Светлячок (СИ) - Тебнёва Елена - Страница 49

«Помоги!» — мысленно возопила я, но он меня, конечно же, не услышал. Я и сама себя не услышала, и тьма злорадно хихикнула, укрывая меня с головой. Пришлось рвануться, освобождаясь от невидимых пут.

В глазах Атона мелькнула тревога. Он хотел было что-то сказать, но моя ладонь вновь коснулась его щеки, окутывая сонными чарами, и маг безвольно прислонился к вишне.

— Так будет лучше, — прошелестел мой шепот.

Пальцы выудили из кармашка бутылочку с зельем, и оно, безвкусное, скользнуло по горлу, вновь меняя мой облик. А после перед глазами-окошками замельтешили ветви, кусты, кусочек расшитого звездными узорами неба… Я будто ехала в экипаже, но, как ни стремилась, выйти так и не сумела.

На крыльце я столкнулась с Миледи. Она принарядилась и вроде даже посвежела, была материальнее некуда и явно чем-то довольна… Ровно до того мига, пока не увидела меня. Моя рука сама собой метнулась вперед и сжалась на шее побледневшего и пошедшего рябью призрака.

— Ты-ы-ы… — просипела Миледи, жутко вытаращив глаза, и теперь сквозь нее отчетливо сияли разноцветные фонарики, украшавшие крыльцо. — Не с-с-смей…

— Это ты не смей, — холодно прозвучал мой голос. — Не смей путаться под ногами. А впрочем, зачем мне лишняя головная боль? Прикончу тебя здесь и сейчас, как давно мечтала!

Ладонь сжалась крепче, забилось под ней что-то неживое, но яро желающее жить… И утекло дымкой сквозь пальцы.

— Твар-р-рь!

Рычание, вырвавшееся из моего горла, напугало меня. Как и алая пелена, застившая взор. Но через мгновение ноги вновь несли меня куда-то помимо моей воли.

После тишины сада царившее в доме веселье оглушало. Мелькали яркие наряды и лица… И одно лицо, проплыв мимо, вдруг снова оказалось в поле моего зрения.

Вальдер Грайвен, устроившийся на низком пуфике, что-то увлеченно рассказывал внимающей ему темноволосой девице. Она обернулась, и я с тревогой узнала Дейдру. А в следующую секунду меня захлестнуло жгучей ненавистью, ослепив и чуть не отправив в распахнутые объятия тьмы.

— Эмма, — заметил меня Вальдер и тут же встал. — Признаться, я вас потерял.

— Я всегда нахожусь, — неискренне прозвучал мой смех. — Можно ли вас на пару слов, милорд?

На любопытно навострившую ушки Дей никто не обращал внимания, и сквозь глаза-окошки я видела, как она надулась, как подалась было вперед…

«Уходи, дуреха!» — заорала я, отчаянно надеясь… сама не знаю на что. Здесь и сейчас творилось нечто странное и страшное, и я всей душой желала, чтобы моя непоседливая сестренка оказалась отсюда как можно дальше.

Дейдра вздрогнула, как от удара, окинула меня удивленным взглядом… и шагнула назад.

Неужели услышала?! Интуиция у малявки всегда отличной была. Да и чего я теряю, в конце-то концов?

«Позови Атона. Найди его, Дей!»

Казалось, я сама стала этим криком, посланным ведьмочке, которая, вновь вздрогнув, отступила еще на шаг и скрылась за одной из колонн.

Поняла ли что-нибудь? Не показалось ли мне? Знать бы наверняка!

Ухода Дейдры никто не заметил. Вальдер предложил руку и галантно повел взбудораженную ведьму через зал, время от времени бросая на нее полные восхищения и огня взгляды, от которых становилось не по себе. Мне. Но не той, что сейчас была мною.

Об одержимости я знала мало. Да что уж там — практически ничего не знала. Встречалось это явление весьма редко, изучено было кое-как, а некоторыми магами и вовсе за байки считалось, но сейчас я была твердо уверена в том, что сия чрезвычайно редкая, почти мифическая пакость случилась со мной.

Какая же я все-таки дура! Не замечающая важных мелочей, наивная — мечта всяких незаконных подселенцев! Будь я внимательнее, и этого кошмара удалось бы избежать. Но нет. Мама как-то говорила, что каждый получает лишь то, чего заслуживает. Глупая ведьма, видимо, просто не заслужила ничего другого…

Скатерть на обеденном столе свисает до самого пола, и под ее складками так удобно прятаться. Можно даже почитать прихваченную с собой книжку и рассмотреть картинки, яркие, но пугающие. Атон говорил, что ему еще рано брать в руки малый иллюстрированный справочник по видам нежити, но Эвану было все равно. Любопытно же! И пусть немного страшно, но так даже интереснее. Читать младший отпрыск Клайданов умел лет с четырех, и читал он все, что попадалось, и все, что мог утянуть втайне от родителей и братьев. Эван впитывал знания жадно, как губка, быстро учился и стремился узнать как можно больше. Но и простые детские радости не были ему чужды, и он просто не смог отказаться, когда Инар, лукаво улыбаясь, сказал: «Поиграй со мной!»

Инару исполнилось целых двадцать лет, и Эвану льстило, что тот не отмахивается от младшего брата, как от надоедливой мухи, а рассказывает много интересного, достает ранее не читанные книги, а иногда еще и участвует в играх, словно ему тоже было всего лишь семь. Вот и в этот раз он прилежно искал Эвана по всему дому, пока тот, удобно устроившись под столом, листал страницу за страницей, с удивлением, а иногда и с отвращением рассматривая изображенных на них опасных существ.

Эван твердо решил, что станет боевым магом. И кто знает, возможно, однажды именно он избавит мир от всей нежити.

Скромные мечты семилетнего мальчишки, еще не знающего о том, что очень скоро они станут далекими и не важными…

Медленно текли минуты, а Инар все не появлялся. По прикидкам Эвана, он давно уже должен был прийти в столовую, и тогда в ход обязательно пошли бы изученные на днях чары невидимости.

Терпением младший Клайдан обладал отличным, но что-то едва ощутимо кольнуло сердце, и он, позабыв о книжке, выбрался из-под стола и уже сам отправился на поиски старшего брата.

Особняк казался непривычно тихим и пустым. Родителей пригласили на ужин друзья, Атон тоже где-то пропадал — когда Инар был дома, средний брат старался куда-нибудь уйти. Эвана это огорчало, и пока что он не знал, как все исправить. Обходя комнату за комнатой, мальчик все больше волновался. Поднявшись на второй этаж, он остановился перед спальней Инара, с замиранием сердца толкнул чуть приоткрытую дверь — брат всегда запирал ее на ключ — и шагнул внутрь комнаты.

Инар лежал на полу, и на некогда светлом ковре бурели странные пятна. На негнущихся ногах Эван подошел ближе, все еще надеясь на то, что брат просто неудачно упал и ударился головой об угол стола, серьезно, но все же излечимо… и пронзительно закричал, разглядев широко распахнутые, навеки застывшие глаза и развороченную грудную клетку.

«Поиграй со мной», — шепнул влетевший через открытое окно ветер, и Эван выбежал прочь, не разбирая дороги, не видя ничего. Запнулся на лестнице, кубарем скатился по ступенькам и погрузился в беспросветную тьму, которая беспрерывно шептала одно и то же.

Поиграй со мной. Поиграй…

Резко открыв глаза, Эван перевел дыхание, осознавая, что это лишь сон, отголоски прошлого, которое никак не может оставить его в покое… Или же он сам держится за прошлое, не в силах смириться с потерей и позволить себе жить как ни в чем не бывало?

Не важно. Главное в том, что тот день изменил все. И последние слова брата преследуют Эвана каждую весну. Вот уже десять лет…

Ему было почти четырнадцать, когда он впервые услышал эти слова не во сне, а наяву. За окном шел не по-весеннему мерзкий дождь, строки учебника расплывались перед слипающимися глазами, и Эван так бы и уснул… и тогда, возможно, ничего не случилось бы. Но шепот осенним листом залетел в комнату, покружил по ней, отражаясь от стен, взбодрил не хуже особых зелий, в которых Эван только еще учился разбираться. Ни на миг не задумавшись, он перемахнул через подоконник и как был, в домашней одежде и конечно же без зонта, поспешил за все удаляющимся шепотом, сам еще не зная зачем.

Замешкавшись у стоящего рядом с нужной дорогой особняком, Эван потерял много времени и упустил путеводную ниточку, но, когда вновь сумел найти ее, пожалел об этом столь остро, что даже сердце сжалось. В начале темного переулка под мигающим, то и дело гаснущим фонарем, окруженный начавшими собираться зеваками, лежал Инар. Точно такой, каким запомнил его Эван — бледный, с широко открытыми, полными навеки застывшего удивления и ужаса глазами, с развороченной грудной клеткой. Не сразу до смятенного разума дошло, что это совершенно незнакомый мужчина.