Год Белой Змеи (СИ) - "С. А. В." - Страница 164

— Это не мы, это Штригль. Он что-то в мозгах Ортего поменял. Ты, товарищ Зейц не томи, рассказывай, что нового на фронтах?

— Э-э не, так не пойдёт, вы меня сейчас по очереди о новостях спрашивать будете, давай я лучше сразу для всех расскажу. Пошли Трофим Иванович в радиоузел, пока ребята занятия не начали, расскажу вчерашнюю итоговую сводку по общей трансляции.

Володя, окруженный коммунарами, направился в школу, а мы с Распашным в сторону к восстановленной колокольне, ставшей радиовышкой. Пока десять минут шёл до радиоузла, поздоровался ещё с несколькими десятками коммунаров, большинство сейчас в посёлке, на работе только дежурные смены. Правая кисть ощутимо заныла, после почти сотни рукопожатий.

Идеократические сообщества манипуляцией не занимаются, они прямо и открыто объясняют свои действия и цели.

ГЛАВА 25

Оставив машину на стоянке аэродрома, дошёл до самолёта. Экипаж уже ждал меня, через пятнадцать минут уже были в воздухе, наш курс уже лежал на Майами. Всю дорогу благополучно проспал, правда, толком выспаться не успел, долетели быстро. В небе над Майами, было довольно оживлённо, из-за этого лишних полчаса кружили над аэродромом, ждали от диспетчера коридор на посадку.

Благодаря тому, что Майами расположено на восточном побережье, это сейчас самый модный зимний курорт в штатах. Не взирая на идущую сейчас войну с Японией, или как раз благодаря ей, число оттягивающихся в этом благодатном месте в входные дни, выросло за месяц почти на половину. Десятки тысяч, почти сплошь "бизнесменов" от промышленности или армии, после будней "военных усилий", срубив очередной денежный куш, с туго набитыми долларами карманами, отправлялись сюда в выходные отдохнуть и развеяться после "тяжких трудов". Идущая война и льющаяся кровь в Европе, Азии, Африке, помогала легко стричь огромные шальные бабки, таким с позволения сказать предприимчивым американским "бизнесменам" от экономики, промышленности и армии.

Флорида и Майами-бич, для человека с большим счётом и туго набитыми долларами карманами, предоставляли все возможные и известные американским буржуям удовольствия. Кроме шикарных пляжей с чистейшим белым песком, многочисленные отели, игорные дома, сотни кабаков, ресторанов, стриптиз-баров, дансингов, и даже ипподром, готовы были удовлетворить полный ассортимент желаний, только плати. Для долее взыскующей части отдыхающих, имелись различные клубы — спорт, гольф, яхт, конные, и т. д. и т. п.

Отдыхающие добирались сюда, кто на поезде, кто на машине, а кто-то и на собственных яхтах. Но более трети по воздуху, поэтому самолёты садились и взлетали почти каждые пять минут, не смотря на ранние утро воскресенья.

Наш Дуглас отогнали на стоянку в какой-то дальний угол аэродрома. Выйдя из самолёта, взяв раскладной стульчик у экипажа, сел в тени фюзеляжа. Обдуваемый лёгким ветерком, глядя на суету аэродрома, приготовился ждать встречающих, хорошо долго ждать не пришлось.

Видимо, выяснив в диспетчерской, куда поставят наш самолёт, минут через пятнадцать, на представительском 7-ми местном Кадиллаке 90 серии, с кузовом "Империал-седан", подъехали Северский с представителем "Ченс Воут". Машину явно была взята в прокате. "Понятно, охмурять будут" — подумалось мне в тот момент, при взгляде на шикарный лимузин.

Поздоровался с Александром Николаевичем, познакомился с прилизанным, набриолиненным, обильно потеющим толстячком менеджером из "Ченс Воут", улыбающимся мне, как самому дорогому и любимому родственнику. Убрав мой чемоданчик в багажник, сев в просторный салон Кадиллака, доехали до таможни. Где сонный таможенник, молча и равнодушно, поставил в моём паспорте отметку о везде. Затем поехали в Майами.

Проехав деловую часть города, с местной достопримечательностью 28-и этажным небоскрёбом, в стиле позднего Арт-деко, как будто несколько высотных зданий поставили одно на другое. В его нижних этажах находился муниципалитет с сопутствующими службами, на средних, разные конторы и городской суд, а вот верхние этажи, занимала городская тюрьма. С моей точки зрения, действительно, достопримечательно и оригинально.

Пока ехали к отелю, толстячёк с энтузиазмом расписывал, какую программу по посещению увеселительных заведений он подготовил на сегодня, завтра, послезавтра и так далее. "Ню-ню, пой-пой пташечка, точнее колбочек. Если я последую твоей "культурной программе" — думал я, слушая его с благожелательной улыбкой — то к концу недели потолстею, килограмм на пять-десять, полностью проспиртуюсь и как пить дать, подцеплю какую-нибудь "веселенькую болезнь" от местных красоток. И к моменту демонстрации прототипа "Си Вульфа", окончательно отупею, перестав что-либо соображать. Похоже, что действительно не всё чисто с этим палубным торпедоносцем. Наверно Олаф прав, мутит чего-то Александр Николаевич".

Остановились на Коллинз-авеню, протянувшейся через весь Майами-бич, у отеля средней руки Ritz Plaza. Там мне и Северскому сняли номера. Номера были обычные, двухкомнатные, кабинет и спальня. Правда стоили они, словно пятикомнатный люкс, в хороший пятизвёздочном отеле Нью-Йорка. Модный курорт, однако.

Толстячёк менеджер, предложил нам освежиться и привести себя в порядок, а потом ехать завтракать в один из модных сейчас ресторанов. Вот тут я его и обломал, сказав, что на составления мнения о торпедоносце, у меня максимум полтора два дня, вечером в понедельник, по любому вернусь в Мексику. Так, что план действий такой. Сейчас я приму душ, побреюсь, и через полчаса встречаемся в ресторанчике при отеле. Завтракаем и едем на авиабазу, смотреть прототип. Не давая им времени начать уговоры, пошёл к себе в номер.

После завтрака, что прошёл под грустное сопение толстячка менеджера и задумчивое молчание Северского, поехали на авиабазу. Выезжали мы из Майами через его западную часть, контраст с центром города и восточной частью с кварталами вилл и коттеджей, расположенных ближе к океанскому побережью, просто разительный. Ряды обшарпанных фанеро-деревянных домов, зачастую откровенных убогих сараев, в большинстве своем ещё и залатанных кое-как фанерой или досками, лепились в плотную друг к другу по обеим сторонам пыльных улиц. Ни газонов с клумбами, ни королевских пальм, ни цветущих деревьев, вообще никакой зелени в помине. В разрывающих ряды этих строений, язык не поворачивается называть их домами, неасфальтированных переулках, на протянутых от окна к окну веревках сушится белье. Тут же, на пыльной мостовой играют, по большей части, босоногие и полуголые ребятишки. Это так называемые кварталы "белых бедняков" и цветных — более точное слово для них, трущобы, оборотная сторона шикарной центральной и восточной части города. Большинство обслуживающего персонала для буржуйских вилл, фешенебельных отелей и ресторанов, как раз из этих западных кварталов.

Миновав город, Кадиллак прибавил скорости, за окном плантации авокадо и каких-то цитрусовых, сменялись военными лагерями, потом снова плантациями. Военных в самом городе не так уж и много, зато за городом, не побоюсь сказать — "прямо кишат". За те полчаса, что ехали от Майами до авиабазы, насчитал четыре военных лагеря и вроде как пару полигонов.

На авиабазу нас сразу не пустили, хотя у толстячка менеджера были разрешающие бумаги. После его переговоров по телефону с начальством, выделив для надзора за нами сержанта из военной полиции, нас пустили внутрь. Правда, Кадиллак, пришлось оставить на стоянке перед воротами базы. До ангаров с прототипом торпедоносца, пришлось идти пешком пару километров, мне-то это было не сложно, а вот Северскому с протезом пришлось не сладко, и толстячёк менеджер пыхтел как запалённая лошадь.

Полдня разбирался с чертежами, облазив весь торпедоносец, одновременно слушая пояснения инженера из "Ченс Воут", находившегося здесь же с парой техников, для обслуживания самолёта на период испытаний. Толстячёк менеджер, передав меня этим ребятам на руки, удалился, пообещав заехать за мной вечером. Я отказался, сказав, что вызову такси.