Рожденная избранной (СИ) - Эйзен Ольга - Страница 2

Его губы впервые за вечер растянулись в искренней улыбке, а глаза заблестели нежностью. Она взяла в руки Его лицо и, притянув к себе, поцеловала. Он притянул Ее в ответ, и Их губы слились в горько-сладком поцелуе. Они крепко держали друг друга в своих руках и не прекращали целоваться так долго, как только могли. Им хотелось, чтобы этот момент, одновременно наполненный грустью, практически трауром, и неугасающей страстью, которая разожглась внутри Них еще больше, длился вечность, хотели умереть с этим поцелуем на губах, лишь бы он никогда не заканчивался.

Но все, даже этот чувственный поцелуй, каждой секундой которого Они так наслаждались, когда-нибудь должно прекратиться, и спустя две минуты Они отстранились друг от друга, не разрывая при этом крепких объятий. Ее головка, обрамленная копной каштановых волос, покоилась у Него на груди, и Он, подняв лицо к ночному небу, с любовью поглаживал ее и перебирал своими холодными пальцами длинные шелковистые пряди.

— И куда мы теперь? — тихо спросила Она, безучастно глядя куда-то вдаль. — Нам ведь придется уехать, да?

Он молча кивнул, и Она тяжело вздохнула.

— Мы могли бы остаться, — произнес Он. — Но в таком случае мы сильно рискуем. Да, официально она мертва, но, если мы будем регулярно видеться с ней, могут возникнуть подозрения, и в итоге мы все будем мертвы. Либо нам до конца жизни придется переезжать с места на место, скрываясь от них. Нам нужно максимально обезопасить ее. Будет лучше, если мы уедем.

— Будет лучше… — еле слышно повторила Она.

— В конце концов, мы ведь не оставляем ее здесь совсем одну. Мы оставляем ее с Мег, а это самый надежный человек из всех, что я знаю. Она сделает все возможное, чтобы наша малышка была в безопасности и не попала в руки к кому-нибудь из тех, от кого мы бежим.

— Да, только… разве им не плевать, под чьей она защитой? Даже если они обнаружат ее до совершеннолетия, Мег вряд ли сможет встать у них на пути.

Он пожал плечами и поцеловал Ее в макушку, обняв еще крепче.

— По крайней мере, Мег постарается, — ответил Он. — У нас в любом случае не было более безопасного варианта для нее. Останься она с нами, мы бы не могли гарантировать, что она сможет прожить хотя бы год. С Мег у нее больше шансов не умереть от их рук вовсе.

— Ты прав, — согласилась Она, кутаясь в его объятиях. — Как думаешь, мы еще увидим ее?

— Обязательно, — пообещал Он. — Когда-нибудь мы снова с ней встретимся, и поговорим, и узнаем все о ее жизни. Может, через десять лет, а, может, через тридцать, но мы вернемся хотя бы на час только ради нее.

Она грустно улыбнулась и, отстранившись, посмотрела Ему в глаза. Она видела, что и Он, как бы ни пытался сохранить маску спокойствия, разрывается от боли и сам не до конца верит в собственные слова. Но Им обоим хотелось верить, и Они мысленно повторяли себе, что все будет хорошо, все наладится, даже если голос отчаяния напрочь заглушал эти мысли. Она провела ладонью по Его широкому лбу, аккуратно смахнув с него выбившиеся черные пряди, и Он закрыл глаза, наслаждаясь каждым Ее прикосновением.

— Так куда же мы теперь? — спросила Она, ласково улыбнувшись. — И когда?

— Куда захочешь, — ответил Он, не открывая глаз. — Прямо сейчас.

Она взяла Его за руку и повела вдоль набережной, и Он, ничуть не сопротивляясь, пошел за Ней. Они шли вперед, улыбаясь ослепительным звездочкам, улыбаясь оживленному даже ночью городу и вдыхая свежесть ночного воздуха. Они грустно улыбались друг другу и запоминали каждый шаг, сделанный по этой серой брусчатке, прежде чем раствориться в темноте и навсегда исчезнуть из города.

Глава 1

сентябрь 2018 г.

Провести последнюю летнюю ночь за просмотром сериала было не самой лучшей идеей. Сорокаминутные серии казались такими короткими и интересными, что я даже не обращала внимание на время и очнулась только в пять утра, когда за окном начало рассветать. "И опять я проебала все шансы выспаться", — подумала я, разочарованно вздохнув, и выключила ноутбук, который тут же отложила на тумбочку рядом с кроватью. Накрывшись одеялом, я вдруг поняла, как сильно устала за эту ночь: тело изнывало от недостатка сна, мысли путались и терялись где-то в густом тумане, окутавшем мозг, а веки казались такими тяжелыми, что, всего раз неосторожно моргнув, я рисковала не разлепить их больше никогда. Перевернувшись на живот, я закрыла глаза, и мое тело, вдруг став одним целым с кроватью, словно куда-то поплыло.

Так приятно было телом лежать в объятиях воздушного одеяла, а мыслями ходить босиком по влажному песку, омываемому океанской волной, и мне совсем не хотелось прощаться с этим чудесным ощущением. Когда тебе приходится спать мало и, соответственно, не высыпаться, начинаешь ценить каждую секунду сна и стараешься максимально растянуть его, еще несколько минут чувствовать, как обмякшее тело идеально дополняет место в кровати, где оно лежит, ощущать, как постепенно тебя покидают туманные остатки удивительно атмосферных сновидений, и сладко потягиваться до тех пор, пока будильник не сообщит о том, что больше медлить нельзя. Но сегодня сон поглотил меня полностью. Я спала поверхностно и, теоретически, в любой момент могла бы открыть глаза и встать с кровати, но на деле все оказалось не так просто. Я ощущала свое тело, но не могла пошевелить даже пальцем: мышцы были так расслаблены, что, казалось, онемели вовсе, или же это состояние настолько мне нравилось, что я просто не хотела портить его ни малейшим движением. В любом случае, я продолжала лежать так час за часом, и даже сигнал будильника не смог меня разбудить: он звучал слишком тихо, слишком отдаленно, и я приняла его за очередную деталь своего сна.

— Андреа, — послышалось откуда-то издали, но я лежала на прежнем месте и даже не вздрогнула, будто за эти несколько часов успела прирасти к кровати.

Мне снилось море, такое ярко-бирюзовое и прозрачное, каким я его видела только на картинках. Оно плескалось у моих ног, время от времени заливая их белой пеной. Небо окрасилось в оранжево-розовый, и последние лучи закатного солнца светили мне прямо в глаза. Я была вынуждена жмуриться и закрывала глаза ладонью, но это почти не помогало.

— Андреа! — послышалось снова, на этот раз громче и отчетливее.

Я почувствовала, как кто-то схватил меня за руку и принялся раскачивать из стороны в сторону, сначала медленно, нежно, а затем быстро и резко, почти что толкаясь. Море, пляж, догорающий закат — все смешалось в кучу и превратилось в огромное расплывчатое пятно, и только солнце становилось все ярче и ярче. Я крепко зажмурила глаза и, потянувшись, потерла их ослабшими после сна ладонями. Мозг наконец-то очнулся, принялся активно работать, и я начала медленно, но верно просыпаться. Постепенно мне становилось понятно, что прогулка вдоль пляжа — плод моего воображения, а солнце, светящее в глаза, реально, как и голос, упорно продолжающий звать меня по имени. На минуту мне стало до слез обидно: все казалось таким реальным, таким прекрасным, а на самом деле ни сказочного бирюзового моря, ни захватывающего красочного заката у меня не было и не будет. По крайней мере, не в ближайшее время.

— Если ты сейчас же не встанешь, будешь добираться в школу сама, — сказала мама и резко стянула с меня одеяло.

Я сделала недовольное лицо и неосторожно перевернулась на спину, чуть не сбив рукой ноутбук с тумбочки. Первые попытки открыть глаза закончилась неудачей: желание поспать и яркое солнце, светившее в лицо так, словно специально хотело поиздеваться надо мной, не дали даже немного разлепить сонные веки.

— Сколько сейчас времени? — спросила я, потирая глаза ладонями.

— Полдевятого, — ответила мама.

— Сколько?! — я тут же открыла глаза и приподнялась на локтях, чтобы найти телефон и посмотреть на время. — Блять, я опаздываю!

— Андреа! — возмущенно крикнула мама, но я тут же выскочила из кровати и, спотыкаясь, побежала в ванную.