Извращённые Узы (ЛП) - Рейли Кора - Страница 49

Я подавила смех и протянула руку.

— Мне нужен еще глоток.

Римо протянул мне стакан, и я сделала большой глоток, содрогаясь от силы алкоголя.

— Чертова трата хорошего рома. Ты ненавидишь крепкие напитки.

— Да. — ответила я и вернула стакан Римо. — Думала, это поможет.

Римо улыбнулся.

— Когда это алкоголь хоть в чем-то помогал?

— Помогает забыть.

— На несколько часов, но становится хуже, когда ты снова об этом вспоминаешь.

Я прикусила губу, зная, что он был прав. Адамо пытался справиться таким же образом, и я могла видеть, куда это его привело.

— Мы так долго пытались.

Римо задумчиво наклонил голову. В его глазах не было жалости, что было хорошо, и поэтому мне нравилось разговаривать с Римо.

— Нино стреляет холостыми?

Я моргнула, все еще, после всего этого времени, ошеломленная прямотой Римо.

— Не знаю, не думаю, что это он. Это моя вина. Я просто знаю это глубоко внутри. Со мной что-то не так. Может, я не заслуживаю, быть счастливой. Сначала мои родители, потом Дюрант, а теперь вот это...

Я начала задыхаться, когда отчаяние и печаль заполнили мою грудь. Я не могла поверить, что произнесла эти слова вслух. Они преследовали меня уже долгое время.

— Киара, прекрати это.

Римо схватил меня за лодыжку, заставив вздрогнуть. Моя голова дернулась вверх. Он редко прикасался ко мне. Я сглотнула, сосредоточившись на его лице.

— Никто не виноват, и с тобой все в порядке, поняла?

— Это несправедливо. — в отчаянии прошептала я.

Римо допил оставшийся ром.

— Жизнь чертовски несправедлива. Она хочет раздавить тебя, но ты не можешь позволить этой суке победить. Ты должна заставить ее играть по твоим правилам.

— Ты говоришь с такой легкостью, но для меня это не так. Ты сильный. Никто и никогда не сможет заставить тебя что-то сделать.

Римо наклонился вперед, сжимая мою лодыжку.

— Ты знаешь, сколько людей осмеливаются говорить мне правду в лицо? Сколько из них не обосрались, когда остались со мной наедине?

Я отрицательно покачала головой. Наверное, их было немного. Серафина, его братья и Фабиано... даже Леона все еще опасалась Капо Каморры.

— Ты по-своему сильна, Киара. Ты Фальконе. Мир принадлежит тебе. Если ты хочешь ребенка, ты его получишь.

Я рассмеялась.

— Я знаю, что ты могуществен, но некоторые вещи выходят из-под твоего контроля. Ты не можешь похитить одного.

— Если Нино стреляет холостыми, ты можешь получить мою сперму, чтобы забеременеть.

Я поперхнулась.

— Ты это серьезно?

Он приподнял бровь.

Я отрицательно покачала головой.

— Ты действительно серьезно. Думаешь, Фина согласится, если ты станешь донором спермы?

— Мы все одна семья. Я хочу, чтобы вы с Нино исполнили свое желание, и Серафина поймет.

— Со мной не сработает.

— В наше время врачи могут делать все, что угодно. Вы с Нино должны пройти обследование. Как только ты узнаешь, в чем проблема, ты сможешь найти решение.

— Может, нет никакого решения.

— Всегда есть. Вы можете усыновить. Возможно, это не самая худшая идея, учитывая, как мы с Нино запутались.

— Это из-за вашего детства.

— Поверь мне, часть этого наследуется.

Его губы скривились, будто он вспомнил все, что они делали на протяжении многих лет.

— Я думала об усыновлении. — я посмотрела на Римо. — Но я не хочу, чтобы дети были, чем то меньшим, потому что они не кровные родственники.

— Единственная кровь, которая меня волнует, это кровь ублюдков, которые нет так будут относиться к твоим детям из-за какой-то дерьмовой ДНК ерунды, и только потому, что я буду купаться в ней после того, как перережу им глотки.

Я пересекла небольшое пространство между нами и впервые в жизни обняла Римо.

— Спасибо. — прошептала я. — Ты такой, каким я хотела бы видеть своих братьев. Мне все равно, что люди говорят о тебе, я люблю тебя, как брата.

Римо замер, затем легонько коснулся моей спины, но ничего не сказал в ответ — не то чтобы я ожидала этого от него.

Я отстранилась, прочистила горло и вытерла глаза.

Римо поднялся на ноги и протянул руку.

— Пойдем. Давай присоединимся к остальным в бассейне.

Я взяла его за руку и позволила ему поднять меня.

— Я не в бикини.

— Тогда иди переоденься. Пойду посмотрю, в настроении ли Адамо перестать дуться.

Он посмотрел на меня еще мгновение, затем взял брошенный тест на беременность и ушел.

Я глубоко вздохнула, чувствуя себя немного лучше.

Римо был прав. Жалеть себя было бесполезно.

• ── ✾ ── •

Через десять минут я пришла к бассейну, одетая в свое красное бикини и летнее платье поверх него.

Серафина и Леона были в воде, каждая из них толкала близнецов вокруг бассейна в маленьких плавучих единорогах, которые Серафина заказала для них.

Савио лениво растянулся на одном из шезлонгов, его плавки были натянуты опасно низко, демонстрируя верхнюю часть этой отвратительной татуировки быка.

Савио с ухмылкой приподнял темные очки.

— Не можешь оторвать глаз от моего минотавра, да?

Я поморщилась.

— Все еще не могу поверить, что ты позволил Нино набить это на твою кожу.

Савио опустил взгляд на свою упаковку пива, затем поднял пояс и заглянул под него.

— Ты должна увидеть остальное. Думаю, ты передумаешь.

Мои щеки вспыхнули. Мокрый мяч полетел к голове Савио, и он блокировал его предплечьем.

— Эй!

— Веди себя прилично. — предупредила Серафина.

Савио скрестил руки за головой, выглядя слишком довольным собой.

— Ты любишь нас раздражать, да? — сказала я с легким смешком.

— Это больше удовольствия, чем я ожидал.

Я вылезла из платья и быстро опустилась в бассейн, чувствуя себя неловко в своем крошечном бикини рядом с другими парнями, кроме Нино.

Савио снова опустил темные очки.

— Как насчет того, чтобы испечь нам вкусное печенье из белого шоколада и макадамии?

— Я думал, ты когда-нибудь избавишься от зависимости от сладкого. Как ты можешь набивать свое лицо всем этим сладким дерьмом?

Сказал Римо, направляясь к бассейну в плавках. Адамо нигде не было видно.

Савио пожал плечами.

— Мне нужно это. Чтобы давать дамам немного сахара.

Я фыркнула, направляясь к Леоне, Серафине и близнецам.

— Ты абсолютно невозможен. Эти линии приема действительно работают?

— Нет. — сказал Римо одновременно с Савио. — Да.

Римо отмахнулся от него.

— Неважно. Я удивлен, что ты не получил гребаный леденец вместо этого быка, нарисованного над твоим членом. Послал бы ясное сообщение.

— Девушки, с которыми я встречаюсь, знают, что делать с моим членом. Им не нужен леденец, чтобы напомнить им, и если у них мозг мертв, я дам им указатели.

— Но тебе нужен бык, чтобы напоминать себе, что ты животное в постели, или что?

Римо тоже опустился в бассейн.

Леона и Серафина заметили мои красные глаза, но я одарила их яркой улыбкой, не желая, чтобы они волновались.

— Не волнуйся. Мне не нужно напоминать. — сказал Савио.

Его телефон запищал, и он взял его с маленького столика рядом с шезлонгом.

Когда я сменила Леону, толкающую матрас Греты, Римо присоединился ко мне.

— Он не хотел выходить? — спросила я.

— Он угрюмый. Очищение — дерьмовая вещь.

Леона оживилась.

— Если ты хочешь, чтобы я поговорила с ним, я поговорю. Я столько пережила с мамой, так что я понимаю.

Римо бросил на нее быстрый взгляд. Она покраснела, но на этот раз выдержала его взгляд.

— Почему бы и нет? — в конце концов сказал он. — Расскажи ему несколько ужасных историй, я уверен, что у тебя их было достаточно.

— Да, конечно.

Грета лучезарно улыбнулась Римо.

— Папа. — сказала она своим милым высоким голосом.

Римо вытащил ее из матраса, и она улыбнулась.