Белый змей Конохи (СИ) - Чудинов Халег - Страница 104

Кагеро — это даже не Какурезато. Простое поселение шиноби, которые в своих горах, словно за стенами нерушимой крепости. Страна Гор — небольшое пятнышко на карте мира в сравнении со Страной Огня. Но за три месяца Коноха не смогла сделать ровным счетом ничего. Это било по самолюбию и приносило проблемы Хокаге настолько, что Хирузен лично явился решить проблему.

Решил. Принял волевое решение — провести ударный отряд по считавшимися непроходимыми высокогорным ледникам.

Не меньше пяти тысяч метров над уровнем моря. Холод, пронизывающий ветер, неустойчивый лед под ногами и, конечно же, разреженный воздух и низкое его давление. Не знаю, решился бы он на такое, если бы не распространившаяся в Конохе моя замечательная дыхательная техника. Шиноби выносливы, но и у них есть предел.

Сражаться в гористой местности жителям низин трудно. А местные здесь словно рыба в воде. За время, проведенное на фронте, я это выяснил на личном опыте. Большая часть бойцов выдыхалась и имела проблемы со здоровьем уже через неделю активных боевых действий. Чакра и закалка тела спасают от многих бед, но никому банально не дали времени акклиматизироваться. Приходилось проводить частую ротацию, что победу не приближало. Дыхательные техники — это хорошо, но у противника на адаптацию вся жизнь была и плюс от предков кое-чего досталось. Но даже они через горы ходить не любили.

А мы поперлись. Отряд из полусотни шиноби. Неделя пути, минимум провианта и топлива, постоянный расход чакры и нереальная нагрузка без всякой к ней подготовки. Отобраны были лучшие, и повел нас сам Хирузен. Естественно, я, Цуна и Джи тоже были удостоены чести присоединиться к кампании.

Пятеро не дошли. Провалились в скрытые под тонким слоем снега и льда трещины в сползающем к подножию гор теле ледника. Не смогли совладать с чакрой. Нужно было греть себя, противостоять недружелюбной атмосфере и концентрировать чакру на стопах. Задачка несколько сложнее банальной прогулки по глади лесного озера. Однако Сарутоби Хирузен не из тех, кто останавливается на полпути. Он пришел в Страну Гор и вошел в деревню Кагеро, пройдясь по ней огнем.

«Теперь вы одолеваете… стены не только Страны Гор, но и Кагеро. Отныне всё пойдет как по ровному, отлогому склону; одна или, много, две битвы отдадут в наши руки, под нашу власть крепость и военную мощь Страны Гор» — примерно так можно перефразировать речь Третьего, когда каменистые, покрытые скудной растительностью склоны гор сменились плодородными долинами и зелеными пастбищами. Конечно, и Хирузен не Ганнибал, и мы не многотысячная армия, но подвиг под стать, хоть и масштабом поскромнее. Главное же, что результат не столь плачевный, какой был у карфагенян в Пунических войнах.

Кагеро было сломлено, и Страна Гор объявила о прекращении огня. Начаты переговоры. Но мы по-прежнему находились недалеко от вражеской деревни, на краю обжитой зоны. Пока Хирузен с послами дайме играл в политику, мы ждали результатов работы дипломатов. Наш диверсионный отряд, спалив Кагеро и сокрушив изнутри оборону одного из проходимых перевалов, соединился с основными силами и занял узкую горловину меж двух склонов гор. Раньше здесь, возле бурной реки и на оживленном тракте, стояла крепость Страны Гор. Сейчас остались лишь руины.

Ночью промозглый воздух шел от шумящего потока, накрывая лагерь. Словно дыхание ледника, от которого питалась река, напоминало о пережитой неделе в горах. Около пяти часов до рассвета - наше дежурство в самое паршивое время. Мрак ночи слабо разбавлял зыбкий свет звезд и слабо мерцающие багрянцем угли в кострище. Джи окружил лагерь своим сенсорным барьером, на постах дежурило несколько Хьюга и Инузука. Мы с Цунаде были в основном как группа быстрого реагирования на случай внезапной атаки.

— Ненавижу я эти высокогорья, — ворчливо сказала Цунаде, сбрасывая на плоский, освещенный потухающим костром камень две «тройки». — Холодно, высотная болезнь у каждого пятого, никакого пространства для маневра.

— Переход через горы — это пока худшее, что мне приходилось пережить, — согласился Джи, покрывая карты Сенджу своими «четверками». — Почему мы не умеем летать, как птицы?

— Это прерогатива шиноби Страны Неба, — вставил я, задумчиво поскребя ногтем свои карты.

У меня неплохой набор, но скидывать в самом начале игры карты высокого достоинства не стоит.

— Эти демоны на дельтапланах… — зло просверлив выложенные мной «шестерки» взглядом, сказала Цунаде. — Скоро они еще напомнят о себе. Наша южная граница ослаблена, лучшего времени для налетов нет.

— В Небе собрались одни гордецы. И гордость же их и погубит, — беспечно отозвался Джирайя. — Они нападают на нас, на Страну Ветра, на Водоворот, успели насолить Киригакуре. Как бы высоко ни летала их деревня, но и ее можно достать.

— Кем? Если только Учиха на своих соколах, — голос Сенджу был полон скептицизма.

Наша напарница, вообще, была не в духе. Сказывается усталость и два проигрыша в «богача» подряд. Звание бедняка — это ее судьба, похоже. Засаленные и затертые карты никак не желали благоволить Цунаде. Хотя колода была ее и наверняка крапленая.

Картонные прямоугольники были покрыты причудливыми рисунками в японской стилистике, что говорит о местном их происхождении. Хотя сама колода из пятидесяти пяти карт явно имела заграничные корни. Наверное, пришла из Страны Луны. Вполне привычный набор: четыре масти, от двойки до десятки, валет, дама, король, туз, два джокера и зеро. Забавное совпадение с моим прошлым миром.

— Если в Анкор Вантиан отправить Юко Учиха, то, думаю, крепость недолго будет бороздить небесные просторы, — с ухмылкой произнес Джирайя, наблюдая, как Цунаде зло давит рукой моего змеиного клона.

Белая змейка всего лишь посмотрела на ее карты, но была жестоко превращена в облачко дыма. Я никак это действие не прокомментировал, продолжив играть.

— Эта Юко может стать проблемой не меньшей, чем вся Страна Неба, — тоже как ни в чем не бывало продолжила разговор Сенджу. — Она использует техники, о которых все старались забыть уже лет двадцать. Даже в клановой междоусобице ни у одного Учиха с Мангекье Шаринганом не было Сусаноо. Юко сильна, но разум у нее, как и у всех достигших высшей эволюции глаз, неустойчив. Она бредит своим богом.

— Рюджином? — уточнил Джирайя. — Кажется, его храм где-то недалеко?

— В Стране Рисовых Полей, — кивнув, подтвердила Цунаде. — Хотя сейчас появляются святилища и у нас, на севере. Наверно, слышал об Инари? Крестьяне, получив урожай из новых семян, пришедших с востока, массово уверовали. Тем более еще и с этими земными солями. Говорят, урожай чуть ли не в десятки раз больше.

— Да ну, — пренебрежительно отмахнулся Джирайя, — это сказки, вроде тех, которые носятся среди наемников. Мол, Отохиме Рюджина может золото из воздуха доставать, а сам Рюджин дарит бессмертие. И я не понял, Рюджин и Инари… Оно, вообще, что? Мужчина или женщина?

— Это так принципиально? — с жалостью посмотрела на нахмурившегося отшельника Цунаде. — Это же дракон! И ками. Какая кому разница, кто он там на самом деле? Лишь бы чудеса были, а представлять его можно в любом виде: старик, молодушка, дракон, змей, паук, самурай в сияющих доспехах. Да хоть все это сразу! Не думаю, что кому-то пришло в голову заглядывать Рюджину под хвост. Если его вообще хоть кто-то видел. Потому что сложно увидеть то, чего нет.

Тема разговора грозила перейти в совсем не нужное мне русло, поэтому я поспешил как-то это исправить.

— Кстати, жена нашего дайме внезапно омолодилась, — пробормотал я, подозрительно разглядывая выложенные Цунаде карты.

— Ирьенины постарались, не более, — презрительно фыркнув, прокомментировала Цунаде. — Вообще, крестьяне могут верить во что угодно, если им от этого легче. Но фанатичная Учиха с Мангекье Шаринганом — это проблема для всей деревни.

— Не слышал, чтоб от нее были проблемы, — пожав плечами, сказал я.

— Пока! Сейчас она постоянно на операциях, но что будет потом? Куда приведет ее слепая вера? Тем более остальные из ее клана смотрят на нее, видят ее силу, верят в ее россказни. Это все равно, что поверить в ёкаев на горе Кумотори, в людей-ящеров и девушек с лисьими ушами и хвостами.