Зелье 999 - Лисина Александра - Страница 38

— Ох ты ж, горе мое лохматое, — вздохнула я, складывая руки ковшиком и наполняя их силой. — На, пей, а то умрешь от истощения.

Пес обнюхал мое лицо и лишь после этого уткнул морду в ладони, принявшись осторожно лакать живительную влагу. Пил он долго, жадно, но не захлебываясь и не давясь ею, как дикарь. А так, чтобы лишний раз меня не задеть, не толкнуть и не поранить случайно зубами. При этом с каждым глотком в его глазах снова разгорался знакомый огонь, шерсть постепенно приобретала здоровый блеск, а тихое урчание из благодарного мало-помалу становилось сытым.

— Ну вот, — с облегчением сказала я, когда зверь наконец оторвался и с шумом облизнул мокрый нос. — Наелся?

— Ур-р-р, — проурчал пес, а затем прикрыл веки и вдруг без предупреждения устроил голову у меня на коленях. Я сперва вздрогнула от неожиданности, по спине пробежал пугающий холодок, но мимолетный страх быстро прошел. А когда стало понятно, что кусать меня никто не будет и пожиратель просто лег отдохнуть, я совсем успокоилась и все-таки нашла в себе мужество осторожно погладить жесткую гриву.

— Причесать бы тебя…

В моих руках сама собой появилась деревянная расческа с редкими зубьями. Я сперва заколебалась, затем снова засомневалась: как его чесать-то, это чудовище? Вдруг за волос дерну, а он меня потом и сожрет? Но потом все же подумала и спросила:

— Можно?

Пес ненадолго обернулся, внимательно взглянул на мое лицо, после чего снова лизнул в щеку и спокойно улегся, подставляя мохнатый загривок. Только после этого я рискнула запустить в его гриву расческу и принялась аккуратно разбирать образовавшиеся там колтуны.

Сколько мы так сидели на берегу, трудно сказать: во сне все не так, как в обычном мире. Можно было пробыть тут час, а потом обнаружить, что заснул всего на минутку. А иногда все обстояло ровным счетом наоборот. Правда, сегодня мне хотелось, чтобы время ненадолго остановилось. Пес был большим, неухоженным, немножечко диким. Но с каждым движением расчески его роскошная черная шуба становилась все более послушной, а жесткая шерсть потихоньку смягчалась и укладывалась красивыми ровными волнами. А вскоре и вовсе начала тихонько светиться, словно от каждого прикосновения пропитывалась моей силой все больше.

Хотя почему словно?

Она действительно ею пропитывалась. Наверное, только поэтому пес не возражал против неприятной процедуры. Он даже не вздрогнул, хотя пару раз я довольно чувствительно его дернула за лохмы. Не зарычал, не вскочил. А лишь иногда шумно выдыхал и послушно поворачивался с бока на бок, когда я об этом просила.

Когда я закончила и отошла, чтобы полюбоваться на дело рук своих, то увидела, что недавний дикарь заметно преобразился. Он больше не был похож на чудовище из сказок. Теперь это был просто пес, лохматый, пушистый, черный, и да, по-прежнему очень и очень большой.

— А ты красивый, — вынужденно признала я, когда зверь осторожно встряхнулся. — Побудешь тут без меня? Надо кое-куда сходить и кое-кого проверить. Ладно?

Он вместо ответа поднялся и следом за мной двинулся к озеру, умудряясь практически не производить шума. Я только чувствовала спиной горячее дыхание и ощущала его присутствие. Но оно больше не было пугающим. Напротив. Я вдруг поняла, что рядом есть большой и надежный… ну, пока еще не друг, но страж. Охранник. Помощник. И он оказался достаточно разумен, чтобы относиться к моим просьбам серьезно.

— Посиди здесь, — попросила я, остановившись у кромки воды.

Пес послушно плюхнулся на зад.

Я, убедившись, что он не взбаламутит воду в озере, зашла по пояс, после чего зачерпнула воду ладонями и тихонько позвала:

— Терьен…

Как и следовало ожидать, меня выбросило в тот же самый сон, где мы в последний раз виделись. Правда, теперь это был уже мой сон, а не Терьена. И он, разумеется, оказался пуст: сколько я ни рыскала по густым зарослям, сколько ни звала, знакомый кот больше не появился. А я, когда прислушалась к себе и убедилась, что мальчишка ушел в другой сон, призадумалась, что же делать со старым. В принципе мне он был совершенно не нужен. Красавчику тем более, дракон и в своих снах чувствовал себя прекрасно, да и на чужие не претендовал. А тратить энергию на поддержание бесполезного куска пространства очень уж не хотелось. Как и на его уничтожение, впрочем.

— Р-р-р? — неожиданно раздалось со спины тихое.

Я быстро обернулась и всплеснула руками:

— Ну вот… я же просила меня подождать!

Огромный пес чуть приподнял кончики губ, словно извиняясь за вторжение. А я вдруг хлопнула себя по лбу: вот же дурочка! А пожиратель-то мне на что?

— Ты еще голодный? — спросила я, бесстрашно подойдя к псу и пытливо заглянув ему в глаза. — А то у меня тут целый сон бесхозный. Мешается, силы на себя тянет. Не хочешь его съесть?

Зверь удивленно округлил глаза.

— Да-да, — подтвердила я. — Я его изменила и случайно присвоила, пока пыталась от тебя избавиться. Теперь он мой. Поможешь от него избавиться?

В янтарных глазах проступило понимание.

— Ур-р, — наклонил большущую голову пожиратель, после чего вскинул нос к хмурому небу, глубоко-глубоко вдохнул, утробно заворчал и…

Я с любопытством уставилась на стремительно светлеющее небо, на котором вместо густой пелены туч стала проступать непонятная блеклая хмарь. Вокруг пса при этом образовался приличный по размерам смерч. Затем ветер загулял уже по всему сну, заставив верхушки деревьев обеспокоенно зашелестеть. Мгновением позже смерч стал настолько большим, что, казалось, принялся утягивать весь сон в гигантскую воронку. А затем — я глазам своим не поверила — все окружающее пространство закружилось в хороводе вместе с ним и принялось с устрашающей скоростью втягиваться в набычившегося пса, в глазах которого промелькнуло и тут же исчезло что-то воистину звериное, хищное, демоническое.

— Погоди, я выйду, — спохватилась я, когда мимо просвистела какая-то ветка и, рассыпавшись на сотни зеленых искорок, буквально растворилась в теле моего нового питомца.

Зверь согласно рыкнул. Я, бросив последний взгляд на бушующий во сне ураган, поспешила вернуться на родную поляну, боясь даже подумать, что случится, если однажды пожиратель захочет то же самое сделать с другим моим сном.

Но не успела я прийти в себя и успокоить зашедшееся в бешеном галопе сердце, как воздух передо мной расступился, и на берег спокойно шагнул довольно облизывающийся пес.

— Быстро ты, — не без нервозности заметила я.

Пожиратель в ответ легонько боднул меня носом в плечо. Я пошатнулась, машинально схватив его за уши. Зверь в ответ с легкостью опрокинул меня на траву. Какое-то время я тщетно барахталась под лохматой тушей, пихалась, толкалась, а он лишь разевал пасть и пытался схватить меня за руки. Понарошку, конечно же, иначе у меня не осталось бы шансов. И с таким явным весельем в желтых глазищах, что в конце концов я не выдержала и рассмеялась:

— Ладно, хватит! Слезь с меня, чудовище! Я поняла: ты больше не хочешь меня съесть.

— Ур-р, — с довольным видом подтвердил зверь и наконец-то сполз на землю.

Я тут же села, торопливо приглаживая растрепавшиеся волосы.

— Все, поиграли и хватит. Понимаю, что тебе одному скучно, но у меня и впрямь очень много работы. И ее хотелось бы закончить до утра.

Потрепав собаку за ухом, я вернулась к воде, снова забралась туда по пояс и принялась за привычное дело. Снова пробежалась по грезам первокурсников. Кое-что поправила. Кое-где дополнила, чуточку, совсем вот капельку, изменила, чтобы слабенький дар моих подопечных развивался немного быстрее. Снова навестила Шэлу. Посмеялась про себя, обнаружив, что в ее сне вместо уродливых и кривоногих зомби в обносках появились вполне себе симпатичные скелеты в розовых платьицах. Заметила одно весьма неплохо выглядящее умертвие. Мысленно похвалила талантливую девочку. Затем заглянула к ее новому другу и, обнаружив, что у Тиена, второкурсника со слабым даром к магии жизни, опять проблемы, укоризненно покачала головой.