Внук Донского - Раин Максимилиан - Страница 23

10

Куда спать? Сердце чуть ли не выпрыгивало из груди от буйной радости. Хотелось обнять все встреченных по пути холопов, которые сгибались в три погибели при моём приближении, и прочую чиновную челядь, тоже склоняющуюся, хоть и не так низко. Я весело кивал им всем в ответ. Остановился на открытой галерее, чем-то напоминающем венецианские террасы. Лёгкий ветерок приятно касался лица, донося сладковатые запахи горелой травы. Мысленно напомнил себе события этого дня. Начиналось всё жутким кошмаром, а заканчивается исполнением всех моих пожеланий. Тьфу-тьфу, чтобы не сглазить. Я снова вернул себе расположение князя и статус принца при минимальных издержках. Понадеемся, что морозовский бастард не сильно повлияет на наши взаимоотношения.

Тенью подскользнул ко мне узкобородый клерк и вкрадчивым голосом поведал о желании князя Жеховского встретиться со мной наедине. Я злобно мявкнул, что очень занят. Около моих палат попался, может быть и случайно, умнолицый боярин. Ого, да на меня охота среди высоких особ началась! Подошёл ко мне с улыбкой, с достоинством поклонился и произнёс:

— Государь к те благоволит, драгий княжич!

Не стал оспаривать это утверждение. Далее последовал ничего не значащий трёп про моё здоровье, о книгах, из которых можно напитаться великой мудростью и прославиться в деяниях державных. Я вежливо поддерживал беседу, ожидая существенной её части. Наконец, она была явлена:

— Княже наш, Юрие Дмитриевич, вельми зол на боярина Единца. Пособи свержити его и воздвижити на сие место дьяка Варфоломея Коломнина.

Пообещал боярину Чешку сделать всё, что в моих силах.

В прогулке и беседах незаметно пролетел "тихий час". Специально посланный за мной дьяк провёл на отцову половину. Князь сидел за столом с заспанным видом и в нижней порти. Кажется, такое бельё в старину срачицей называли. Кивнул мне, попивая из кружки напиток и почёсываясь. Княжьи холопы сноровисто одели его в свежее белье, и мы пошли в главный терем. Не знаю, как отцу, но меня начало раздражать это бесконечное падение на колени холопов по пути следования. Да еще головой в землю грязную упирались. Их во дворце было полно, как зёрен в огурцах.

Прошли переходами в гардеробную с множеством сундуков и шкафов. Зашедшие вслед за нами бородатые холопы принялись напяливать на нас тяжелые облачения. Я начал было протестовать, но отец сурово взглянул на меня и промолвил:

— Ты в простых рубахах на державном месте сидеть собрался?

Пока одевались, я напомнил государю о своём желании поквитаться с Единцом и предложил варианты его замены на посту главы тайных дел. Отец похмыкал неопределённо, повернулся ко мне в сверкающем золотым и серебряным узорочье на лазурном бархате ферязи и произнес:

— Яко в стольну палату заидем, по деснице от мя садися вскрай с княже Жеховским.

— А с этим псом я на одной поляне облегчаться не сяду, — запальчиво воскликнул я.

Государь скосил на меня свои шальные глаза, наливаясь кровью, но сдержался и миролюбиво произнёс:

— Вем тею тугу и сам доводство содею. Княже Борис в детелях велих хвачен. Мастроте ратна казан. Советами добры обилен. Опора есть ми средь боярства.

— А сына твоего обрёк на погибель, — возразил я.

Ответа не последовало.

— Почему ты его князем называешь? — высказал, больше чтобы разогнать тягостное молчание, — Боярин Иван Всеволож тоже рюриковой крови через ветвь смоленских князей и владения обширные имеет. Однако, никто его на Москве этим высоким титулом не величает. Боярским чином довольствуется.

— Ишь, кой у мя разумник сыскался, — хмыкнул отец, — Добре, пореку те о моем рачении к Борису Васильевичу. Истинно, иже из Константиновичей он, кои володели Галичем ране до нас, и коих изгнаша оттоле при отиче моем. Ушед княже бывый Галицки с семьёй в Новугород и ставша онде бояры архиерейны. Прошед лета, унук изгнанника Борис пошед на Москву и ста боярин при государе Василие Дмитриевиче. Познамишася с ним в походе на Булгары под моим старшеством. В брани оной ярой мастроты ратны разумейны ял. Десницей моей бысть он. С тей поры содружны мы сташа. Последи нижегородска похода порекша с ним, иже он перешед в Звениград на служение, аще признаю его да отроды его в чине княжием, да в грамоте докончальной начертаю с сынами сеими равным братом, да в грамоте духовной равно помяну. Шерт ми даша с братом сеим младшим Иваном. Дал Борису Васильевичу в кормление Галицки удел ноли, а брату его — Вяцку землю, с поречением Галицкими и Вяцкими князями. Поскору Иван помре, сыну борисову старшому Димитрию тую Вятку переятиху.

С успением государя и брата маво Василия Дмитриевича починелася котора с сыном его, отроком Василеем. Галич ста моим столом. Княже Борис без зазору место уступил ми, шерту верен. Жеховску волость заместо поятил. Условишася, князем Галицким токмо ми порекатися, а он ныне есть боярин Галицки да князь Жеховской.

— Ладно. Освободи только моих людей, о которых я тебя просил, и милуйся дальше со своими ближниками, сколько твоей душе будет угодно, — покладисто высказался я.

— Потолкуем таже, мужи думны ждут, — резюмировал государь и подозвал путного дьяка, велев ему поставить в тронном зале отдельный стулец для княжича.

Сводчатые палаты тронного зала были расписаны особо красочно, словно картинная галерея, зверями сказочными и вьющимися цветами. На возвышении громоздилось массивное кресло из дерева темных пород с бархатной зелёной подушечкой под задницу. Вдоль стен и окон по периметру лепились обычные лавки, на которых уже сидели бородатые мужики, разряженные как попугаи в своих одеяниях.

Отдельно слева от трона на лавочке восседал сухенький Паисий со своим суровым лицом. Я немного труханул. Показалось, что сейчас старец при виде меня как вскочит, как наставит грозно свой перст и проверещит в мой адрес истошным голосом какие-нибудь проклятия, яростно топоча ногами. На самом деле на меня он даже не взглянул, погружённый в свои думы. Справа на такой же лавочке расположился князь Жеховской. Ещё раз поразился сходством с экранным викингом. У входа в зал располагалась пара маленьких столиков, похожих на конторки, за которыми стояли дьяки.

Когда мы с отцом, величественно вышагивая, вышли из дверей, бояре неторопливо с достоинством встали и поклонились. Игумен склонился, не поднимаясь, опираясь на тэобразный посох. Отец сел в креслице на возвышении, а я на выторгованный стулец между троном и лавочкой викинга, сопровождаемый его внимательным взглядом из-под густых бровей. Пока я опускал на сидение свой тощий задок, подскочил мальчик и резво подложил туда маленькую подушечку. Сливки галичского высшего общества бесцеремонно пялились на меня, не скрывая своих эмоций на лицах. В основном преобладал обыкновенный интерес, но были и откровенно недоброжелательные взгляды. Дворецкий поднялся и провозгласил:

— Государь наш, княже Юрие Дмитриевич. Дума, тею звана, собралась вся.

— С Божьей пособем починем, — ответствовал князь, оглядывая собравшихся. Служки внесли и поставили посередине тронного зала поставец с иконами, зажгли свечи. Все встали, в том числе и сам правитель. Отец Паисий лично провёл службу во благое течение дел. Вопреки моим опасениям, песнопения быстро завершились.

У князя со старцем завязалось обсуждение какого-то удивительного события, произошедшего в Галиче недавно. Якобы очередной ангел спустился с небес и чего-то там такое необычное натворил. Чем больше прислушивался, тем больше покрывался пупырышечными мурашками. Так это же я своим божественным дыханием отроковицу оживил поцелуем в уста. Правда, трудно теперь сказать, насколько моё дыханием было божественным, без отсутствия средств гигиены ротовой полости.

Упс, кажется пресловутая бабочка Бредбери подпала под мою вездесущую лапу. Батя естественно вспомнит о дурацких пророчествах Паисия и тут же полезет на Москву при невыгодных обстоятельствах. Что из этого получится, остаётся только гадать. Старец тоже был не в восторге от происков божественных сил и активно выражал сомнения в истинности произошедшего знамения, советуя не торопиться принимать окончательные решения. Он недавно приступил к исполнению своих религиозных обязанностей после организованной мной болезни и ещё не разобрался во многих делах.