Белый змей Конохи (СИ) - Чудинов Халег - Страница 149

— И что же? Вы придумали, как мне помочь с такой досадной проблемой? — полюбопытствовал я.

— Конечно, Орочимару!

— Мы будем изымать излишки энергии из твоего тела.

— Это наш тебе подарок!

И три горящих от нечеловеческого голода пар глаз уставились на меня. В них не было ничего человеческого, и, как мне кажется, отрицательного ответа змеюки просто не примут.

Ишь, хитрые какие! Под видом помощи решили на халяву жрать мою чакру да еще и на постоянной основе! Хотя… По здравому размышлению, это и в самом деле было бы неплохо. Излишки природной энергии нужно было бы куда-то девать, почему бы и не змеям этим? В конце концов, мне ничего не помешает от них избавиться.

— Давайте попробуем, — не слишком уверенно согласился я. — В конце концов, вы и так этим занимались почти всю неделю.

Миленькие девичьи лица змеюк разрезали совершенно не идущие их облику хищные улыбки. Через мгновение они, преображаясь прямо в воздухе, метнулись ко мне. Оба уха и левое запястье обожгло резкой болью. Недоуменно подняв руку, я с некоторым удивлением рассмотрел обвивший ее браслет в виде змеи. А прикоснувшись к ушам, понял, что обзавелся еще одним аксессуаром — серьгами. Кто-то из змеюк превратился в пару серег в виде томое.

Забавно, конечно…

— А теперь ты можешь возвращаться.

Голос Хакуджа Сеннина еще не успел затихнуть, когда пространство вокруг меня поглотил дым техники Призыва.

Развеялся он достаточно быстро, явив моему взору знакомую подвальную лабораторию. Отсюда я переместился в Рьючидо. В прозрачных стеклянных колбах мирно болтались тела клонированных шиноби на разных этапах развития — от почти созревших младенцев до небольших эмбрионов. Из-за экономии пространства пришлось отказаться от взрослых тел. На прозекторских столах валялись тела ниндзя из кланов Хьюга и Учиха, которые я подобрал на войне и после опытов поленился утилизировать, просто залив консервирующим раствором. В углу безразлично взирал на мир реанимированный мертвец, бывший член клана Яманака. В воздухе витал стойкий запах формалина, спиртов и бальзамирующих масел.

В общем, все было так, как я и оставил перед уходом. Вот только… Наличие в лаборатории Сарутоби Хирузена, Энмы, Митокадо Хомуры и еще нескольких членов Анбу и полиции Конохи вообще никак не вписывалось в мои планы. По крайней мере, их наличие в живом виде. А вот мертвую Сору я здесь видеть и вовсе никогда не хотел…

— Гм, сенсей, разве вас не учили не вламываться в чужие дома без спросу? — сузив глаза и активировав кецурьюган, поинтересовался я, надеясь выиграть время. — Я же не успел здесь прибраться.

Примерно тридцатью минутами ранее

— В доме никого, — коротко доложил Хьюга, глаза которого были окружены сетью вздувшихся сосудов.

— Входим? — спросил Хомура, поправляя перевязь с оружием и свитками.

— Глупо было бы остановиться на полпути, — пожевав губами, решил Хирузен. — Взламываем печати.

На преодоление фуиндзюцу и барьеров, которыми Орочимару окружил свой дом, требовалось некоторое время. Восстановить все в первозданном виде уже не получится. Если данные Шимуры не верны, то Хирузен сильно рисковал расстроить своего ученика. Вплоть до открытого конфликта. Однако факты, предоставленные Данзо, были слишком убедительны. И их стоило проверить в любом случае. На Рюсея у Сарутоби были большие планы. И если он ошибся в своем ученике, то это могло навредить слишком многим.

— Печати взломаны, можно входить.

Дом встретил незваных гостей тишиной и мраком. Оформленные в западном стиле комнаты оказались чисто убраны, похоже, эта загадочная Мицуко, которая после поимки оказалась клоном из чакры, все же занималась в числе прочего и уборкой дома. Однако, пройдясь по всем помещениям, ничего предосудительного шиноби найти не могли. Шкафы и комоды с разнообразными кимоно и прочей одеждой, оружейные шкафы, верстаки, мастерская фуиндзюцу, небольшая лаборатория с широким ассортиментом ядов, кухня, библиотека. Ничего предосудительного.

Группа шиноби вместе с призванным Энмой несколько раз прошлась по дому, не найдя никаких улик против хозяина особняка. И ни следа пропавшей день назад Соры. Похоже, единственной зацепкой пока остается загадочная Мицуко…

— Здесь!

Кое-что подозрительное нашел, как ни странно, один из Учиха. Едва заметные потертости на полу заваленной разнообразным инвентарем кладовки можно было заметить лишь шаринганом. Правда даже мужчине из клана красноглазых потребовалась пара минут, чтоб разобраться в устройстве хитрого механизма потайной двери. Пришлось деактивировать еще несколько ловушек, а в одной из печатей едва не погиб обнаруживший тайный ход шиноби. Однако дверь была открыта.

— Здесь барьер, — удивленно произнес Хьюга, снова активировавший бьякуган, — он… словно пропускает мой взор, ускользает от внимания.

— И не пропускает запахи тоже, — мрачно добавил один из Инузука, который успел сунуться вперед. — Ну и вонь там.

Пройдя вперед, Хирузен тоже смог ощутить тяжелый запах. Пахло спертым воздухом, химией и мертвечиной.

— Защита от бьякугана и запахов… Любопытно, — хмуро произнес Хомура, всматриваясь в теряющуюся в темноте лестницу вниз. — У тебя был очень способный ученик.

— Спускаемся, — приказал Хирузен, первым ступая на лестницу.

Похоже, ловушек здесь не было. По крайней мере, ничего смертельного обнаружить не удалось. Зато еще несколько минут повозиться с печатями и барьерами пришлось. Орочимару приложил немало сил, чтобы скрыть свою лабораторию. И вскоре Сарутоби собственными глазами увидел, зачем его ученику пришлось идти на такие предосторожности.

— Адзума Учиха, — негромко произнес член полиции Конохи, шедший вслед за Хирузеном. — Считалось, что он пропал без вести месяц назад после битвы при Адатаре.

Мрачно поджав губы, Сарутоби осмотрелся по сторонам. Блеклый свет фонарей выхватывал из мрака подземелий все новые подробности. Здесь нашелся не только Учиха. Возле него на каменном столе лежал еще один шиноби, судя по печати на лбу — Хьюга из побочной ветви клана. Оба, и Учиха, и Хьюга, были лишены глаз, их черепные коробки вскрыты. Глаза обоих нашлись тут же, погруженные в мутноватый раствор. Похоже, джуиндзюцу не помогло уберечь бьякуган Хьюга от Орочимару.

Возле двух шиноби меж каменных столов нашлась и Сора Рюсей, удочеренная Орочимару. Девчонка смотрела пустыми, мутными и высохшими глазами в потолок. Внешних повреждений видно не было, но умерла она явно не своей смертью.

Но эти мертвецы были меньшей из проблем. Сидящий в углу Яманака Ичиносе вызывал гораздо больше вопросов к Рюсею. Этот ниндзя имел рваное ранение в области шеи, кажется, ему просто порвали трахею и яремные артерии. Однако это не мешало мертвецу шевелиться и периодически хрипеть, изображая жизнь. И в довершении картины вся лаборатория была заставлена колбами со множеством недоношенных детей. При попытке понять, зачем они были нужны Орочимару, к горлу Хирузена подкатил неприятный комок.

И как раз в этот момент лабораторию на мгновение накрыл дым техники Призыва, а потом в центре комнаты появилась высокая, худощавая фигура в белом кимоно. Меньше секунды потребовалось Орочимару, чтоб прийти в себя при виде незваных гостей. В темноте сверкнули багрянцем глаза Змеиного саннина. Сарутоби поспешил отвести взгляд от активизировавшегося додзюцу.

— Гм, сенсей, разве вас не учили не вламываться в чужие дома без спросу? — вкрадчиво произнес Орочимару. — Я же не успел здесь прибраться.

Рука Хирузена невольно дернулась к оружию, но Хокаге с удивлением понял, что не может пошевелиться. Кецурьган? Нет, он успел отвести взгляд. Иное гендзюцу? Не похоже. Джуиндзюцу? Скорее всего. Очередная ловушка.

Паршиво.

Как же паршиво-то… Немного смешно, но в основном паршиво. Смешно от того, в какую ситуацию попал. Глупую, ожидаемую, но все равно произошедшую. Кажется, я переоценил свои возможности в маскировке.

Ну, а паршиво… Паршиво по многим причинам. В принципе, я мог бы объяснить все обнаруженное в моей лаборатории Хирузену. В целом, неприятно и репутацию я свою в любом случае конкретно так подмочил, но это не критично. Наверно. Но вот появление в лаборатории Соры мне нужно сначала объяснить самому себе, и только потом уже выстраивать линию поведения.