Красавица на двоих (ЛП) - Фэй Мэдисон - Страница 4

Я закатил глаза, когда Магнус подкрался к нам сзади. Подавляя стон, я закинул голову и допил напиток.

Магнус и Логан много лет назад прозвали нас Кенами из-за голубых глаз, светлых волос и типажа «хороших парней». Они чертовски хорошо знают, что мы не такие уж и хорошие парни, как пишут в газете. Но кличка прижилась, поэтому он спрашивает про Барби.

Козел.

— А ты постараешься вести себя хорошо? — пробормотал Кас.

Ухмыльнувшись, Мэгс схватил два бокала шампанского с подноса проходившего мимо официанта и опрокинул один в два глотка.

— Это отвечает на твой вопрос? — невозмутимо ответил я брату, который широко улыбался.

— Послушай, Мэгс, мы пришли, чтобы расслабиться, и я знаю, что в последнее время ты сам не свой, но давай полегче...

Я нахмурился. Магнус даже не смотрел на нас. Я проследил за его взглядом и увидел великолепную рыжеволосую девушку в золотисто-зеленом платье.

— Мэгс. — Я напрягся. — Магнус.

Будто приглушив нас, он опрокинул второе шампанское, отдал мне бокал и решительно направился к девушке.

— Та еще будет ночка, не так ли? — сухо пробубнил Каспиан.

Я засмеялся, хлопнув брата по спине:

— Ты не видел, куда ушел Логан?

— Не-а.

— Великолепно.

— Голосую за выпивку.

Я усмехнулся и последовал за Каспианом к другому бару, и улыбнулся, наблюдая, как он сорит деньгами за бесплатные напитки. Он повернулся и вручил мне бокал.

— За настоящую любовь, — саркастично произнес он.

В конце концов, именно поэтому мы пришли на бал женихов. И всё же, тост казался горькой иронией.

— За то, чтобы найти нашу половинку...

Слова застыли на губах, когда я поднес свой бокал к его. Весь гребаный мир застыл. Потому что как раз в этот момент, стоя в дверях бального зала, под звуки струнного квартета и толпы наши взгляды встретились.

А всё остальное просто исчезло.

Она не настоящая. Не может быть. Блондинка, стройная, её голубое платье переливалось, когда она кружилась и улыбалась другим девушкам. Она разговаривала с рыжеволосой и Магнусом, затем отошла с другой белокожей черноволосой девушкой в серебристом платье, оставив бедную рыжую в тисках Магнуса. Я стиснул зубы и проследовал взглядом за блондинкой. Её большие голубые глаза сверкали под огнями, а от её улыбки во мне запорхали бабочки.

Святое. Дерьмо.

— Кейд.

Я слышал брата, но не мог ответить, не мог оторваться от неё.

— Чувак.

Я моргнул, только когда он затряс меня и развернул к себе.

— Какого черта это было? — нахмурился он.

— Кас.

Он уловил интонацию в моем голосе и замолчал.

Я ничего не сказал, просто повернулся к ней, и на этот раз он проследил за моим взглядом.

— Вот черт, — прошептал он.

— Ага, — медленно кивнул я.

— Кто, черт возьми...

Мы застыли, когда к прекрасной девушке подошел король Люциан, улыбнулся ей, а затем обнял и прижал к себе.

О, чёрт.

— Это, дорогой брат, — сказал я, сложив всё воедино. — Дочь короля Люциана, принцесса Илана Морнингстар из Авилона.

Каспиан тихо присвистнул.

— Ну, это будет проблемой.

Это будет очень большой проблемой.

Потому что я знал, что та же самая молния, что прошла сквозь меня, поразила и Каспиана. Она пленила нас, словно магией. Я понял с одного взгляда, что мы думаем об одном и том же.

Это она. Она была всем. Отрицать бесполезно. Мы отчаялись найти ту самую, но там, в бальном зале, когда мы меньше всего этого ожидали, она нашла нас.

Что-то подсказывало мне, что невинная старшая дочурка короля Люциана была полностью недоступна для нас.

Только я понятия не имел, насколько ошибался.

Глава 3

Илана

— Мы не должны оставлять их наедине, и ты это знаешь, — пробормотала Адель себе под нос, когда мой отец оставил нас, чтобы переговорить с высокопоставленными гостями.

Я закатила глаза, покачала головой и повернулась к ней. Она говорила что-то о Имоджен и принце Магнусе, когда он подошел прямо к ней. Да, у этого человека был такой же большой послужной список, как и его... Ну, как и кое-что другое, если верить сплетням и статьям. Я бы не оставила младшую сестру наедине с ним, не будь мы во дворце, окруженные гостями и охраной.

— Имоджен большая девочка, она постоит за себя.

— А его штаны она тоже придержит? — пробубнила Адель.

Я рассмеялась, от удивления у меня чуть не отвисла челюсть.

— Вау, Адель Сноу! Когда ты стала такой дерзкой?

Адель, наша двоюродная сестра по линии отца, дочь короля Берна. До приезда на бал она всегда вела себя сдержано. Обычно она нежная и робкая, но сегодня ведёт себя как заносчивая нахалка.

— Прости. — Она опустила глаза, тяжело вздохнув.

— Ты что, всё в порядке, — улыбнулась я, приобняв её. — С тобой точно всё хорошо?

— Ага. — Она немного поёжилась. — Мне просто не по себе из-за Мэллори.

Я скорчила ей рожицу, и она рассмеялась.

Никто из нас не любил её мачеху, новую королеву Берна. В конце концов, Кэтрин, мать Адель, любили все. Она была доброй, любезной, величественной и чертовски стильной. Но она попала в автомобильную аварию десять лет назад, и через несколько лет Лорн, отец Адель, встретил Мэллори и скоропостижно женился.

...Ещё в детстве мы прозвали её «злобной мачехой», и это имя ей очень подошло.

Мэллори полная противоположность Кэтрин: холодная, жестокая, тщеславная, мстительная, полная ревности и комплексов. Она вышла замуж за короля, чтобы стать королевой, но твердо решила, что не будет заниматься воспитанием Адель. Какой бы очаровательной ни была наша кузина, Мэллори не проявляла к ней никакого интереса. Так было до тех пор, пока она не повзрослела и не превратилась в красивую девушку. Тогда, отношение Мэллори изменилось от безразличия до полной неприязни.

Ситуация была паршивой, и я знала, что все это видели. Но дядя Лорн был как будто ею околдован.