Внук Донского - Раин Максимилиан - Страница 25

— Аще княжич на воеводстве явле сеи доблести и разумения, то и постольником наречь его буде вместно? — вопросил князь.

Дума между тем без порешила назначить меня воеводой. Эти бородатые гады саботаж против меня устроили, явный. Эх, засасывала всё больше меня государственная рутина.

Мохнобровый викинг не сдавался:

— В Чухломе несть обыдена крамола. Подсылы московски воду мутят онже. Будем сиждети сиднем, не токмо в Чухломе полыхнёт. Везде недород хлеба яша. Требно хитренно да мастротно сию тугу порешить, зане люди ведают токмо крепость державну и правдость.

— Знамо нам тея хитренность, Борис Васильевич, егда позапрошлым летом от намёта татарския нас не уберёг. Еретики из Новугорода приидяху, сеют смуту в Чухломе. Стригольниками ся рекоша. Митрополит Фотий наказывал строго всяк правоверным государям сих прелестников дьяволевых в темницы без раздумий влещивати, — горячился боярин Морозов, — Не задавим сию новгородску заразу в Чухломе, расползётся она по всей державе нашей.

— Кои стригольники те мерещутся, Семён Фёдорович? Давно их повывели в Новуграде да во Пскове, — рычал ему в ответ Жеховской, — А намёт татарски тей друже Кирияк не упредил. Куповаша князя Булгарска московцы, дабы те зоряша наши грады и веси, тощиша мощу державы нашей. Ныне московцы сеяша раздоры меж галичан, жогша веси в порубежье, гостей торговы подговариваша не ехати с хлебом в Галич. Боярин Всеволож хоче нас гладом уморити и тем на колени ставити. Без брани не разумею исход сего ряда.

— Нам с Москвой полюбие держати понуждено и порядие в державе блюсти, — настаивал дворецкий, — Замятнёй понове ордынцы воспользуются, литвины прииде, княжата на нас полезут. Вся токмо нашим разором закончится.

— Распрю порешить благодушно мочно, — стал на сторону Морозова боярин Чешок, — С боярином Всеволожем боле не мню рядитися. К митрополиту Фотею ехати нать, егда он из Литвы вернётся. На нас он добро взирае. Сладились ведь в позапрошлолетье с выгодой нашей.

Незаметно дума переключилась на внешние дела. По этим вопросам спикерство незаметно перехватил боярин Данила Чешок. У него в руках оказалось письмо, прибывшее голубиной почтой из столицы литовского княжества от одного из его соглядатаев. Думный дьяк зачитал послание:

— Во граде вся людие ждут приезда киличеев имперски с коронами для Витовта и его жены Юлианы. Грядут праздненства долгие да послабы урочны. Зрел надысь княже унота Московска Василея. С рыцарьми иноземны в игрищах тешася и горожан задираша. Мнозе в сей град вятшего люда со вся света пришед да ждеша коронацию. Возы со снедью непреемным током овамо леща…

Однако, заседание сильно затянулось. За окнами рдел закат. Мне поднадоело тут торчать и отсиживать костлявый зад. Почему бы иногда не делать небольшие перекуры, хотя бы для разминания мышц, отвечающих за сидение? Курение бы сейчас оказалось великим благом. Пусть не табак. Курили же наши далёкие предки какие-нибудь травы? Должны курить.

Дьяк наконец-то закончил чтение, откланявшись. Бояре стали высказываться по поводу услышанного, порой перебивая друг друга. Неожиданно для себя обнаружил, что сформировались две почти равные по численности партии. Одни советовали князю как можно скорее перейти под руку сильной Литвы, выговорив себе особые права по примеру вассалов в имперских землях. Это позволило бы защититься от притязаний Москвы, татарских набегов и ордынской дани. Ха, а вассальные выплаты литовцам станут чем-то лучше? Другие порицали первых за желание подпасть под владычество латынян и хотели сохранения статус-кво с зависимостью от Орды, обосновывая такую позицию тем, что татарове на веру нашу исконную, православную не покушаются. Пролитовскую позицию защищал боярин Морозов, а ему противостоял игумен Паисий и естественно князь Жеховской.

— Князь Витовт хоть и в латынянскую веру крещён, православных не щемит. Наравне с католиками их почитает. Мнозе бояр русских служат ему. Неже вящше их буде в Литве, имже зельне тамо дух русски воспряне. Сам митрополит Фотей в чести у государя литвинска и не допустит израды противу веры нашей, — высказывал свои доводы боярин Семён.

Фотий при малолетнем князе Василии исполнял функции первого министра, как кардинал Ришелье при слабохарактерном Луи тринадцатом, короле Французском.

— А кои на стол литвински сядут, аще сроки витовтовы источатеся? Король польски Ягайло, ово сыны его наследуют по грамотам докончальны Витовту. С ним паны польски с бискупы католически на Литву прянут, яко псы алчущи и гнести станут люд православны. Израда сотворитеся велия супротив самого Господа нашего вседержителя, — веско стоял на своём старец.

— Договоры докончальны меж правителями Польши и Литвы многажды изменяшася. Нам днесь неведомы последние намерения Витовта. Подсылым моим не удалось паки выведать сие. Свитские глаголяша, иже писчик во дворец вызывался. Мужи вятши путны правоверны не потерпят короля Ягайло на престоле литвинском. Се значити буде, иже Литва стане Польшей, — посчитал нужным сделать пояснения боярин Чешок.

— Василий чрез мать сею Софью унуком единственным Витовту доводится. Князю православну стол литовски принадлежит по крови и по праву. Аще в Литве станут чтити витовтово семя, ино он стол отичев поимет, — снова выступил Морозов.

— Не позволят православну пояти стол литвински, аще токмо Васька не израдет веру исконну, — поправил своего соратника отец.

Разумно мой обширный батя оценивал перспективы. Внезапно я понял, почему Витовту потребовалась корона. Он просто совершит перезагрузку всех отношений, оставшихся с древних времён и мешающих его абсолютистским устремлениям. Произойдёт перенос европейских норм и правил на условия престолонаследования, признания договоров и много чего прочего. Сейчас все договора привязаны к личности подписавшего и прекращают своё действие с его смертью. С введением новых норм станут государственными документами. Снизится влияние литовских вельмож. Будет возможным аннулировать унию с Польшей. Возникшая как необходимость противодействовать напору Тевтонского Ордена на славянские и литовские земли, она теперь сильно мешала амбициям окрепшего государства.

Забывшись из-за охвативших меня мыслей, неожиданно для себя самого влез в обсуждение и вставил свои три копейки:

— Венчание Витовта королевской короной позволит ему приобрести новые права. Он сам сможет решать вопросы престолонаследования под гарантией императора Священной Римской империи. Никто ему не помешает завещать свой трон кому угодно. Даже дочери, хоть она и женщина. В европейских странах бывало немало случаев, когда женщины успешно управляли государствами. Вспомнить можно Маргариту Датскую, создавшую огромную скандинавскую империю из трёх королевств, или сестер Анжуйских Ядвигу и Марию, провозглашённых правительницами соответственно Польши и Венгрии, Неаполитанскую королеву Джованну, правившую в своих владениях безраздельно. Возможно, новый статус так укрепит Витовта, что он сможет назначить наследником даже православного внука.

Ого, на меня окружающее боярство выставилось, как на говорящую сказочную зверушку из волшебного леса. Третий раз я даю повод вятшим бородачам испытать глубокий шок. То малолетник недоумок вдруг нарекается устами государя соправителем. Потом этому дрыщу внезапно перепадает право возглавить поход против взбунтовавшейся волости. Теперь придётся поневоле свыкнутся с тем, что какая-то мелкота смеет влезать в умные разговоры корифеев высокой политики.

— Не быти израднику Ваське государем всея Руси! Господь ужо ял сею волю знамением, — взвился князь Юрий, яростно стукнув кулаком по подлокотнику, — Требно ми помале течи в Орду. Об израде московской царя Мехмеда известити и ярлыка великокняжеска сыскати. Спасти требно Русь Святую от латинского потока. Дондеже в отлучке буду, за ся на управе державной сына Димитрия ставлю.

Уф, кажется я целый рой бабочек раздавил. Как теперь дальше станут развиваться события, даже трудно себе представить. У бояр случился уже не шок, а целый паралич, переросший в форменную истерику. Представители пролитовской партии сжигали меня ненавидящими взглядами. Я решил немного отыграть назад, снова высунув свой розовый язычок, и болтанув им: