Год Белой Змеи (СИ) - "С. А. В." - Страница 132

Вот откуда в РККА такие Ерёменко, Жуков, Кулик и прочие Захаровы с Горлововыми взялись? Не так. Откуда, понятно, а как до таких должностей подняться смогли? Вопрос конечно больше риторический.

Ну назначили Ерёменко командовать 2-м Прибалтийским фронтом. В результате накомандовал похлеще чем Жуков! Так накомандовал, что к сентябрю линия фронта стала проходить по Вильнюсу, ставшего здесь синонимом "Сталинграда". И в двадцати километрах от Даугавпилса. А здоровенный плацдарм, на правом берегу Западной Двины, от Ливаны до реки Айвиексте, смогли ликвидировать только в конце октября, искупав нациков в ледяной воде. В общем августе его сняли, понизили на одно звание, до генерал-майора и отправили командовать стрелковым корпусом. Вместо него назначили, отозванного с Северного фронта генерал-армии Штерна, исправлять навороченное Ерёменко. Конечно, можно найти смягчающие обстоятельства, сказать, что и Ватутин в этом тоже виноват, прорыв к Паневежесу, немецкой 4ТА через его участок обороны произошёл. И одну из механизированных ИПТБр, с ПТСАБ и несколькими артполками у него в помощь Будённому и Кулику забрали. Ну и что!? У Ватутина вообще целый танковый корпус на Украину выдернули. Да, "Дристун"-Манштейн Ватутина как школяра вокруг пальца обвёл, переиграл в чистую. И свои "тараканы" у Ватутина в голове имеются, насчёт жесткой централизации управления фронтом, что давит инициативу на местах. Но ведь в конечном результате, Ватутин немецкий прорыв к берегу Рижского залива, разрезающий его армию надвое ликвидировал, Шауляй назад отобрал и фронт удержал. А Ерёменко в лучших предвоенных традициях — "Немцы в Паневежесе? Ликвидировать прорыв немедленно, выбить их из города!". Только вот танки Б-7ЭМ, передвигаются намного быстрей, чем буксируемые тяжёлые артсистемы. Командир 3-го гвардейского танкового корпуса генерал-майор Катуков, в отличие от Ерёменко дебилом не был. Недавно закончившееся оборонительное пограничное сражение, лишний раз его убедило, что лёгкие танки без пехоты и "артиллерийского кулака", лёгкая добыча окопавшейся пехоты и противотанковой артиллерии. Не зря его корпус стал гвардейским, а он генерал-майором. Так как, стрелковые дивизии где-то ещё чапают, как и тяжёлые артполки, а приказ выполнять надо. Поступил Катуков абсолютно верно, создав две сводные группы, состоящие из танкового батальона, батальона мотострелков, дивизиона противотанкистов, зенитного и гаубичной батареи, инженерно сапёрной роты. И блокировал ими оба шоссе из Паневежеса, а сам, разделив корпус на две части, решил перерезать коммуникации нациков, два шоссе ведшие в Поневежес. То есть, до подхода своей пехоты и артиллерии, поменяться с ними местами. Не он их будет атаковать в городе, а они его! А атакующий всегда на подготовленную оборону, потери всегда несёт больше. Вот и сравняется его корпус с силами с 4ТА Манштейна. Так бы всё и вышло, а через пару суток подтянулась бы артиллерия и пехота, быть бы ещё одному котлу с нациками в Паневежесе. К вечеру перехватили оба шоссе, в 5-10 километрах северо-западней Паневежиса, все передовые кампфгруппы 4ТА, оказались в нем заперты. Но тут приехал в штаб корпуса Ерёменко с ЧВС фронта корпусным комиссаром Богаткиным. Еременко, не спросив ни о чем, начал матерясь, упрекать Катукова в трусости и предательстве Родины, за невыполнение приказа, выбить немцев из города. На замечания Катукова, что бросать такие тяжелые обвинения не следует, Еременко бросился на него с кулаками и несколько раз ударил по лицу, угрожая расстрелом. Катуков заявил — расстрелять он может, но унижать достоинство коммуниста и красного командира не имеет права. Тогда Еременко вынул пистолет, но повисший у него на руке ЧВС Богаткин помешал ему произвести выстрел. После этого Ерёменко стал угрожать расстрелом уже Богаткину (реальная сцена из РИ, сентябрь 41 г.). Безобразная сцена, закончилась отстранением Катукова от командования. Его заместителю, Ерёменко приказал немедленно выбить немцев из Паневежеса. В результате поспешной и плохо подготовленной атаки, да ещё на превосходящие силы противника, тот положил почти весь танковый корпус, на подготовленную немцами ПТ оборону. Вот ведь урод, бл………(мысленно грязно ругаюсь матом). А когда наконец подтянулась артиллерия, в танковом корпусе и танков то дай бог треть осталась. Да и смысла штурмовать Поневежес уже не было, Манштейн уже у Екабпилса Западную Двину форсирует и его кампфгруппы на полпути к Даугавпилсу. А Ерёменко, уже в 3гв. А избивает Толбухина, возражающего против того, что бы у армии забирали сразу и механизированную ИПТБр и танковую бригаду. Так как с выходом к Паневежесу, Манштейн скоординировано навалился своей 3ТА на Толбухина. Доводы Толбухина на Ерёменко не действуют. Ему надо затыкать прорыв немцев к Даугавпилсу. Естественно немецкая 3ТА, после того как из 3гв. А забрали бригады танков и противотанкистов, через пару дней, прорывает нашу оборону, форсирует реку Вилия и реветься в направлении Укмерге. Пытаясь окружить наши войска держащие оборону по рекам Неман и Дубиса. Хорошо ещё, что Ерёменко вовремя среагировал, не дал окружить войска фронта, вывел из наметившегося окружения. Правда, ему в этом здорово помог, сильный фланговый удар по группе армий "Север", 1-го Белорусского фронта Лисовского в направлении Сувалки. К сожалению их удержать Лисовскому не удалось, за то не отдал назад Августов и оттянул на себя приличные силы Маншейна, а то вообще звиздец полный был бы!

Вот и получается, что назначение в июне на 2-й Украинский фронт Жукова, не принципиально. Назначь туда командовать Ерёменко или Кулика, скорей всего, было бы то же самое, они друг друга стоили. А других тогда просто не было! Это сейчас, за более чем полгода войны, подросли, оперились, многие военноначальники, встретившие войну генерал-майорами и генерал-лейтенантами, или вообще полковниками как Черняховский, Катуков, Доватор. В общем, даже стыдно вспомнить, как хотел в июле Виссарионыча за грудки потрясти, вопрошая: — "Что ж ты творишь? Кого на фронты ставишь!?". Мда-а-а уж. Как там у Есенина — "Лицом к лицу, лица не увидать. Большое видится на расстоянии". А ведь мне так хотелось помочь нашим, снизить до минимума потери в войне. И всё равно, "продажная девка история", так и норовила свернуть на однажды уже пройденный путь. Оплачивая некомпетентность, тупость и трусость енералов, кровью сотен тысяч наших людей.

Настроение было такое, что хотелось с кем-то подраться, что бы выпустить пар, или принять крепко на грудь, притушить кипящие в душе бурю чувств, из боли, гнева, досады, ярости. А ведь какое настроение было прекрасное в первой половине дня. Я посмотрел на часы, больше часа ещё рабочего времени. Нет, бессмысленно, я себя только этот час в норму приводить буду, что бы на работу настроиться. Поеду домой, поужинаю, успокоюсь. Собрал бумаги, убрал в сейф, закрыл "секретный кабинет". Выйдя из кабинета в приёмную, сказав Веронике Львовне, что я домой, если что срочное, то пусть туда звонят. Видно, морда лица у меня была такая, что она даже спросила — "У вас всё в прядке, товарищ Зейтц?". Я успокаивающе махнул рукой, буркнув, что всё нормально. Спустившись в холл и уже пройдя охрану, остановился, постоял в раздумье, посмотрел на всё ещё подрагивающие руки и вернулся назад. Прошёл в столовую и завернул в буфет. Заказал себе сто грамм "Московской особой". Выпив залпом, заработал удивленный взгляд буфетчицы. Подышал несколько минут носом, стало чуть легче. Повторил заказ и маринованный огурчик. После второй, посидев пяток минут у стойки почувствовал, что стало отпускать. Посмотрел на руки, они больше не дрожали, оставил буфетчице три песо и пошёл на выход. Сел в свой "мармон-харингтон", завёл и не спеша порулил к дому.

Мысли волей неволей возвращались к событиям июля — августа. Это только в сказках, или кино, всё хорошо заканчивается, в жизни это далеко не всегда происходит. Но в этот раз, на 2 Украинском, получилось прямо по Высоцкому: — "Конец простой — пришел тягач, И там был трос, и там был врач, И "МАЗ" попал, куда положено ему". Здесь в роли врача, троса и тягача, похоже, выступил Мехлис. Я здесь, его один раз на митинге встречал лично, но чёткого мнения о нём, у меня не было. С одной стороны, сам на банкете слышал как он ЧВС 6гв. А внушал — "что политработник, что командир, должен быть справедливым отцом бойца. Не допускать незаконных репрессий, рукоприкладства, самосудов и сплошного мата…. Нужно подчинять людей, не унижая их". С другой, слишком противоречивые характеристики в моём прошлом я о нём читал, да и катастрофу в Крыму в 42, когда он влез в дела командования фронтом, трудно ему простить. А вот, по отзывам современников, что я слышал, он мало походил на тот образ "тупого и безжалостного, не рассуждающего кровавого сталинского палача", который ему создали дерьмократы с либерастами. О нём отзывались, как о жестком, но справедливом руководителе, не терпящем любой расхлябанности и беззакония. При этом, характеризуя его как абсолютного бессребреника и совершенно бесстрашного человека, с невероятным количеством энергии и работоспособностью. Короче, это всё слова, а вот дела характеризуют лучше слов.