Рубин царя змей (СИ) - Лайм Сильвия - Страница 76

Затем царевич невозмутимо отпил из бокала и ответил:

— Я бы очень не советовал Дарьешу это делать. Потому что в таком случае мне придется силой оспорить его решение.

Иллиана ошеломленно кивнула, только и сумев выдохнуть:

— Кто это был?

Удивительная змея отбросила мысли о Дарьеше далеко назад.

Но Торриен не успел ответить на ее вопрос. В дверь постучали, и на пороге появился улыбающийся казис Саримарх.

Несмотря на довольное выражение лица жреца, что-то внутри девушки болезненно сжалось.

Ей очень хотелось думать, что все будет так, как сказал Торриен. Что убийцу найдут и конфликта не последует. Но сердце подсказывало, что такой вариант развития событий слишком уж маловероятен.

.— Спокойного вечера, — с легким поклоном сказал жрец и улыбнулся одними уголками губ.

— Давай сразу к делу, казис, — оборвал Торриен. — Что с убийцей? Вы нашли виновника?

Сложил руки на груди и недовольно дернул кончиком длинного черно-золотого хвоста. Все это время он продолжал находиться в теле Великого змея. И это как нельзя лучше демонстрировало, что царевич чувствует опасность.

Иллиана стояла за его широкой обнаженной спиной, выглядывая из-за плеча, на котором совсем недавно блестел браслет-змея.

— Нашли, — кивнул жрец, махнув рукой и молчаливо предлагая Торриену с Иллианой проследовать за ним.

В коридоре оказался десяток стражников в черно-синих одеждах, но кроме них было и еще пятеро в черно-золотом.

Царевич нахмурился, оглядев их, а затем взял Иллиану за руку и крепко сжал. Очевидно, его если и не обрадовало, то удовлетворило то, что он увидел. Его стража была здесь, а рядом с ними он явно чувствовал себя спокойнее.

Увидев своего царевича, они дружно низко склонили головы.

— Кто же убийца? — жестко спросил тогда Торриен, повернувшись к Саримарху. Его голос стал чуть менее нервным.

Жрец невозмутимо проскользил вперед по коридору, на ходу бросив:

— Не беспокойтесь. Скоро вам все станет ясно. Царевич Дарьеш и царевна Райела с нетерпением ждут вас в церемониальном зале.

— В церемониальном? — приподнял бровь Торриен. — Зачем?

— Сегодня мы отправим в путь к солнцу вашего великого отца, — ответил Саримарх, и на его лице проскользнула тень. Словно при упоминании погибшего царя казис испытывал… грусть?..

Эта мысль снова поразила Иллиану, и она сразу же вспомнила слова Торриена. Когда он рассказывал ей, что казис Саримарх — правая рука Аджансара. Могло ли быть так, что высокая должность — не просто его обязанность? Возможно ли, что первый жрец мираев тоже питал теплые чувства к своему повелителя?

Но подумать об этом было некогда. Казис продолжал:

— Воздадим почести Кровавому полумесяцу. Тем более что нам повезло. Сегодня как раз праздник солнца Иль-Хайят.

— Точно, — пробубнил Торриен задумчиво. — Я совсем забыл об этом…

— Это немудрено, царевич, — ответил казис негромко, бросив на Торриена косой взгляд. — Черные небеса накрыли Шейсару со смертью вашего отца. И они не очистятся, пока виновник не будет наказан в день светила нашей богини.

Торриен в ответ посмотрел на Саримарха и слегка нахмурился. Лишь через мгновение задал вопрос:

— Моя стража будет в зале?

— Конечно, — кивнул казис.

Иллиана не понимала, о чем они говорят, но эти странные взгляды, которыми обменивались царевич и казис, ей совсем не нравились.

Они быстро шли по каменным коридорам дворца в то крыло замка, где прежде девушке не доводилось бывать. Церемониальный зал использовался только для особенных приемов и празднований, а потому нужды в его посещении прежде не было никакой.

Поэтому, когда они вместе с Торриеном вошли в огромное помещение, залитое слепящим светом, Иллиана на миг замерла. Солнечные лучи просачивались сквозь разноцветные мозаичные стекла, роняя яркие блики на пол, стены, застывших в молельном ожидании мираев и крупный алтарь в самом центре.

Сперва было совершенно непонятно, что здесь будет происходить. Словно какое-то представление. Множество незнакомых мираев расположились вдоль стен. Некоторая их часть входила в свиту царя Аджансара и постоянно жила во дворце. Были здесь и люди. Хасси и сайяхасси. Но они стояли чуть позади и почти совсем не бросались в глаза.

Тела повелителя нигде не было видно. Иллиана сделала вывод, что они все собрались здесь явно не для прощания с умершим.

Торриен же неожиданно помрачнел. Он оглядывался по сторонам, осматривал собственную стражу, что стояла по периметру помещения, смешиваясь со стражниками Дарьеша и почившего царя. И выглядел беспокойно.

Напряжение витало в воздухе.

Они прошли немного вперед, туда, где возле алтаря стояли несколько незнакомых Иллиане мираев. Каждый из них был в ипостаси Великого змея. Обнаженные грудные клетки украшали церемониальные цепи, напоминающие те, что носил Саримарх. В ушах колыхались золотые кольца, а на поясах блестели монисто. Вероятно, это были младшие жрецы храма Иль-Хайят, но что они здесь делали? У Иллианы не было ни малейшей идеи.

Оказавшись почти у самого алтаря, Торриен бросил взгляд куда-то в сторону. Девушка проследила за этим движением и заметила в углу помещения в толпе дженмирая Шентарса. Первого из слуг своего царевича. Того самого нага с серебряными глазами, что когда-то забрал ее из дома и привез в Верхний город.

Давно она не встречалась с ним. Правая рука Торриена умел быть невидимым, когда это нужно. Но сейчас он стоял в толпе стражников и смотрел прямо на них. На предплечье мужчины Иллиана даже с такого большого расстояния безошибочно угадала браслет Торриена. Золотую змею, которую царевич таким удивительно-волшебным образом выпустил пару часов назад.

Девушка перевела взгляд Торриена. Тот, не мигая, смотрел на своего слугу. Затем едва заметно качнул головой вверх, будто спрашивая его о чем-то.

Иллиана вновь взглянула на Шентарса. Время будто замедлилось. В этот момент среди огромной шевелящейся толпы стало видно, как дженмирай медленно кивнул в ответ. Потом поднял руку и красноречиво провел пальцем вдоль шеи.

Сердце Иллианы глухо ударилось о ребра. Она медленно моргнула, чувствуя, что в глаза словно насыпали песка. А когда ее веки вновь поднялись, оказалось, что Торриен уже не рядом с ней, а возле казиса Саримарха. А его сабля — около его горла.

Одновременно с этим на другом конце зала стражники Торриена тоже обнажили клинки, встав в защитные стойки.

Зал зашевелился, словно разъяренный улей.

— Что ты задумал, старик? — прорычал Торриен, надавив саблей на горло Саримарха.

Но тот лишь улыбнулся и кивнул на девушку рядом.

— Опусти оружие, царевич, — мягко ответил казис. — Убийца сегодня будет наказан, хочешь ты того или нет. Во имя памяти великого Аджансара Кровавого полумесяца и во славу огненной Иль-Хайят.

Сдвинув брови, Торриен повернул голову, выискивая глазами Иллиану.

Девушка должна была оставаться за его спиной в окружении пяти его слуг. Однако это было не так.

Иллиана стояла в нескольких шагах в стороне, и у ее горла застыла сабля одного из воинов в черно-золотой одежде. Царевич распахнул глаза, в которых проскользнуло мгновенное понимание.

— Да-да, это не твои слуги, Тор, — с довольной улыбкой проговорил Саримарх. — Это переодетая стража Дарьеша. А теперь опусти саблю. Пора вершить правосудие.

С этими словами, как будто по приказу, двое мираев схватили Иллиану под руки и поволокли к алтарю.

— Что ты творишь? — услышала Иллиана голос Торриена за спиной. — Неужели тебе действительно могло прийти в голову, что слабая девчонка способна пройти мимо стражи и уничтожить взрослого, сильного мирая?! Ударом гессайлахова ножа в шею! Это же бред, очнись, Саримарх! И не начинай резню моими руками!

Последняя фраза прозвучала с предупреждающим рычанием.

— Тебе задурила голову человеческая девушка, — мягко, но с нажимом ответил казис. — Я все понимаю, и лучшие из нас оказывались обманутыми любовью. Но нет смысла спорить против очевидных фактов. На царе запах твоей сайяхасси. И уже не столь важно, как она проникла в покои повелителя, хотя и это узнается со временем. Стражники, стоящие на вахте в ту злополучную ночь, сейчас ищутся. Они сбежали. Уверен, Иллиана подкупила их, возможно, обманула. Это не имеет большого значения. Когда мы найдем их, правосудие будет уже совершено. Во славу богини и почившего Аджансара.