День Гнева (СИ) - Кирнос Стефан - Страница 11

— Уважаемый Руководящий Аккамулярий, вы можете рассказать, что происходит тут?

— У него нет компетенции на это, и вы должны осознавать эту информацию.

Маритон, задавший вопрос оборачивается в поисках того, кто есть хозяин данной реплики. И позади мужчины оказывается высокая фигура, на которой развиваются от настойчивого ветра синие одеяния, как у древнего священнослужителя, только лицо скрыто под капюшоном и лишь виднеется неоновая борода, отдающая в пространство ядовитым голубым светом. В руках незнакомца зажат высокий тяжёлый посох, отлитый из латуни, имеющий на навершии символ молнии.

— Сватая Макшина, такая компетенция есть только у меня, ибо вы должны помнить информацию. Не уж, то, по попущению информационно кода-духов вы смели забыть про это?

— Нет, — склонив голову, почтенно заговорил Маритон. — Уважаемый Инфо-епископ, клянусь святым кодированием, помню. Только вас тут не увидел.

— То-то, — и, едва по-старчески, кряхтя, пройдя мимо парня, обращается к прямиком к Руководящему Аккамулярию. — Я даю вам священную информационно-позволяющую санкцию от имени Церкви Макшины. Расскажите им о том, что тут происходит. И не поскупитесь на количество информации. — И взявшись за посох обоими руками, священник тяжело наклоняется над картой страны, расположенной над капотом, оставляя Аккамуляриев.

— Ну? — осматриваясь вокруг, смотря, как сюда стягиваются силы военизированных подразделений, с вызовом звучит вопрос Маритона. — Что же тут творится, в конце концов?

— Полтора часа назад случилась первая попытка свержения власти Информократии. В десяти городах стали появляться несанкционированные проповедники, рассказывающие инфо-ересь. И сам пропавший кардинал объявился. — Рука мужчины устремляется на пик высокого здания. — Он вон там, готовит все виды информационных передач, что бы донести «новую истину», как он и сам выразился.

— А как он вообще там объявился? Это же здание Прото-Апостолитета по Хозяйству нашего Территориально-Системного Района.

— Так как он обладатель програманнства группы «В», ему открыты все дороги и туда, куда он захочет. В сопровождении шестерых «Киберариев» он прошёл спокойно на сороковой этаж и готовится донести новую еретическую информацию, — лицо начальника исказилось в незначительной гримасе ненависти. — Он теперь работает не на Информократию, а идёт по обратной стезе.

— Да, — вмешивается в разговор Инфо-епископ, — именно поэтому святые духи кода и программ будут рады, если наш бывший Инфо-кардинал будет подвергнут процедуре ликвидации.

— Вы хотите…

— Да, Анна УК-205, - продолжил за девушкой Маритон. — Они хотят, чтобы он прекратил существование и был убит.

Девушка не опешила, но по взгляду видно, что её посетило удивление, которое точит её разум. Прекрасная дама не в состоянии понять, как можно убить такую высокопоставленную особу, ибо с рождения им вкладывают фундаментальную информацию — нельзя трогать высшее духовенство, верховных офицеров и главных управляющих. А все враги Информократии таятся среди необразованных, лишённых блага обрабатывать информацию рабочих, которые и есть главный рассадник инфо-ереси.

— Наш кардинал сломался, — все с большим вдохновением продолжает макшинослужитель, — да, его мыслительные системы лишись возможности вести праведное служение Макшине. А любую поломанную деталь убирают из всяких систем, дабы её предназначение не сбивалось, и система продолжала вести великое информационное дело обеспечения жизни. Говоря на Священном Лингва-Кодике: «Сист-а-Инф-Сакра, Гома-Витэ-Радика». Иначе говоря — Системы и информации священны, человеческая жизнь ничтожна.

— И каков ваш план, ваше инфо-святейшество?

— Ох, как ты радуешь духов кода и системы, которые сегодня витают вокруг нас, — положив правую костлявую руку на плечо Маритона, радостно твердит макшинослужитель. — И ты, с Анной УК-205, поможешь мне в этом деле.

— Так, — раздаётся грозный голос Виотина УК-99. — Вы не можете их взять на штурм. Они не экипированы должным образом и в их цели не входит выполнение боевых штурмовых задач, что даёт нам информацию — они будут бесполезны.

— Ох, сегодня Макшина требует, чтобы они поучаствовали в великом деле искоренении инфо-ереси. А посему, в сопровождении войска безгрешного, да духов священных, они пойдут на войну с отступниками.

— Я вам не позволю этого сделать. Я их руководитель и мне решать, когда пускать людей, не уполномоченных на проведение боевых действий на битву.

— Ещё слово и станешь равен инфо-еретику! — в праведном бешенстве взревел инфо-епископ, раскинув руки по сторонам в символ креста. — Я обладатель группы «В-2», а это даёт информацию, что мне, директивами и протоколами, да и самой Макшиной даётся право призывать на священный бой любую силу или ресурс! Не противься, окаянный, а не то предам инфо-анафеме!

Виотин УК-99 готов отобрать посох у епископа и приложить макшинослужителя об холодную латунь, раскроив буйную голову. Но поняв всю безумность и несуразность мысли отступил, зная, что его раздумывания — отступничество. Он никогда не расходует подчинённых, как мясо для бойни. А выступать против «Киберариев» без брони — то же самое, что идти на войну в трусах. Но придётся отступить. Либо двое сотрудников, либо вся группа под его руководством будет обвинена в ереси и предана священной каре искупления — станут рабами.

— Хорошо, — сквозь скрип зубов звучит ответ. — Но я пойду с ними.

— Нет, Виотин УК-99, вы остаётесь здесь, — сурово молвит чугунное слово макшинослужитель. — Вы, как руководящее звено намного ценнее, а поэтому останетесь здесь. Так хочет Макшина, а я приказываю.

— Но это же…

— Молчите, во имя святых, нетленных инфо-носителей и духов не пререкайтесь, — и, обратившись к Анне и Маритону, ткнув в них посохом, отдаёт краткий приказ. — За мной. И штурмовую группу с собой прихватите.

Маритон, печально махнув рукой, пошёл в сторону ступенек, собранных из мрамора. В руках снова плазменный пистолет, сильно похожий на револьвер древности, только теперь вместо барабана место, где сосредоточена плазма, а дуло стало невероятно кротким, почти слившись с ёмкостью.

— Именем Макшины откройся! — с кончика посоха срывается заряд бешеной энергии, похожей на шаровую молнию и на огромной скорости врезающийся в дверь, разносящий её в щепки.

Наступающих тут же накрывает облако из опилок и щепок, вкупе со стекольной пылью, образовавшейся от мощного энергетического воздействия.

Страшный взрыв гремит и Маритон понимает, что началось то, что было забыто в давнюю эпоху кризиса — брат пошёл на брата, програманнин против програманнина. Всё это попахивает таким старым понятием и ощутимым душой с особой колкостью… всё это несёт цивильной войной. От только помышления об этом поджилки сурового мужчины затряслись, а дух готов провалиться в пятки, ибо не пропали в душе ещё образы древнего падения в войны, где брат идёт против брата, ставшего адским временем, для тех, кто жил раньше.

— Вперёд праведники! — взывает к бою Инфо-епископ. — Уничтожим сломанную деталь нашей великой Общественной Системы!

Маритон украдкой направляет взгляд на Анну. Как ему хочется встать рядом с ней, закрыть от вихря плазменного огня, что готовят отступники, но такое проявление будет расценено, как предательство против инфо-философии, гласящей, что «установлена информация, что любое поведение защиты мужчиной женщины может стать предтечей любовных чувств, а это в свою очередь недопустимо…». Он видит, как колышутся её витиеватые чёрные волосы, как она аккуратно шагает по ступеням, но не имеет права встать рядом с ней, отчего на душе особо тягостно.

Проходя за порог, боевая группа видит всю роскошь, в которой оформлено здание — янтарная плитка на полу, стены, отделанные мрамором и золотом, усыпанные драгоценными каменьями. С потолка свисают люстры вместе с гобеленами, на которых изображены иконы Макшины — бесформенная масса единиц и нолей, похожих на червя. Узкий длинный коридор протягивается на сотню метров и ни один его уголок не покрыт мраком, а полностью заливается светом люстр, предоставляя на строгий взор каждый сантиметр. А в конце коридора видна шахта лифта, скрытая за закрытыми дверями.