает серебристая пластинка и тут же длинные металлические пальцы экзо-руки прикладывают её к специальному устройству на самой двери. Пара секунд и проход открыт.

— Мы следим за вами, ради блага для всех, — звучит безжизненный голос.

— Да-да, — недовольно, шёпотом молвит Маритон, минуя охранный пост, расположенный в небольшой комнатушке, похожей на тамбур старого поезда, только слишком чистый и неприлично серый, как и вся действительность.

Сейчас со всех сторон его осматривают камеры и анализируют деятельность, вплоть до сердцебиения. И если они заподозрят нечто подозрительное, то тут же Охранная Система вынесет предупреждение, а если ответа не последует, то скрытые турели изрешетят нарушителя.

Как только Проверочная Комната остаётся позади, мужчина проходит за вторую дверь и попадает в длинный коридор, без конца и края. Никого нет, он пустынен, словно помещение заброшено. Но это так может показаться лишь на первый взгляд, ибо все сейчас на совещаниях, проводимых в своих кабинетах. Его Информационно-Собирательная Группа всегда располагается в кабинете под номером пятнадцать, а идти до него не далеко, так как все кабинеты идут строго друг за другом. И ступая по мягкому чёрному ковру, положенному на мраморные плиты, Аккамулярий быстротечно добирается до двери и берётся за пластинку, прикладывая её там, где раньше были ручки. Одобрительный звук и мужчина проходит вовнутрь.

Рабочий кабинет не широк, но и не мал. Под ногами чувствуется холодное грубое покрытие яркого синего линолеума, сверкающего хаотично разбросанными фиолетовыми прожилками. Посреди двух окон расположился широкий стол начальника Группы, окружённый десятью, одетыми в такую же одежду, что и вошедший парень, людьми, а у серых стенок рабочие места — стол и компьютер на нём.

— Вот и наш Маритон УК-115, - зазвучал констатирующей тональности голос, доносящийся из-за стены подчинённых. — Ещё немного и ты бы опоздал, и пришлось бы наказывать.

— Хм-м-м, — затянул Маритон, — но не опоздал же. Я здесь, совещание ещё не начато.

— Проходи и займи своё место, — недовольно буркнул начальник. — Ждать остаётся пять минут.

Маритон становится по праву сторону возле сослуживцев, образуя полукруг возле стола руководителя. Отсюда он видит всех, но вот знает и постоянно общается лишь с четверыми, остальные новенькие и их лица он даже не запоминает. Худощавый Изор УК-209, со светлыми волосами и вольными чертами лица, похожий боле на подростка. Аркус УК-101, массивный, с атлетическим телосложением, с длинным чёрным волосом, походящий на сурового германца из древнего Тевтембургского леса. Их начальник — Виотин УК-99, с сухими чертами лика, лишённый волос с округлым зрелым лицом, осматривающий свою Группу холодным взглядом живых тёмно-синих очей. Справедливый, но суровый, он выполняет порученную работу с ярым рвением и пунктуальностью, направляя работу подчинённых наиболее эффективным способом. Никто не смеет противоречить его Информационно-Устанавливающему Приказу.

Но больше всего Маритон рад наблюдать за Анной УК-205. Длинный смольный волос девушки снисходит аккуратно на плечи, покоясь на блестящих искусственных тканях. Настороженный взор касается худого лика, щёк, с лёгкими ямочками, делающими лицо более привлекательным на взгляд, и опускается до аккуратных бледных тонких губ и секундой позже устремляется прямиком в очи прекрасного оливкового цвета. Двух секунд хватает, чтобы потревожить измученное временем сердце бывалого Аккамулярия и заставить пробежать по телу волну душе трепещущего содрогания. Парень втягивает в лёгкие воздух и ощущает стойкий цветочный аромат пышущей розы, чудесно сладковатые и воздушно лёгкие — таков запах духов Анны, который развеял за пару минут стояния в кабинете все омерзительно-приторные благовония, раздаваемые церковью Макшины.

Руководитель группы мельком усмотрел неоднозначный взгляд мужчины и демонстративно кашляет, приковывая внимание к себе. Старый театральный приём, но начальнику нравится его повторять.

Звонок, переходящий в писк внезапно возвестил о том, что уже девять часов, а значит можно начать утреннее Информирующее Совещание. Руководитель встаёт с высокого кресла, показывая, что он одет, как програманне группы «С-2», а именно — на ногах, в районе талии на животе с помощью ремешка держаться брюки, покрывающие чёрные, начищенные до зеркального блеска туфли, а на торсе покоится чёрная рубашка, виднеющаяся на груди, сжимаемая старенькой курткой, сшитой из светло-синих ниток.

— Так, сослуживцы, — сухо заговорил начальник, — сегодня нам поручено проверить городской промышленный сектор «ЖК-02» на наличие вирусных элементов общества. — Внезапно руководитель замолкает, опуская взгляд в стол, начиная по нему рыскать.

— Уважаемый Руководящий Аккамулярий, — обращается субтильная блондинка, — можно спросить.

— Да, Ирис УК-1065.

— А какие информационные основания у нас для информационно-получающей проверки?

— Об этом я и хочу сказать, но вот, — рука начальника шерстит всю поверхность стола в поисках чего-то. — Ах, нашёл. — В руках начальника показалось устройство, похожее на стальной кубик, зажатый в плотных пальцах. — Тут содержаться Реестр тех, кто не появлялся на проповедях местного Инфо-Культа больше недели. А так же список тех, кто высказывает не санкционированные реплики, содержащую информацию, угрожающую Информократии.

— А что там именно, Уважаемый Руководящий Аккамулярий?

— Там, Сатор УК-2009? — губы начальника краями подтянулись, показывая потаённую улыбку. — Вся информация, которую мы так любим. Цитаты из разговоров, вырезки из переписок и записи телефонного общения, а так же есть пара фотографий несанкционированного совокупления особей мужского и женского пола.

— Исчерпывающая информация, — констатирует Маритон, складывая руки на груди. — С кем нам придётся иметь дело, Уважаемый Руководящий Аккамулярий?